Накал страстей
Шрифт:
Я снова села, снимая футболку, устраиваясь поближе к его талии. Его руки были сжаты в кулаки по бокам. Думаю, это была попытка не прикасаться ко мне.
Я наклонилась, потянувшись к его стволу одной рукой, удерживая его эрекцию, потому что он все еще покачивался, напрягаясь, когда я подошла ближе. Я облизнула губы, дыша на него, отчего он застонал. Звучало так, словно его пытали. Я почувствовала отчаянное желание облегчить его страдания, так что, открыв рот, я скользнула губами и языком по его члену, принимая его в рот, посасывая.
Он выругался — устойчивый поток
Я двигалась вверх-вниз, вспоминая порно фильм, который мы смотрели с Сэм в прошлом семестре, поедая соответствующий сезону тыквенный попкорн. Сэм двенадцать минут критиковала технику минета девушки. Она даже поставила видео на паузу, подойдя к телевизору, и воспользовалась моей линейкой как указкой.
— Видишь, здесь, — сказала она, указывая на девушку, держащуюся за свою грудь. — Она должна этой рукой доставлять ему удовольствие, поглаживая его шарики, внутреннюю сторону бедер или под коленями. Что она делает на груди? Ничего. Это нецелевое использование ресурсов.
Я пыталась вспомнить остальную часть ее указаний и знала, что если попыталась бы взять его слишком глубоко, то подавилась бы. Я была еще не готова к такому, рвотные позывы не то чтобы мне нравились, так что, я старалась делать то, что хорошо ощущалось для меня, чем я наслаждалась.
Я была удивлена и нет, узнав, что он, казалось, тоже наслаждался этим. Когда я застонала, потому что мне понравился солоноватый вкус его смазки, он тоже ответил мне стоном. Когда я сжала пальцы вокруг его ствола, кружа языком по головке его члена, каждый мускул в его теле напрягся, он затаил дыхание.
Это было похоже на солоноватое мороженое, которое никогда не тает, прилагаясь к прекрасному, сексуальному мужчине, который получал удовольствие и боль от моих экспериментов. Как ни странно, это заставило меня ощущать легкое головокружение и власть. Кожа стала мягкой, невероятно мягкой, и настолько горячей.
И довольно резко все прекратилось.
— Кэйтлин, остановись, остановись...блядь, я сейчас кончу. — Он оттолкнул меня, сжимая себя.
Мои глаза расширились при виде того, как его большая рука сжимала его большой член. Это была самая сексуальная вещь, которую я видела. Я вытерла тыльной стороной ладони рот, замерев.
— Хорошо, — сказала я.—Скажи, что мне делать. Мне лечь, чтобы ты оказался сверху? — Конечно же, логично, чтобы он высвободил сперму мне на грудь.
Но уже было поздно. Мартин дважды погладил себя, и все. Он пролил все на свой живот, его рука двигалась вперед-назад резкими движениями. Я наблюдала за тем, как это случилось. Его тело было напряженным, рельефные мускулы расслабились, лицо было искаженное агонией и сладким облегчением, словно он был смущен и зол и слышал хор ангелов, который только он мог слышать.
Он судорожно вздохнул, положив другую руку на лицо. Он прижимал руку ко лбу, словно пытаясь удержать мозг от взрыва.
Я улыбнулась, с нетерпением ожидая его оценки минета. Я нашла футболку, насухо вытерев руки, а затем, нежно положив ее на его живот; хотя он вздрогнул, когда мягкий хлопок коснулся его все еще возбужденного
члена.Я прочистила горло, глядя, как он рассеянно протирал себя, его дыхание все еще было прерывистым. Пульс на шее выбивал яростный ритм.
Когда он перестал двигаться, моя улыбка увяла. Я устала ждать.
Я легонько толкнула его.
— Мартин... Ты спишь?
— Нет.
Я выждала пять секунд, после чего спросила:
— Ну и как я? Отстой?
Он засмеялся, это был хороший, бархатистый звук, соблазнительный и довольный; мягкие завитки из нежности обернулись вокруг моего сердца, сжимая словно объятия. Мои трусики стали влажными, словно вывесив табличку с надписью "Готовы к действию", Мартину просто нужно было прикоснуться.
Но еще было немного печально, и эта печаль заставляла меня нервничать.
Он сел, свесив ноги с кровати, остановившись на секунду, прежде чем встать и пойти в туалет. Я смотрела, как он бросил мою футболку в угол и ушел, звук его смеха все еще вибрировал в моих ушах и сердце.
Вода включилась и выключилась. Мартин вернулся почти сразу же, потянувшись за своими штанами.
Я рассматривала его, после чего спросив:
— Серьезно, как я? Будут какие-то указания на следующий раз?
Он дрогнул на последнем вопросе, после чего, надев штаны, сказал:
— Следующего раза не будет.
Его слова были непонятными и печальными. Он выглядел немного расстроенным.
— Почему нет?
Он заскрежетал зубами, сглотнув, прежде чем ответить:
— Я не буду этого делать.
Его слова разбивали мне сердце, это было бесчувственно:
— Что?
— Это. — Он поднял подбородок в мою сторону.
— Ты можешь сказать точнее.
— Я схожу с ума по тебе....
— Я тоже схожу с ума по тебе. — Я встала, но его следующие слова заставили меня замереть.
— Остановись! — Он взмахнул ладонью в воздухе, его голос был суровым. Казалось, он боролся изо всех сил. — Ты знаешь, что я имею в виду, Кэйтлин. Я влюблен в тебя, а ты нет... И я не знаю, зачем ты сделала то, что сделала, но это... Это полный пиздец.
Мартин запустил пальцы в волосы и отвернулся от меня.
Мое сердце сделало убийственный скачок в его сторону.
— Мартин...
— Нет. — Он покачал головой. Я видела, что его глаза были закрыты, словно он пытался закрыться от меня, и я теперь понимала, почему он так ненавидел, когда я закрывала глаза или лицо.
Он продолжил, и я с облегчением вздохнула, увидев, что он открыл глаза.
— Я не хочу быть каким-то жалким проектом. Я не хочу подталкивать тебя к тому, к чему ты еще не готова.
— Что заставляет тебя думать, что я не готова?
Он повернулся ко мне, яростно жестикулируя в сторону кровати.
— Потому что ты не должна была делать минет парню, которого не любишь. Ты не такая.
— А что, если я такая девушка?
— Нет! Все то, что мы делали, каждый раз, когда я прикасался к тебе, это что-то значило для тебя. Я вижу это и не хочу, чтобы это изменилось. Мне нужно что-то значить для тебя! Я не могу...Я больше не буду этого делать.