Мы в дальней разлуке
Шрифт:
— Наташа?
— Да? — она оторвала взгляд от монитора и уставилась на него зелёными глазищами.
— А почему ты так медленно читаешь? Ведь судя по всему ты — девушка грамотная — вон как название ноутбука расшифровала.
— Не веришь, значит? — усмехнулась, с горечью, как отметил Павел.
— Да уж сложно в такое поверить.
— Понимаю. Давай так, я тебе, Пашенька, всё сказала, верить или нет, твоё дело, ты главное меня не выдавай, ты же обещал, помнишь?
«Господи! Но что же она с ним делает? Пашенька!» — он вынужден был признать, что против такого у него нет приёма.
— Я своё слово держу!
— А к алфавиту вашему я ещё не привыкла, многих букв нет. Вот и приходится приноравливаться. Спотыкаюсь на каждом слове.
Чёрт! Реформа орфографии же была
По всему было видно, что Наташа действительно не из этого времени, уж очень она непохожа на современницу. «Что же теперь с ней делать? Она права — выдавать её нельзя! Налетят коллеги из ФСБ и отберут это дело. А девушку запрут в психдиспансере или каком-нибудь секретном институте и будут опыты проводить до тех пор, пока от личности мало что останется. Помочь каким-то образом вернуться назад? К престарелому мужу и молодому любовнику? Ну уж нет!» — Павел вынужден был отметить, что к старикану-жениху из рассказа Наталочки, он как раз не испытывает никакой неприязни. Пусть и косвенным образом, но он был причиной появления девушки в его судьбе. А вот к её кавалеру ненависть у Павла прямо-таки зашкаливала: «Или всё-таки не ненависть — ревность! Ну, ничего, ты теперь далековато будешь, милый. А Наташа здесь, рядом со мной! Нечего ей там делать! Впереди их не ждёт ничего хорошего: мировые войны и революции, гражданская война её зверствами. Вон чё с дворянками там вытворяли. А у нас всё тихо! Пусть уж лучше Наталочка останется со мной. Биографию придумаем, документом обеспечим. В такие юные лета мало какая привязанность сохраняется на всю жизнь, пройдёт немного времени — забудет своего милого. А я — тут, рядом!»
Наталочка тем временем самостоятельно открыла страницу под названием «Жигули (возвышенность)» и читала её. Осваивалась она, надо признаться, быстро, уже и новые вкладки научилась открывать, просматривала картинки. Словно ощутив, что Павел снова за ней наблюдает, обернулась и, в ответ на невысказанный вопрос, пояснила:
— У нас в Жигулях имение было. Там я всё детство провела. Мой Николка, кстати, тоже оттуда, из наших бывших крепостных.
Усадьбы, имения, поместья, крепостные, — для Павла это была такая историческая даль и экзотика, о которой он имел самое смутное представление. Однако, почувствовал в словах девушки некоторую несообразность своим представлениям о той эпохе, потому и спросил с изрядной долей единства:
— А разве так могло быть: крестьянский сын и дворянская дочь?
Таша не обиделась, а с оттенком снисходительности объяснила:
— Паша, Паша! Бывало, Паша, и не такое. После отмены крепостного права больше полувека прошло. Заломовы стали гораздо богаче Воиновых. А батюшка мой был рад стараться спровадить меня, бесприданницу, поскорее замуж. А я ТАМ была современной девушкой, выше сословных предрассудков. «Вишнёвый сад» Чехова читал?
Как и абсолютное большинство современных молодых людей, классику, конечно, Павел не читал, но с сюжетом пьесы в общем был знаком, поэтому просто кивнул.
— Ну, вот мы — как Раневская со своим братцем, а Николка и его семейство — как Лопухин, который в конечном счёте и купил имение. Так что, не подвернись этот князь, могли бы наши отцы и сторговаться. Понял теперь?
— Да уж трудно не понять.
— Эх, Жигули! — Наталочка мечтательно прикрыла глаза. — Нет лучше и красивей места на земле. Спускающиеся к Волге утёсы, покрытые ковылём, лесные чащи в глубине, разнотравье лугов с дурманящими запахами трав, родники с необыкновенно вкусной водой, сама Волга, величавая, спокойная. Попаду ли я когда-нибудь туда снова?
— Попадёшь, обязательно попадёшь! — Паша готов был отвезти её хоть на край света. — Вот закончим со всем этим, сделаем тебе документы и обязательно съездим. Я тебе обещаю!
— Спасибо! — девушка протянула вдруг руку назад и потрепала Пашины волосы на затылке. — Ты хороший, Паша!
От этой неожиданной ласки
лейтенант аж замер, боясь спугнуть доверие, возникшее между ними.— Конечно, здорово! — задумчиво продолжила разговор Наташа. — Столько всего напридумано за это время, столько открытий произошло, новых знаний. Я, наверное, так и останусь здесь дремучей невеждой. — спохватившись, добавила. — Если уж суждено мне задержаться в этом мире.
— Нет! — не согласился Павел. — Это ты зря. Человек, имеющий классическое образование, полученное в начале двадцатого века, вполне может здесь освоиться. Я тебе больше скажу: большинство моих современников понятия не имеет как устроены все эти гаджеты, и принцип их действия. Просто пользуются и всё, их так и интернете и называют — ТП, что означает…
— Тупой пользователь? — неожиданно к монологу Павла добавила свой голос Таша, и оба, заговорив хором, засмеялись.
— Несложно догадаться было! — сквозь смех сказала она. — А вот что такое «гаджеты», я не поняла.
— Да все эти приспособления и устройства, обладание которыми престижно, статусно. — ответил Павел, вытирая глаза вытащенным из кармана платком. — А ещё таких людей называют чайниками.
— Я не хочу быть чайником. — заявила девушка. — Буду учиться. У меня ведь уже получается в этой Википедией, правда?
— Правда! Только Википедия малая часть сегмента Интернета. — Павел, стоя за спиной у девушки, склонился над ней и завладел мышью, рассказывая и показывая одновременно. — Кроме Вики существует бесчисленное количество самых разных ресурсов по самой различной тематике. Называются они сайты и порталы. Для поиска сайтов сходной тематики используются браузеры, или поисковики. На самом деле поисковых систем много, но нас специализированные не интересуют. А из общих наиболее распространены Яндекс, Гугл и Майл. ру, отечественный поисковик. Вот, например, открываем Гугл. Видишь командную строку посередине? Прописываем в ней ключевое слово, — он склонился ещё ниже и прописал слово слово «Семья», — И задаём поиск. Смотри, сколько результатов поисковик нашёл. Теперь выбираешь нужный тебе и читаешь, или используешь в работе.
Его Наталочка впилась взглядом в монитор и потребовала:
— Дай мне!
Отобрав у Павла мышь, она стала одну за одной открывать страницы, пытаясь прочесть их содержимое.
Всё это Павлу было уже неинтересно. Оставшись не у дел, его взгляд лениво прошёлся по столу, задержался на Наталкиных ногах и упёрся в приоткрывшийся верх халата. Молодой человек почувствовал, что его уши стали пылать, а лоб покрылся испариной: через верхний разрез кимоно можно было разглядеть два аккуратных, округлых, девственно безупречной формы, холмика. Через минуту разглядывания Павел устыдился и отвёл глаза. Бесцельно поблуждав по комнате, его глаза вскорости вновь вернулись под разрез девичьего халата, разместились у Наталочки на грудях, и вытащить их оттуда было выше Пашиных сил.
Неожиданно Наташа обернулась и обнаружила, что глаза молодого следователя смотрят не туда, куда положено, вернее как раз туда, куда и должен смотреть взгляд молодого человека, если он молод, полон жизненных сил и естественных желаний. Но в том-то и дело, что эти виды были не предназначены для чужих глаз, их имел право лицезреть только один человек на свете — Николка — оставшийся за сто лет отсюда. Поэтому Наташа и не обиделась даже: обижаться на молодого человека в этом случае — всё равно, что обижаться на собаку за то, что она лает, а на кошку — за то, что мяучет. Сама виновата — нужно лучше хранить своё добро. Впрочем, вид у Павла был такой сконфуженный, что она сделала вид, что смилостивилась и спросила:
— А что делать, если мышка перестала работать, курсор не двигается, новые окна не открываются.
— Ну-ка, уступи место, сейчас разберёмся. — Павел перевёл дух и шумно выдохнул: «Обошлось!»
— Что там? — теперь уже Наташа встревоженно склонилось из-за спины Павла, не забыв, правда, прижать вырез халата к груди.
— Ничего особенного, просто завис комп. Сейчас перезагрузим и все дела.
— А почему такое происходит?
— Ты вкладок много открыла и перегрузила компьютер, вот он и перестал отвечать. Ноутбук старенький, движок у него слабоват.