Мысли
Шрифт:
Он смотрел на посетительницу с высоты шести с лишним футов(1), и Марико со своими жалкими пятью(2) почувствовала себя маленькой и совершенно раздавленной. Это было невыносимо, но, дрожа с ног до головы, она всё же выговорила уже своим обычным тоном:
–Мистер... де Линт? – Он утвердительно наклонил голову. – Я... у меня есть информация по делу, которым вы занимаетесь.
Агент нахмурился.
–Кэт, почему вы не впустили мисс..?
–Дэвис, – ответила она на вопросительный взгляд, удивляясь, каким разным может быть голос у одного человека.
–Мистер де Линт, неужели вы не видите, что эта девчонка насмотрелась новостей и...
–Мисс Бродрик! –
Марико, повинуясь приглашающему жесту, вошла в кабинет, присела на край огромного кожаного кресла и стиснула руки на коленях, пытаясь унять нервную дрожь.
–Похоже, вас с порога снабдили исчерпывающей информацией о моей репутации, – с невесёлой и, кажется, слегка смущённой усмешкой произнес Эрик де Линт, протягивая стакан апельсинового сока со льдом.
Запотевшее стекло обожгло дрожащие пальцы, и Марико с облегчением выпила всё, чувствуя, как краска возвращается на лицо, а нервный спазм отпускает горло.
–Итак, – улыбнулся де Линт, видя, что посетительница почти успокоилась. – Вы сказали, что располагаете некоей информацией?
–Да, я... – Марико неровно вздохнула, возвращая де Линту стакан и вытирая остатки слёз услужливо протянутым ей бумажным платочком. – Это о тех убийствах: Мэри Холлис, Сары Марковиц и ещё...
Марико подняла глаза и встретила неожиданно острый пронизывающий взгляд, от которого захотелось куда-нибудь спрятаться.
–«Ещё»? Откуда вы знаете о третьем убийстве? – в голосе де Линта снова зазвенели стальные нотки.
–Ну, я... в некотором роде, я видела это... – Марико снова на секунду подняла встревоженный взгляд, чтобы убедиться, что ей верят.
–И что вы видели? – ни стальные нотки, ни настороженный взгляд, понятно, не исчезли.
Марико снова вздохнула, пытаясь подавить очередную волну отчаяния, готовую пролиться слезами. Вдруг сейчас выяснится, что всё это – действительно плод её больного воображения?.. Тихо, почти шёпотом, она ответила:
–Я не знаю её имени... Она была смуглая, в белом платье с глубоким декольте. Говорила с сильным акцентом вроде испанского. Ещё у неё была белая сумочка, но она её бросила... И... он порезал ей щеку, – Марико прикрыла глаза и вытянула вперед левую руку, вспоминая огромную кисть, державшую оружие. – Кажется, правую...
–Господи, вы что, в самом деле там были?! – выдохнул де Линт. – Это же у чёрта на рогах, на заброшенной стройке! Как вы там оказались?!
–Н-нет, я не совсем была там...
Марико увидела недоумение в глазах агента и торопливо, слегка задыхаясь, заговорила:
–Понимаете... Я не могу объяснить, как я это вижу, и я знаю, что это похоже на бред сумасшедшего или шарлатанские выдумки, но пожалуйста, очень прошу: выслушайте меня до конца, прежде чем прогоните! Это началось в ту ночь, когда убили Мэри Холлис. Я была дома – и вдруг увидела перед глазами эту улицу в рабочем квартале и светловолосую девушку, которая от кого-то убегала. А утром, в новостях, я узнала её на фото. Потом также было с Сарой Марковиц. Как будто кто-то влез мне в голову и заставил увидеть это. Я пыталась
рассказать всё маме, но она не поверила и... и повела меня к врачу. А вчера это снова случилось, и я решила пойти к вам...–А почему именно ко мне? – спросил де Линт, чтобы дать себе время разобраться, не сумасшедшая ли перед ним в самом деле.
–Я слышала в программе новостей, что вы ведёте это расследование... Пожалуйста, – Марико подняла умоляющие глаза и безотчетно сжала руки, – поверьте мне, я ничего не придумываю! Я видела всё: и как Мэри ударилась о стену в тупике, и как он схватил Сару за волосы, и как та, третья, отбросила сумку, а потом споткнулась, и он порезал ей щеку!.. Я не хотела этого, это страшно!.. И я ничего не могу сделать!
Марико не выдержала и расплакалась в отчаянии.
–Н-да... – протянул де Линт оторопело.
Он пребывал в замешательстве, но такое количество подробностей звучало на удивление убедительно. О них нельзя было прочесть в газете или услышать по телевизору. И вряд ли посетительница была знакома с кем-то из экспертов, осматривавших место убийства. Это, конечно, нужно проверить. Но вряд ли. Что за странный случай!
–Ну, успокойтесь, не плачьте, - де Линт протянул Марико ещё один бумажный платок. – Знаете, я, действительно, ни за что не поверил бы вам, если бы существовала хоть малейшая вероятность того, что вы могли прочесть или где-то услышать подробности убийства Маргариты Агирре... Но это полностью закрытая информация, которую ещё не выпускали в прессу.
Он помолчал, потирая указательным пальцем верхнюю губу, взъерошил падающие на лоб неровной чёлкой темно-русые волосы и улыбнулся:
–Всё это, признаюсь, чертовски странно. Но перечисленные вами факты убеждают меня, что вы действительно свидетель!
Марико облегченно вздохнула и только теперь, немного придя в себя, попыталась разглядеть человека, с которым общалась последние двадцать минут. Интересно, откуда взялась эта его «здешняя репутация»? Не то, чтобы он был как-то особенно красив, и всё его сходство с Ричардом Гиром оканчивалось разрезом карих глаз, в которых вспыхивали насмешливые искры. Нос длинен, с чуть расширенной седловинкой переносицы; губы очерчены ровно, но нечётко; упрямый подбородок выдаётся вперёд. Небрежно растрёпанная чёлка придавала ему вид почти мальчишеский, совсем не вяжущийся с образом специального агента ФБР. Хотя костюм был безупречен и говорил о наличии у хозяина вкуса и умения следить за собой.
–Марико, а вы могли бы описать убийцу? – вывел её из задумчивости голос де Линта.
Она с сожалением покачала головой, снова внутренне сжимаясь: ведь это ещё один повод заподозрить её в нечестности...
–Боюсь, что нет. Я смотрела на всё как будто его глазами. Мне удалось увидеть только руку – очень большую... Хотя, может, это мне почудилось так от страха. И ещё – он, кажется, левша. Но это вы, наверное, и без меня уже знаете? Или...
Марико поглядела на де Линта умоляюще, и он кивнул:
–Да, вы правы, экспертиза показала, что убийца действительно левша.
Она снова вздохнула, почти всхлипнула.
–А всё-таки жаль, что нет портрета, – посетовал де Линт. – Ваш рассказ удивителен и, более подробный, наверное, даст какие-то дополнительные сведения. Но не зацепки... Нам бы знать, кого искать и где...
Марико некоторое время молчала, в задумчивости глядя перед собой затуманившимся взглядом, и де Линт успел подумать, что девушка-то по-настоящему красива – той самой утончённой японской красотой...