Милгран
Шрифт:
– Я спросила тебя, – шутливо нахмурилась Мила.
– Извини, не слышал. Смотри, ночью совсем всё по-другому смотрится: город, деревья, небо. Заметишь это и на Кавказе, днём будет один вид, а ночью всё будет по-другому. Я тебе много чего покажу.
Мила с хитрой улыбкой, смотрела на него, облизнула губы.
– Пить хочешь? Гарик, дай бутылку воды, мы пить хотим.
Гарик, улыбаясь, протянул ему бутылку воды. Грант состроил ему гримасу, шутливо ударил его в плечо, открыл бутылку и протянул её Миле.
Мила сделала несколько глотков: «Спасибо», – начала снимать пиджак.
Грант
Грант, улыбаясь, смотрел на Милу, протянул руку за её спину, обнял за талию, притянул к себе, закрыл глаза, спрятав лицо в её волосы, второй рукой начал гладить её лицо, шею, его дыхание участилось.
– Грант, прекрати, ты что делаешь? – прошептала Мила.
– Не могу… и не хочу, – игриво тихо ответил он.
– Мы не одни, перестань, я сейчас сгорю от стыда.
Грант закрыл ей рот поцелуем…
…Мила, смущённая, опустила голову, подняла глаза на пассажиров переднего сиденья, они болтали, музыка заглушала их разговор, выдохнув и успокоившись, застегнула блузку на груди. Рука Гранта накрыла её руку и сжала грудь.
Мила, затаив дыхание, посмотрела на него: «Немедленно возьми себя в руки и остынь, так нельзя», – сердито прошептала она.
– Можно, не перестану, я целую свою невесту, – прошептал он.
– Тогда скоро лишишься своей невесты.
Грант замер, повернул её лицо к себе и удивлённо посмотрел на неё.
– Потому что твоя невеста сгорит ярким пламенем от стыда, в который ты меня вгоняешь. – Грант облегчённо выдохнул. – Да, не успев долететь с тобой туда, куда ты хочешь.
Грант улыбнулся: «Я этого не допущу, у меня есть вода. На, попей водички, попей, моя хорошая, вкусная водичка», – сунул ей в рот бутылку воды.
– Это ты попей водички, и остынь, горячий ты мой. – Мила в ответ стала пихать ему в рот бутылку воды.
Они засмеялись. Мила заставила Гранта выпить воды. Грант, успокоившись, взял её руку, положил себе на колено, закрыл глаза.
Они ехали молча полчаса, Грант смотрел в окно, поглядывая время от времени на Милу. Потом он заёрзал на сиденье, посмотрев на Милу, обнял её, притянул к себе и стал нежно целовать её ладонь.
Мила вздрогнула, попыталась его остановить: «Грант!»
– Что? – радостно тихо воскликнул он.
– Возьми себя в руки, – тихо урезонила его Мила.
Он вопросительно, улыбаясь, посмотрел на неё: «Это как себя взять в руки, покажи?»
– Это вести себя сдержанно.
– Сдержанно – это как? – он закусил нижнюю губу, улыбаясь.
– Сдержанно – это не обниматься и не целоваться при всех, вот как.
– Я не могу. Это не про меня, когда я вижу тебя, во мне всё закипает и меня тянет к тебе, как магнитом. Или ты хочешь моей смерти?
Мила распахнула глаза: «Ты, что такое говоришь? Не говори так».
– Тогда пойми меня, я люблю тебя и не могу, да и не хочу это скрывать. Я так долго ждал тебя, меня переполняют чувства к тебе, – тихо произнёс он.
– Грант, я очень смущаюсь, пойми и ты меня. У меня сердце останавливается, когда ты это делаешь при всех.
–
Мила, почему ты смущаешься? Разве любить, это что-то непристойное? Пусть люди видят, что мы любим друг друга и становятся добрее, ведь людям так не хватает любви, добрых чувств в жизни.– Но это неприлично, так нельзя вести себя прилюдно. Об этом и отец говорил нам.
– Я побеседовал с собой об этом, после нашего с ним разговора, и мы пришли к выводу, что нас совершенно не колышет мнение других. Я очень хочу быть с тобой, хочу касаться тебя, и я буду это делать, мне совсем наплевать кто и что подумает. Главное только одно, – он перешел на шепот, – ты этого хочешь? Что говорит твоё сердце?
Мила закрыла глаза, чуть слышно произнесла: «Да», – и уткнулась ему в шею.
Он обнял её: «Всё, что я хотел услышать, люблю тебя», – вновь поцеловал.
… Мила отстранилась, смущённо посмотрела на него: «У меня к тебе будет одна просьба. Выполнишь?»
Он счастливо улыбнулся: «Для тебя всё, что хочешь, говори».
– При людях все–таки не целуй меня в губы.
Он скорчил гримасу: «Это нечестно, ты поймала меня».
– Грант, прошу, – нахмурилась Мила.
– Хорошо, любимая, я буду стараться.
Мила хитро улыбнулась: «Но только при людях».
Грант засмеялся.
– Смотри у меня, – шутливо погрозила ему пальцем Мила.
Он вновь засмеялся: «Смотрю, только на тебя».
– Не перепутай, что к чему, когда и с кем, зачем и почему, – протараторила Мила.
Грант, смеясь, обнял и поцеловал её руку.
В аэропорту они встретились с друзьями Гранта, приехавших в аэропорт раньше их, чтобы оформить погрузку их большого багажа. Увидев Милу, парни обрадовались, много шутили и смеялись, у всех было хорошее настроение. Грант светился от хорошего настроения, часто поглядывая на Милу, старался не отпускать её от себя, но она шутливо часто вставала рядом с его друзьями, показывая ему шуткой всякие рожицы.
Наконец, объявили их посадку, все дружно встали, взяв свою ручную кладь. Вачик и Гарик, улыбаясь, подхватили с шутками и прибаутками под руку Милу, пошли на регистрацию. Грант, разговоривший в это время с Тиграном и Борисом, увидев, что у него похитили Милу, сделал изумлённое лицо, погрозил парням кулаком. Все засмеялись.
В салоне самолёта Мила села рядом с Вачиком, Гариком, Борисом на места, что были посередине. Их с Грантом места были рядом у окна. Увидев, что Мила смеясь сидит рядом с друзьями, Грант указал Миле на ее место у окна, парни засмеялись и удержав Милу, не отпустили ее. Грант, Тигран убрали сумки на верхние полки, Тигран сел на место Милы у иллюминатора. Грант, скорчив гримасу, не садился на свое место, стал помогать убирать вещи пассажирам соседних мест, на какое-то время он исчез из виду. Пассажиры все вошли в салон. Стюардесса, симпатичная девушка, подошла решительной походкой к их местам и попросила предъявить их билеты. Вачик предъявил билеты. Стюардесса внимательно изучила их билеты, посмотрев на Милу, улыбнулась глазами и строго попросила её пересесть на своё место и не нарушать порядок.