Мечта холостяка
Шрифт:
— Из принципа или потому, что никто никогда не делал тебе таких подарков? — спросил он, подняв бровь. — Лично я за функциональные и своевременные подарки, а не за коробки с конфетами. Или я не прав?
Она открыла рот, но не нашлась, что ответить. Нэт слегка запрокинул голову, улыбка постепенно исчезла с его лица, и теперь он просто смотрел на нее оценивающим взглядом.
Энджи чувствовала, как в груди у нее растет какое-то странное чувство, а Лиза начала ерзать, как будто ей передалось волнение матери. Легкий ветерок растрепал волосы Энджи, и прядь упала ей на глаза. Не успела она ее пригладить, как Нэт поднял руку и отвел непокорную
Подпоясанные ремнем джинсы обтягивали его бедра, синяя футболка подчеркивала стройность тела. Хотя стояла прохладная погода, его обнаженные мускулистые сильные руки, покрытые редкими волосами и тронутые легким загаром, так и излучали жар. Плечи его казались широкими, но он не выглядел ни толстым, ни чересчур накачанным: просто хорошо сложенный мужчина. На шее у него дрогнул кадык, он сглотнул. Она подняла взгляд на его лицо. Короткие светло-каштановые волосы лежали аккуратно, их так и хотелось погладить. Единственной вольностью прически была прядь, ниспадавшая ему на лоб и придававшая некий задор задумчивому выражению широкого мужественного лица с длинными ресницами и чувственным насмешливым ртом. Ему наверняка около тридцати, и Энджи только диву давалась, что такой красивый мужчина до сих пор не женат; ведь он явно холостяк и, похоже, считает свое положение в порядке вещей.
Встретившись с ним взглядом, Энджи почувствовала, что у нее пересохло в горле.
— Зачем ты чинишь машину? — спросила она.
— Потому что ты мне нравишься.
Ее ошарашила его откровенность.
— Ты ведь меня почти не знаешь.
— Верно. Может, когда я узнаю тебя получше, ты мне перестанешь нравиться.
Его ответ ее немного успокоил. Она вовсе не хотела бы иметь дело с психом, который не понимает слова «нет», хотя ей совсем не хотелось говорить Нэту нет. Он такой милый, заботливый, да и красавчик к тому же. Она боялась ранить его чувства.
— А может, — предположил он, — ты понравишься мне еще больше.
Его взгляд скользнул по ее губам, задержался на них, и Энджи почувствовала, что земля уходит у нее из-под ног.
Вдруг Лиза начала причмокивать губами, засунув кулачок в рот. Лиза, удивительно спокойный ребенок, очень редко плакала, даже когда хотела есть, поэтому Энджи научилась понимать по едва уловимым признакам, что ей надо. Энджи подняла сумки с продуктами.
— Пойду отнесу Лизу домой, — проговорила она.
— Дай я тебе помогу.
— Да я сама справлюсь.
Он нахмурился:
— Как же ты дотащила такие сумки?
— Я на автобусе. Всего-то два пакета.
Лиза причмокивала уже громче, и Энджи почувствовала, как ее грудь наполняется молоком и набухает.
— Я ее сама отнесу, — повторила она. — Тебе здесь еще много работы?
— Я почти закончил.
Энджи уже направлялась к подъезду.
— Когда закончишь, поднимись ко мне, я тебя хоть поблагодарю.
Он рассмеялся:
— А я уж не надеялся, что ты пригласишь меня.
Энджи не сдержала застенчивой улыбки.
— Ну, увидимся, — крикнула она и быстрым шагом направилась к подъезду.
Боже мой, кто ее за язык тянул? Она вихрем влетела в квартиру и забросила покупки на кухню. Сперва она вынула из кенгурушки Лизу, а затем с огромным облегчением сняла через голову и саму кенгурушку. Плюхнувшись на диван, она
начала кормить ребенка. Малютка безмятежно посасывала молоко, а Энджи полулежала на диване, хотя больше всего ей сейчас хотелось навести в квартире порядок: подобрать раскиданные по всей комнате игрушки и грязное белье. Рано утром она ушла вместе с Лизой на работу и не успела прибраться. Она надеялась, что Нэт не заметит беспорядка.Нэт… Да что с ней такое творится? Ведь у Энджи нет времени на романы. Она работала в фотостудии, и ей разрешалось брать с собой на работу Лизу, где она либо носила малышку в кенгурушке, либо укладывала ее спать в переносную кроватку. Начальник ценил сознательность Энджи. Он знал, что Энджи нуждается в деньгах и готова работать хоть сутки напролет. Кроме того, она училась: готовилась к экзаменам на степень бакалавра и мечтала в дальнейшем продолжить образование и стать архитектором. Так что работа и учеба отнимали у нее все время.
Она обвела глазами комнату и усмехнулась. Как не похожа она на тот дом, где когда-то жила Энджи, и еще меньше похожа на те дома, которые она мечтала когда-нибудь спроектировать — гостиницы с просторными коридорами, зимние сады, солярии, библиотеки…
Мечтать не вредно, Энджела, напомнила она себе.
Но как же тогда поступить с механиком, вошедшим в ее жизнь? Неужели и о нем тоже ей остается лишь мечтать? Энджи вздохнула.
Лиза уже наелась, когда раздался стук в дверь.
— Открыто, — подала она голос, застегивая пуговицы. Она сидела в поношенной синей рубашке с белыми пуговицами и вырезом сердечком. После рождения Лизы рубашка стала плотнее обтягивать ее бюст. Энджи никак не могла привыкнуть к тому, что материнство округлило ее формы. «Надеюсь, он не решит, что я слишком полная», — подумала она.
Когда вошел Нэт, она укладывала Лизу в кроватку. Малышка наелась и теперь безмятежно спала. Энджи нежно погладила ее пальцем по щечке, прежде чем укрыть одеяльцем.
— Ну вот, — обернулась она и улыбнулась Нэту, не замечая, что на лице ее еще светится нежность, с которой она склонялась над кроваткой дочки.
Нэт затаил дыхание, а в глазах у него появилось какое-то странное выражение.
— Пойдем на кухню, чтобы ее не разбудить, — предложила Энджи.
Кивнув, он последовал за ней. Кухня не была отгорожена от комнаты дверью, однако Энджи, очевидно, считала, что там они находятся на достаточном удалении от кроватки спящего ребенка.
— Хочешь лимонаду? — Энджи достала из сумки холодную бутылку.
— Не откажусь.
— Долго пришлось чинить мою машину?
Нэт пододвинул табуретку к столу и облокотился на него. Энджи он напоминал готового к прыжку леопарда, который делает вид, что не собирается нападать. Внезапно кухня показалась ей очень маленькой.
— Да нет, — проронил он.
— И давно ты работаешь механиком? — спросила она.
— С семнадцати лет. В основном я работаю в гараже, но иногда по ночам приходится подвозить заглохшие машины.
Энджи взглянула на него и потянулась за кувшином, стоявшим на холодильнике.
— А какое у тебя образование? — вновь задала она вопрос.
Нэт поднял погремушку, которая валялась на столе, и начал вертеть ее. В его больших, сильных руках игрушка выглядела нелепо.
— Я окончил среднюю школу, — ответил он, — и в колледже немного поучился, но, — тут он пожал плечами, — мне всегда больше нравилось работать. Вот сестра у меня умница: она сейчас учится на врача.