Мой выбор
Шрифт:
Серж, как с недавних поря с тела его называть, на французский манер, отлично танцевал. Мы отдавали танцу и друг другу словно долгого и не простого перелёта не было. Мы пили только сок и воду, но настроение было, словно мы съели тонну колёс и палернули это всё кокосом. Мы открывались часа четыре, пока наши танцы не стали такими тесными и провокационными, что мы одновременно сказали: " Поехали в отель".
Там было все потрясающе, страстная любовь по всему номеру, мы просто начали с консоли при входе, а там уже использовали все поверхности и помещения. Это было потрясающе, это было очень откровенно, он говорил, чего хочет он, я говорила, чего хочу. Мы были более открыты друг другу, развратнее даже. Многое для меня оказалось в новинку,
Очень удивилась, когда он сказал, что не любит оральные ласки. Когда его ласкают.
— Не понимаю я, ничего особенного в этом нет. Красиво, конечно, но не люблю.
Я восприняла это как вызов.
— А можно я попробую, я никогда этого не делала, не хотела, а теперь хочу. Хочу доставить тебе удовольствие.
— Ты и так доставила мне массу удовольствия.
Мне ещё пришлось его упрашивать, может это была уловка, я не знаю. Но от прикосновений руками он весь напрягаться, а уж как я стала спускаться с поцелуями ниже пупка, он совсем был как оголенный провод, его прошивало. Я намеренно оттягивала момент, распаляя его. Я проводила щекой по стволу, а сама целовала рядом.
— Ты точно не хочешь?
— Знаешь, ты умеешь убеждать. — Он так тяжело дышал, что я и сама распалялась не на шутку.
Тогда я вспомнила все что когда-либо видела или читала об этом. Не знаю, что он там не любил, но от моих прикосновений губами он начинал шумно дышать, иногда в голос. Я постепенно все глубже принимала его, наращивая темп, потом вспомнила про создание вакуума. И его пробила дрожь, он громко простонал и его семя оказалось у меня во рту.
— Извини, я не предупредил. — хриплым голосом он сказал, приподнимая мое лицо.
Я не знала, что делать, поэтому проглотила, читала где-то, то мужчина может расстроится, если выплюнуть сперму.
— Тебе понравилось? — С горящими глазами спросила я.
— Ты лишила меня невинности, я, если честно, не верил в эту затею, но это… — Он сделал вдох, взлохматил волосы и почему-то стеснялся на меня смотреть- Просто космос. Мне теперь интересно, кто тебя такому научил.
— Ты первый, никто не учил. Читала, видела. — Засмущалась я, будет теперь думать, что всем делала так хорошо.
— Ты у меня просто космос, я-то думал, сейчас я тебя буду развращать, покажу тебе настоящий секс, а тут ты, с таким напором.
— Ты мне и так, ещё тогда, показал, что такое секс. Я даже и не знала, что… ну… даже ты целовался умопомрачительно, не то, что секс.
Я не ожидала такой откровенности от себя, но это было правдой. Эта ночь для нас была действительно ночью открытий, мы становились ещё ближе, открывали свои сердца, свою душу, свои мысли друг другу.
— Я не помню, чтобы когда-то я кого-либо так хотел. Чтобы я такое физическое удовольствие получал от поцелуя или секса. Я тогда тебе в подъезде поцеловал, так чуть штаны не порвал. Я пытался унять стояк, но не мог, он даже болел, вот как я тебя хотел. А целуешься ты…ууух. Сейчас уже привык, а вначале голову сносило напрочь. Дышать потом не мог нормально, как астматик задыхался. И помню первый раз- он словно завис в воспоминаниях. — А еще потом без резинки. Это не описать. Наверное, тут не сравнить ни с чем. С тобой и анальный секс не нужен, ты там такая узкая, словно…не могу приличного сравнения найти. — Я безумно застеснялась от этих слов, эти откровения были не для моих ушей. Но я решила поддержать его откровенность.
— А ты очень крупным мне показался, когда ты первый раз… то я даже дышать не могла, настолько ты меня заполнил, я даже и не знала, что может быть так хорошо… А, когда ты там меня поцеловал, я не ожидала, так смущалась, но не хотела, чтобы ты заканчивал.
Про себя я думала, что он слишком хорошо это делал, опять укол ревности.
А он воспринял это как сигнал и пошёл в атаку, откинул одеяло, раздвинул мои бедра ногой, и только хотел
поцеловать, как сработал будильник. Снова аэропорт. Тут перелёт был всего два часа. Дальше катер, ещё часа три мы пошли и мне уже становилось дурно, на море было волнение.На горизонте появились первые очертания острова. Он был полностью зелёный, там даже не видно было строений. Чем ближе мы приближались, тем больше деталей я могла разглядеть. Пирс, белый песок, недалеко от берега небольшое строение. Сам остров был метров двести, двести пятьдесят в длину, совсем маленький.
Нас встретил приятный восточный мужчина с идеальным английским. Поприветствовал нас назвав мистер и миссис Ковалев. Он говорил много, не быстро, но я не все понимала. Серж же наоборот поддерживал беседу, задавал вопросы пока мы шли к нашему бунгало. Тут было лишь несколько бунгало, на сколько я смогла понять, при этом у каждого был небольшой свой приватный пляж.
Приходя по небольшой тропинке, вымощенной неровным камнем, среди густой, экзотической растительности. Наш провожатый откинул огромные листья и перед нами явился наше уединенное местечко.
Как я себе и представляла! Рай! Небольшой деревянный домик на сваях, соломенная крыша, вернее покрытая сухими пальмовыми листами. Рядом зонтик из похожих материалов и два деревянных лежака, со светлыми однотонными матрасами. И пляж. Наш собственный, он был укрыт с одной стороны скалой, а с другой стороны было необъятное море. Белый, как манная крупа, песок, лазурная вода, которая меняла свой оттенок в зависимости от глубины. Это было настолько красиво, настолько совершенно, что я не могла поверить, что это реальное место, и создала его природа сама.
— Этот пляж только наш. «Мы можем купаться голышом», — Сказал Серёжа совершенно серьёзно.
— Тогда побежали.
Я сдернула шорты, сбросила с себя футболку и прямо в нижнем белье, из розового кружева бросилась к воде. Серёжа смог нагнать меня почти у самой кромки, охватил мою руку, и мы вместе бросились по изумрудной воде. Когда я стала отставать, я заметила, что он сверкает впереди голым задом.
— Ты сумасшедший! — Кричу я ему, а он разворачивается ко мне и бросается спиной в воду демонстрируя миру свою красоту.
Я бросаюсь следом за ним, тёплая вода обнимает меня, ласкает моё тело, я переворачиваюсь на спину, и улыбаюсь палящему солнцу. Я пьяна от любви и впечатлений, переполнена через край этим райским местом.
Когда мы выбираемся на берег, на небо прибегает маленькое облако, давая передышку нашим глазам. Мы сидим на этом прекрасном пляже, на ноги набегает то и дело волна. Легкий бриз. Сквозь пальцы я пропускаю белоснежный песок. Спокойствие, шум прибоя и ОН.
Вот он прилёг, закинул руки за голову и смотрит в небо, такой соблазнительный профиль, такие красивые глаза, небольшие морщинки разбегаются от них, во влажных волосах проблёскивают песчинки. Он поворачивается ко мне, замечая мой взгляд, и говорит:
— Я так счастлив сейчас. — Он провел пальцем по моей шее, и откинул мои волосы назад, потом провел по ключицам и нырнул в ложбинку между грудью, пробравшись к самому сердцу- Счастлив, что ты у меня есть.
— Я люблю тебя, — Поцеловала его руку и вернула на место, к моей груди- Спасибо, что привез меня в это райское место. Лучше не могло быть.
— Ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю!
– ---------------
День за днём мы наслаждались друг другом и райским пляжем. И закаты, и рассветы мы проводили на пляже, спали, когда хотелось, ели, когда вздумается. Единственное из привычного, каждый день выходили на связь с родителями, а еще пробежки Серёжи, скакалка и отжимания. Обычно он занимался в одиночку, иногда я присоединялась, но не выдерживала ритма. На скакалке, мне кажется, я так никогда не смогу прыгать. Он словно отключался в момент тренировок и работал как машина. Его мощные легкие усердно работали, а его шумные выдохи были похожи на дыхание паровоза.