Моя судьба
Шрифт:
– Наслаждайтесь вечером! – приказала королева.
И вновь яркая улыбка.
В моём сердце появилась жалость к женщине. Выносить отвратительное поведение мужа и ужасный характер избалованных, эгоистичных детей было выше всякого терпения. Она была сильной и очевидно несчастной.
Поклонившись, мы отошли, как можно дальше от центра тронного зала.
– Они всегда такие? – я спросила, потерев щёку.
– Вивьен, они особенная семья. – ответил отец. – На плечах династии огромная ноша.
Он защищал их. Даже после того, как король прошёлся губами по мочки уха его младшей дочери, отец был на его стороне.
– Никакая ноша не оправдывает такого!
Я с отвращением коснулась липкой щеки.
Мне захотелось содрать кожу.
– Власть дурманит разум. – прошептала Флоренс.
– Я и подумать не могла, что король Адории будет вести себя так неуважительно! – я возразила.
– У тебя много смелости в словах, сестрёнка.
Приблизившись, Cелестина посмотрела на меня.
– Будь осторожна в присутствие Жерома. Сдерживай свою неприязнь так же старательно, как сдерживала сегодня. Иначе останешься без головы. Поверь, твой возраст и титул померкнут на фоне его жажды крови.
Селестина говорила искренне. В её взгляде было что-то мне незнакомое, совершенно странное и пугающее.
Беспокойство.
Моя сестра беспокоилась обо мне.
Селестина мотнула головой, сменив несвойственное ей настроение на игривую улыбку.
– Не хочу разговаривать. Хочу танцевать!
Селестина взяла Флоренс под руку.
– Ты со мной? – спросила Селестина.
– Да. – ответила Флоренс. – Нужно выпустить собравшийся пар.
Развернувшись, сёстры весело поспешили к танцующим. Даже не спросив, хотела ли я присоединиться. Меня не удивило их безразличие. С годами я становилась всё более незаметной.
– Гроссо!
Махая рукой, в нашу сторону шёл мужчина средних лет в шикарном фиолетовом костюме. Похожий на баклажан измазанный в золоте.
– Дерюби! – улыбнувшись, отец обнял друга.
– Твои дочери войдут в список претенденток? мужчина похлопал приятеля по плечу. – Моя Вирджиния будет в нём!
– Вивьен, ты не могла бы…
Одним взглядом отец показал, что мне лучше уйти.
– Конечно. Герцог Дерюби.
Поклонившись, я поспешила к дверям.
Беги из этого дворца, Вивьен.
В голове засела мысль об одиночестве. У всех вокруг были верные товарищи. У всех, кроме меня. В Горных Вершинах помимо тёти Вероники и Ричарда я общалась со своими двоюродными сёстрами. Вряд ли нас можно было назвать друзьями, ведь им было по десять лет.
Находясь среди роскоши и богатств, я была одинокой. Выйдя из тронного зала, я почувствовала обволакивающий тело холод. По оголённым плечам пробежали мурашки. Я тотчас пожалела, что наши меховые плащи забрали при приезде. Пройдя мимо стражников, я устремилась в глубь дворца. Опуская голову каждый раз, когда на пути попадались бродившие по коридорам дворяне или слуги. Мне хотелось остаться одной, раствориться в собственных мыслях, стать невидимкой. Их поклоны и заинтересованные взгляды создавали ощущение слежки на охоте. В снежных лесах я всегда была в роли кровожадного хищника. Но во дворце династии Дюран впервые почувствовала себя беспомощной жертвой.
Я забрела в самую глубь пустующего, почти неосвещенного коридора. Его темнота устрашала, но шанс уединения безумно манил. Оглядевшись
по сторонам, я сняла туфли и, подняв широкие юбки сапфирового платья, побежала на встречу ночи. Холодный мрамор целовал мои пятки. Его ледяные прикосновения оставались мурашками на коже. В моей голове заиграл целый оркестр: скрипки, виолончели, фортепьяно, барабаны, саксофоны – всё смешалось в царственном вальсе. Я бежала так быстро, что создаваемый мной ветер растрепал локоны. За время проведённое в Адории, мне больше всего хотелось вырваться на воздух. Лёгкие начинали гореть. Нехватку кислорода усугубляла боль от тугого корсета, который душил меня с самого выхода из особняка.Добежав до конца коридора, я оказалась в арке, ступени которой вели в королевский сад. Лунный свет развеял кромешную тьму и подарил вечеру таинство. Я подняла голову и увидела ночное небо, усыпанное множеством сияющих звёзд. Они, как многолетние светлячки, освещали странникам путь. Звёзды бесспорно были прекрасны, но меня всегда привлекала луна. Полумесяц. С детства он казался мне по особенному родным.
Недолго понаблюдав за ночной красотой, я спустилась по лестнице. Почувствовав холодный воздух, ступила на приятную траву, чуть-чуть мокрую из-за утренней росы, я прикрыла глаза от наслаждения. Идя по саду, я не могла наглядеться здешней красотой. Всюду росли кусты красных и белых роз, мраморные статуи ангелов казались живыми, а ажурные скамейки заросли зеленой лозой. В центре сада находился фонтан. Жажда прохлады подтолкнула меня к нему.
Присев на край, я опустила руки в зеркальную воду, отражающую лунный свет. Я тёрла щёку, старательно уничтожая липкие следы пальцев короля. Ополоснув лицо и шею, я посмотрела на ладони. Мозоли от мечей почти прошли. У меня не было возможности тренироваться в последние недели. Отец ежедневно заставлял проводить часы с преподавательницей королевского этикета и модисткой, которая была слепа на один глаз. Из-за чего вечно, промахиваясь мимо ткани, втыкала иголки мне в кожу.
Я прикоснулась к шраму на левой ладони. Мне нравилось трогать его. Одиночество не казалось мрачным, когда я смотрела на эту продолговатую линию. Единственное, что у меня осталось. Моё вечное напоминание о прошлом. Моё вечное напоминание о нём.
– Вы нарушаете моё уединение.
Мужской голос вывел из воспоминаний. Не оборачиваясь, я сразу поняла, кому он принадлежал. Немногие обладали таким низким баритоном.
– Тогда вам следует уединиться в другом месте.
Мой шёпот был еле слышан. Я гладила большим пальцем шрам, мечтая вернуться в день, когда его получила.
– Кто вы?
Тень собеседника упала на мои ноги. Я не могла не заметить его пышные волосы, широкие плечи и руки, покоящиеся в карманах штанов.
– Никто.
Я хотела погрузиться в собственные мысли, побыть наедине с внутренним миром, раствориться в мечтах. Пересматривать в голове его улыбку и переслушивать звонкий смех. Я хотела вновь увидеть его. Сплести наши тёплые пальцы. Заглянуть в глаза. С годами меня перестало пугать одиночество. Теперь меня пугало время. Я начинала забывать его облик.
– Вы младшая дочь герцога Гроссо.
Он не спрашивал. Он прекрасно знал, кем я являлась.
– Молодой девушке небезопасно бродить одной по ночному дворцу.