Мира
Шрифт:
— Нет, но Эвр утверждает, что он, — разулыбалась я, вспоминая демона.
— Это будет несложно определить, рыжие дети хорошо заметны, — тоже улыбнулся Терри. Я погладила свой живот, ловя новые толчки малышни. Уже совсем скоро, родные.
Глава 16
Следующие несколько недель прошли прекрасно. Моя обновлённая семья осваивалась. Вальтер искал своё место в нашей жизни. Как оказалось, любимый мамин ребёнок не сильно обременял себя учёбой, поэтому особой профессии не получил. Но без собственного дохода претендовать на семью он бы не смог. Вот почему он занялся самым простым и эффективным, что мог придумать. Открыл несколько ларьков с выпечкой по всему городу. Выпекал не он, продавал не он, но организовал все сам.
Терри был сильно удивлён тем, как функционирует наша семья. Необходимость перенастроить финансовый браслет не на меня, а на Перстана повергла его в шок. Не знаю как, но после нескольких часов за закрытой дверью с моим старшим мужем, они уладили этот вопрос. Но Терри ещё несколько дней бросал на меня странные взгляды и качал головой, о чем-то размышляя. В то же время, его поразило то, как я распределяю внимание и любовь между всеми своими мужчинами. Он много раз повторял, что приятно удивлён и счастлив, что попал в нашу семью. Лучше всего он нашёл общий язык с Теренсом. Возможно, потому что был ближе всего с ним по возрасту. А может, потому, что оба были шалопаями.
Теренс, с появлением Вальтера, стал более раскованным и общительным. Хотя своё поведение так и не поменял, продолжая доставлять нам хлопоты разного рода. Каждый раз, заставая его у Тана на очередном выговоре, я благодарю судьбу, за то, что она помогла избежать такого брака. Намаялась бы я с таким мужем. Ох, намаялась бы.
Единственный, кто ходил как серая туча, был Марон. Он сильно изменился с появлением Вальтера. Нет, отношение ко мне осталось прежним, но настроение в целом, ухудшилось. Я видела, что его что-то смущает. Но он не спешил делиться со мной. Перстан уверял, что ему нужно время. Но такая сильная неприязнь между Мароном и Вальтером не давала мне покоя. А когда в нашей семье приостановилась половая жизнь, неприязнь стала в разы сильнее.
Мой живот вырос до немыслимых размеров, и Леннард строго настрого запретил секс. И никакие мои умоляющие глазки не смогли помочь. Спорить с мужем я не стала, но не выплеснутая сексуальная энергия начала накапливаться не только у меня.
Когда я, собравшись с духом и ревностью, намекнула мужчинам, что понимаю их потребности и не против их посещения улицы развлечений… Со мной перестал разговаривать даже флегматичный Кир. Я не знаю, как бы развивались события в нашей семье дальше, если бы не сегодняшний день.
Первую половину дня я преспокойно провела в мастерской. Молчаливый Кир был полностью поглощён в свои работы, создавая одновременно и ощущение присутствия родного человека рядом и его полное отсутствие. Он заканчивал красивые картины для детской, которые должны были одновременно радовать и дочерей и сына. На картинах была изображена жизнь и приключения насекомого, очень похожего на бабочку. Всего было пять картин и на каждой с бабочкой что-то происходило. На одной она нашла вкусную пыльцу, на другой встретила подружку и так далее. Все события были счастливыми, конечно же. Я очередной раз восхищалась талантами Кира, все его рисунки казались живыми. Подойди, протяни пальчик к картине и прикоснись к бабочке, а она взмахнёт крыльями и улетит, сияя фиолетовым боком на прощание.
Я прикрыла глаза, наслаждаясь моментом умиротворения.
Внизу что-то упало. Сердечко испуганно трепыхнулось. Не знаю почему, но я была уверена, что это не просто случайная ваза. Что-то произошло.
Я посмотрела на Кира, кисточка застыла в сантиметре от холста. Он прислушивался и не шевелился. Ещё один “бубух” и он разворачивается ко мне, откладывая кисть в сторону.
— Мира, посиди здесь, пожалуйста, — просит он, но я не слушаю. Я должна понимать, что происходит в моем доме. Видимо, он читает это в моих глазах. — Упрямая, я прошу тебя остаться, потому что тебе нельзя нервничать.
— В неведении я буду переживать намного сильнее! — сама не заметила, как повысила голос. Стало стыдно, Кир ничего не сделал, чтоб на него кричать. Опустила
взгляд в пол. Ощутила его мягкие объятия.— Ну-ну, малышка. Я все понимаю. Просто посиди тут, я узнаю, что там случилось и вернусь. Ладно? — тихо шепчет он. Я нехотя киваю, объятия размыкаются, мне становится холодно и зябко. Обхватываю себя руками и вижу, как Кир выходит из комнаты, легонько прикрывая дверь.
Минута, вторая, новый “бубух”, и я не выдерживаю. Спешу со всех своих сил, чтобы понять, что же так грохочет. На моем пути невероятная преграда — лестница. Раньше это было прекрасным дизайнерским решением, а теперь ненавистными двадцатью тремя ступеньками. Которые я мало того, что не вижу из-за своего внушительного живота, так ещё и боюсь оступиться. Одной рукой держусь за перила, второй за живот и шаг за шагом, под усиливающийся шум снизу, преодолеваю препятствие. На середине лестницы я уже была готова убить всех причастных к этому безобразию. Под конец ступенек, я подумывала о том, что отречение, это не самый плохой из вариантов. Додумаются тоже, беспокоить беременную меня. Но, когда я всё же добралась до эпицентра шума, все мои мысли выветрились из головы. Конфликт был между Мароном и Вальтером. Они снова дрались. Остальные мужья тоже были здесь. Кир заметил моё появление и неодобрительно покачал головой. А я пожала плечами, нечего было так долго не возвращаться. Я, вон, успела за это время сама с лестницы спуститься. А это вам не хухры-мухры. Новый удар и все наше внимание вернулось к дерущимся.
— Тан? — позвала я слегка истерично. Мужчина обернулся на мой голос, его глаза выражали удивление, будто он не ожидал меня увидеть. Секундный взгляд на дерущихся мужчин и он уже подходит ко мне, обнимая и придерживая.
Марон впечатывает соперника в стену, Вальтер уворачивается от прямого удара кулаком в лицо, в стене остаётся вмятина.
— Тан, почему ты не остановишь это? — спрашиваю я, не отрываясь от мужчин, живот начинает тянуть от волнения. Обнимаю его руками, поглаживая. Рядом сразу оказывается Леннард со стетоскопом. Прослушивает живот, кивает сам себе и снова уходит поближе к дерущимся.
— Потому, что это больше не помогает. Они накапливают злобу. Я искал варианты, но этот самый эффективный. Выяснят отношения и переступят через эту ситуацию, — ответил мой старший муж.
Вальтер оттолкнул Мара, нанёс ему удар в живот, от чего Марон отвлёкся, а Вальтер повалил его на маленький столик. Столик веса не выдержал и развалился под мужчиной. Я зажмурилась и уткнулась носом в Тана. Кошмар какой-то. Живот снова начал тянуть.
— Что за кошка между ними пробежала? — простонала я в грудь мужа от боли в животе и отчаяния одновременно. Я понимаю, что такому большому количеству мужчин тяжело ужиться на одной территории без конфликтов. И мой рыжий этому прямое подтверждение, но неужели все будет вот так?
Я вновь посмотрела на злых мужей. Я пропустила момент, когда Марон снова оказался сверху, но сейчас в его руке была деревянная часть столика. Он нависал над Вальтером и намеревался нанести ему удар по голове. Нет, нет, нет!
Я зажмурилась, боясь представить, что случится, если Вальтер не увернётся от удара. Но вместе с моими закрывшимися глазами, исчезли все звуки. Как такое может быть? Я же не уши закрыла. Я ощущала, как меня крепко держит Перстан и нежно кто-то поглаживает по спине, но ничего не слышала, а потом в ушах зазвенело, возвращая меня в реальность.
— Мира, родная! Мира, ты слышишь? — звал меня Марон. Я несмело открыла глаза и увидела обоих драчунов с избитыми лицами, но крайне встревоженными глазами прямо рядом со мной.
— Мира, девочка, как ты себя чувствуешь? — вторил Марону Вальтер.
Я непонимающе переводила взгляд с одного на второго. Они же ещё секунду назад готовы были убить друг друга?
— Отойдите от нее, она не умирает, просто рожает! — рядом расталкивал мужей Леннард, пытаясь подойти ко мне.
— Я что делаю? — не поняла я, но, на всякий случай, обняла живот. Тут ощущения тоже начали ко мне возвращаться, и я почувствовала, что у меня мокрые ноги. Посмотреть я все равно не могла, но это начало наталкивать меня на нехорошие мысли. Я поёжилась.