Мой сон
Шрифт:
– Потому что если бы я не избавился от "хвоста", он бы проследил за мной и узнал, куда я направляюсь, а так, он еле лапы уволок, пусть радуется что живой остался.
В словах Дениса не было пустой похвальбы, это видно было по тому, как засверкали его глаза. На миг мне показалось, что это были глаза свирепого зверя.
– Я тебя боюсь порой, - призналась я нехотя.
– Зачем ты тогда в лесу напугал меня, я думала, что у меня сердце остановится.
– Прости, - заржал Денис, - не удержался! Захотелось посмотреть на твою реакцию.
– Посмотрел бы, - покачала я головой, - если бы я там ласты склеила.
–
Я взяла конфетку.
– Кстати, а куда Катя делась?
– вспомнила я про свою хорошую знакомую.
– А чёрт её знает, она то пропадает, то появляется из ниоткуда.
После завтрака мы смотрели телевизор.
– Денис, а что ты чувствуешь во время превращения?
– спросила я, глядя как Дэн переключает каналы.
– Ммм, онемение. Да, больше похоже на онемение, - ответил он, на секунду задумавшись.
– А потом - бац!
– и я уже волк.
– А каково это, быть волком?
– Ооо, - Денис закрыл глаза от удовольствия, - это очень круто! По крайней мере, мне нравится. Антон вон не в восторге был. Конечно, сначала ощущения специфические, другое зрение, нюх, шерсть, хвост, - загибал Денис пальцы, - но это того стоит.
– А как произошло первое обращение?
– придумывала я всё новые вопросы, пользуясь разговорчивостью парня.
– Ну как, как... Неожиданно, - кратко ответил Денис, что-то слушая по телевизору.
– А поподробнее?
– потребовала я.
– Это случилось после первого секса, я шёл домой, и оба-на! Началось что-то твориться со мной. Я полчаса провалялся под кустами, прежде чем понял что я на четвереньках стою, и вместо ног лапы. Пока пытался обдумать что со мной происходит, превратился в человека. Ну, там меня вырвало потом, и в техникум на следующий день не пошёл. А потом через месяц рецидив - ну и пошло поехало, с другими познакомился, стали втроём бегать, - вкратце поведал свою историю Дэн.
– А сколько времени уже...
– подбирала я слово, - ну прошло с того момента?
– Три, почти четыре года, - тут Денис замолчал, и сел вплотную к телевизору.
На экране мельком показали тело человека, лежащего под деревом. Хотя на человека это мало было похоже, больше всего это напоминало кучу мяса и крови, замазанного кубиками. Корреспондент местного телевидения рассказывал о восемнадцатилетней девушке, которую нашли грибники. Девушка была растерзана зверем, предположительно волком. Опознать её пока не удалось.
– Ой, дураки, придурки, - запричитал Денис, держась за голову.
– Что такое?
– удивилась я.
– Да теперь же отлавливать волков будут. Пока зверя не поймают, никаких обращений, а то подстрелят и повесят мою тушку на главной площади.
– Это сделал оборотень?
– мелькнула догадка в моей голове.
– Я больше чем уверен. Ты заметила раны на голове жертвы?
– Денис что-то обдумывал, прислонив указательный палец к губам.
– Какие раны, там же замазали всю картинку?
– я не поняла ничего.
– Так, мне надо позвонить, - сказал Денис и побежал в спальню. Я слышала, как он разговаривал с кем-то короткими фразами. Через несколько минут он вернулся.
– Кому ты звонил, - спросила я.
– Кириллу?
– Он трубку не берёт, занят, -
Денис ходил из угла в угол, - парни сказали, что окончили патруль около часа ночи, на месте преступления были, но никого не видели. Значит, убийство совершили, когда они уже были дома.Тут Денис встал перед окном, взгляд застыл куда-то вдаль. Я посмотрела в окно, пытаясь увидеть то, на что смотрел Дэн, но кроме забора и цветника не видела ничего. Задумался, наверно, подумала я.
Глава 6
– Аня, попробуй ещё раз, - устало повторил Кирилл, растирая слипающиеся глаза.
Вот уже пятый день мы занимаемся магией по ночам, а я даже потрогать не могу её, эту магию. Она будто ускользает сквозь пальцы, оставляя приятный холодок на моей коже.
Ночью и утром до обеда за мной приглядывает Кирилл, потом приходит Дэн из техникума, и Кирилл передаёт меня их рук в руки. Потом Кирилл идёт в кузницу, и бывает там часов до семи-восьми, несмотря на то что хозяин кузницы, дядя Вася, приходит иногда намного раньше него. С чем это связанно, не понятно.
Родители Дениса, как ни странно, лишних вопросов не задают. Уж не знаю, кем меня они считают - сестрой, подружкой Кирилла или ещё кем. Тётя Лена добрая женщина, и очень тепло отнеслась ко мне. Она работает посменно санитаркой в больнице, поэтому видимся мы редко.
Мы сидели в беседке уже давно, глаза слипались, и Кирилл решил сжалиться надо мной.
– Ладно, - сказал он, - давай на сегодня закончим.
– Давай, всё равно, успехов никаких, - печально вздохнула я.
– Только давай посидим немного, так хорошо сегодня.
Погодка была ясная и звёздная, и тёплый ветерок порой доносил до нас воспоминания о летней жаре. Я закрыла глаза и откинулась в плетеном кресле. Кирилл сидел на перилах беседки, которая почти со всех сторон была оплетена диким виноградом, листья которого уже начинали краснеть. Свет мы не включали, чтобы не привлекать внимание. Это было идеальное место для наших ночных тренировок, тихое и безопасное.
Прогресс в занятиях был, но совсем не значительный. Может, потому что я никудышная лунница, а может потому что всё время отвлекалась на Кирилла. Он становился за моей спиной, почти вплотную ко мне, чтобы контролировать действие моих рук. Один раз у меня почти получилось собрать лунную энергию в ладони, как Кирилл, сам того не замечая, прижался ко мне очень близко, тем самым порушив всю мою концентрацию. Один раз я сама попыталась прижаться к нему, сделав это как можно менее наиграно, но Кирилл тут же отпрянул, сделав кучу замечаний по поводу положения рук и даже сказал, что я пальцы скрючиваю куриной лапкой.
Я начала догадываться, что отсутствие глобальных успехов было не из-за того что я как-то неправильно держала руки, а из-за того что внутри меня чего-то не хватало. Порой, особенно если мои усилия на тренировках не давали успехов, я чувствовала себя полной дурой и сумасшедшей, которая пытается что-то выхватить из воздуха.
– Может, ты мне какой-то секрет забыл рассказать?
– спросила я Кирилла.
– Да какой там секрет, - ответил Кирилл. Голос его звучал разочаровано, он потер голову, ероша свои отросшие волосы.
– Просто это так быстро не делается, а результат нужен сейчас. Надо научить тебя защищаться, пока мы сидим здесь.