Мразь
Шрифт:
Но Ленку жалко, с ней было сложней и интересней, не то что с её предшественницами, чуть не проиграл. Оно, конечно, все равно потом вместе призовую бутылку пьем, но, во-первых, сам факт проигрыша, а во-вторых, в этот раз спорили на Macallan из коллекции Fine & Rare. Серега, наш вице, её откуда-то из Европы привез (и где нашел?). Серьезная ставка и серьезные условия, видимо надоело ему проигрывать. Никаких открытых ухаживаний, никаких подарков и бонусов, строго деловые рабочие отношения. И срок - трахнуть до конца года, то есть чуть больше двух месяцев.
Почти справился, но на всякий случай перестраховался. Новогодний корпоратив, две сотни бухающих сотрудников, десяток моих замов, помощников и консультантов мужского пола с заданием: всем выпить с Леной, желательно не по одной. И две капли Ферофона,
Красиво было. Увидев вызванный подействовавшей химией румянец на её щечках пригласил на танец, очень целомудренно его провел лишь время от времени нарочно касаясь её бедра своим набухшим в предвкушении приключением. Проводил на место куртуазно поцеловав чуть задержанные в руке пальчики и ушел оставив девушку в полнейшем смятении. К следующему медленному танцу она уже сама крутилась рядом отшив пару претендентов. Его я пропустил сделав вид что не вижу её поднятого хвоста, но отсемафорив заряженному диджею - пора. Следующий медляк, как говорили в школе, - белый танец. Осмелев от моего недвусмысленного взгляда она меня пригласила.
И снова был целомудренный танец который мы провели втроем: она, я и Асадов:
Кружит ветер звездную порошу,
В переулки загоняя тьму.
Ты не сомневайся: я хороший.
Быть плохим мне просто ни к чему!
Не подумай, что играю в прятки,
Что хитрю или туманю свет.
Есть во мне, конечно, недостатки,
Ну зачем мне говорить, что нет?
Эдуард Асадов - беспроигрышный вариант для любой девушки, тем более подогретой спиртным и специальной химией, вот и в это раз он сработал на все 200 процентов. За первым коротким стихом про меня хорошего второй, заранее подготовленный и уже не единожды апробированный, про влюбленного:
Все распахнуто: двери, окошки,
Где-то слышно бренчанье гитар.
Желтый коврик швырнул на дорожку
Ярко вспыхнувший круглый фонарь.
И от этого света девчонка
В ночь метнулась, пропав без следа,
Только в воздухе нежно и звонко
Все дрожало счастливое: "Да!"
Он идет, как хмельной, чуть шатаясь.
Шар земной под ногами гудит!
Так, как он, на весь мир улыбаясь,
Лишь счастливый влюбленный глядит.
Ну и так далее. Целомудренные объятия танца: одна рука на талии, вторая чуть в сторону с её ладошкой, рифмованные строки в самое ушко и - облом. Снова проводы к её столику и легкое касание губами уже подрагивающих пальчиков. Осталось только выйти в коридор, пару минут подождать, убедиться в наличии преследования и топать на заранее подмеченный балкон прихватив один из приготовленных устроителями пледов: вдруг кто проветриться захочет.
Секс на морозе, стоя, прижавшись к холодным перилам и кутаясь в один на двоих плед - прекрасно. Он как контрастный душ: разгоряченные тела и жар возбужденного лона - с одной стороны, и обжигающий мороз с другой. Все это приправлено запретностью и опасностью быть застигнутыми в любой момент. Адреналин на адреналине и оргазм - адреналиновый взрыв. Мощный, одновременный, уносящий в параллельные миры запретных удовольствий, кто там не был не поймет. Потом мы стояли обнявшись и пытаясь отдышаться, нам было жарко не смотря на морозную свежесть новогодней ночи. Я с удовольствием ощущал как мой член увядает в её лоне готовый в любой момент вывалиться и как она напрягает интимные мышцы, прихватывает его не давая сбежать из уютной норки. Я подставляю носовой платок под вытекающее из нее семя и мы глупо хихикаем чувствуя себя нашалившими школярами.
А обычным порядком у меня с Леной уже в новом году завертелось. Она такая зажатая в первый рабочий день после того корпоратива была, пришлось воспитательную беседу провести о пользе корпоративного секса, так сказать, ибо секс на корпоративной вечеринке - не секс, а работа по укреплению корпоративного духа и повышению лояльности сотрудников.
То есть - труд на благо компании. Короче успокоил, убедил, что никто на нее косо смотреть не будет, из стен банка ничего не выйдет, да и вообще все набрались и никто ничего не вспомнит. Потом подошел, к заплаканной, платком потекшую тушь по щекам размазал, по головке погладил и в нос поцеловал, а она меня за шею обхватила и в губы аж до боли впилась. Вот так и началось.– Порядок?
– Я посмотрел на вышедшую из туалетной комнаты девушку. Она кивнула.
– Вот и славненько, - удовлетворенно кивнул я протягивая ей папку с подписанными документами, - занеси в отдел, сделай мне кофе и езжай домой. Выспись хорошенько в выходные, в понедельник хочу видеть тебя отдохнувшую, трезвую и очаровательную. И одень пожалуйста серый костюм.
– Улыбаюсь и игриво подмигиваю. Улыбается в ответ, чуть натянуто, сдержанно, но улыбается.
Серый костюм - беспроигрышный ход, вещь погибшая в результате оргазма. Хех! Шла большая сделка и я засиделся допоздна считая, подписывая и согласовывая. Она тоже не могла уйти, крутилась как белочка: то мне кофе, то справки, то еще что-нибудь. Когда все было закончено время перевалило за полночь, я сидел в кресле и массировал виски, она подойдя сзади стала разминать мне затекшие от долгого сидения плечи. Что на меня нашло - не знаю, я резко крутанулся вместе с креслом оказавшись к ней лицом, схватил, привлек себе заставляя сесть ко мне на колени и мы сцепились как для не поделивших охотничьи угодья кота.
Я вскочил, бросил её на стол, задрал юбку, разорвал колготки вместе с трусиками и не обращая внимания на запах впился в её розовые губки, она вскрикнула, попыталась оттолкнуть, но я лишь крепче прижал её к себе, пробежал языком по аккуратной дорожке волос на лобке до самой дырочки и обратно, потом сильно всосал мгновенно распухший клитор и заметался языком по его розовой горошине. Она застонала, схватила меня за уши, еще раз попыталась оттолкнуть но вместо этого сильнее прижала к себе заставляя вобрать все окружение её мгновенно потекшего лона. Буквально через минуту её сок сплошным потоком стекал по моему подбородку а она стонала в предвкушении скорого оргазма. Я оставил её так же быстро как взял. Вывернувшись ужом Лена толкнула меня на диван, буквально сорвала с меня брюки выпуская на волю готовое взорваться естество и набросилась на него, резко, сразу, приняв в свое лоно пылко и жадно.
Заёрзла, крепко прижимаясь ко мне лобком - торопыга, клиторальный оргазм хорошо, но! Я вскочил удерживая её на весу, потом скинул животом на мягкий диванный подлокотник, распихал тазом её ноги и буквально влетел в трепещущее лоно. Она вскрикнула и закусила рукав, а я все наддавал и наддавал увеличивая и так невозможный темп. Потом выгнулась колесом стараясь дотянуться до меня, я толкнул её обратно и пальцем проник в попку, она снова выгнулась заставляя трещать швы не расстегнутого пиджака и теперь сама рухнула обратно, а я все наращивал темп еще и изнутри, через попку, прижимая плотнее к члену её лоно. Третья попытка Лены достать меня стоила ей разлетевшихся пуговиц и не выдержавших её гимнастического изгиба швов. Плюс наказание - второй палец поселился в её возбужденной попке. Она выла в исступлении и глупо махала рукой словно прогоняя меня, а я по прежнему наддавал и наддавал уже ничего не соображая, лишь где-то на краю затуманенного, одуревшего от страсти разума, пытаясь контролировать амплитуду ставших дергаными как у паралитика движений, силясь максимально продлить ее оргазм и оттягивая свой. Сколько мог и еще чуть-чуть.
Её оргазм я буквально увидел, он прокатился волной жара по всему кабинету, отразился от стен, ударил по мне и усилившись вернулся к ней заставив взвыть и выгнуться как не выгибались одержимые бесом в фильмах ужасов. Я услышал треск рвущейся блузки и звон ударившейся о стекло отлетевшей пуговицы. «Невероятно» - пронеслась мысль и тут я взорвался, заскрипел зубами силясь не закричать, перед глазами замельтешили искры и разноцветные круги, дернувшись еще пару раз я без сил оставил ее и сел на пол. Лена чуть повисела безвольной куклой на подлокотнике, дав мне рассмотреть её, оказавшиеся точно напротив моего носа раскрытое лоно и вытекающий из него поток, поток из смеси моей и её срасти, и сползла, как небрежно брошенная на край дивана вещь.