Маугли из Космоса
Шрифт:
— Ну что же вы молчите, Антон Иванович? — подстегнул его генерал. — Время дорого!
Следователь прокуратуры откашлялся и начал:
— В результате проведенного Комиссией предварительного следствия были установлены следующие факты. В августе тысяча девятьсот сорок третьего года в районе заброшенной выработки, так называемом Старом руднике, без вести пропал воспитанник Нижнеярского детского дома Скоробогатов Михаил Васильевич, восьми лет, эвакуированный из блокадного Ленинграда в феврале сорок второго. Причиной исчезновения мальчика, по-видимому, следует считать летательный аппарат неизвестной конструкции и государственной принадлежности, обнаруженный и обстрелянный средствами противовоздушной обороны горнодобывающего предприятия «Красный медник». В августе прошлого года Скоробогатов Михаил Васильевич вновь появился в поселке Малые Пихты, где поселился в доме учительницы русского языка и литературы Казаровой Алевтины Вадимовны. Примерно в то же время в окрестностях поселка местным жителем, сотрудником охотничьего хозяйства Кузьминым Егором Никодимовичем был замечен летательный аппарат неизвестной конструкции, высадивший как минимум одного пассажира.
— М-да, негусто, — пробурчал Привалов. — Сплошные загадки… Мне неясна роль Казаровой во всех этих событиях. Складывается впечатление, что это ваше устройство охраняло ее… Ну от алкашей, к тому же имеющих судимости — понятно, от насильника Безуглова — тоже, а чем же ей мог угрожать участковый Марьин?
— Старший лейтенант Марьин погиб при исполнении служебных обязанностей, — хмуро напомнил следователь прокуратуры. — Трасологическая экспертиза установила, что участковый сделал два выстрела. Один предупредительный — в воздух, второй — на поражение. Всего вероятнее, старший лейтенант Марьин пытался защитить Казарову.
— А что показывает она сама?
— Пока — ничего, она в состоянии глубокого шока.
— Понятно, — нахмурился Привалов. — Получается, что для нее такая «охрана» была немногим лучше нападения. Но я не могу понять, почему именно ее опекал этот никем не управляемый механизм… Я уж не спрашиваю о том, откуда он мог взяться в тамошней глухомани…
— Вероятнее всего, товарищ генерал, оттуда же, откуда и Скоробогатов, — откликнулся Старыгин. — Из глубокого Космоса.
— Еще один пришелец? — переспросил Привалов. — Не многовато ли на наши головы? Ну коли этот кибернетический пришелец так ревностно охранял Казарову, может она тоже того?..
— Вряд ли, Сергей Валерьевич, — сказал госбезопасник. — С Казаровой я знаком со школьной скамьи. Наши отцы были друзьями. Думаю, что очень хорошо знаю ее. К тому же она сама мне все рассказала.
— Выходит, она знала, что ее сожитель — пришелец?
— Точнее будет сказать — догадывалась, — поправил его Старыгин. — Поначалу его рассказы о космических приключениях она считала изощренной выдумкой,
но потом сопоставила его рисунки с подаренной ей статуэткой, и ее осенило.— Да уж, эта статуэтка воистину дьявольская штуковина, — пробормотал генерал и покосился в угол, где среди других образчиков творчества Скоробогатова непрерывно меняла облик загадочная метаморфа. — Кстати, из чего она сделана?
— Как ни странно — из дерева, — ответил капитан. — Из нескольких пород. Эксперты обнаружили в образцах древесину пихты, кедра, ели, березы, орешника. Причем отдельные брусочки этих пород не склеены между собою, а словно растворены друг в друге с помощью минеральных масел неизвестного состава.
— Что же заставляет ее все время меняться?
— Здесь эксперты бессильны… Лишь один высказался не для протокола, что она все время находится под воздействием творческой мысли ее создателя.
— Увольте меня от этой мистики! — взмолился Привалов. — И без того голова кругом… Давайте подойдем вплотную к самому Скоробогатову и особенно — к его роли в предстоящем Контакте, если таковой все-таки состоится…
— Позвольте мне! — вскочил молчавший до сих пор Берестов.
— Пожалуйста, Гелий Аркадьевич! — разрешил генерал, и добавил: — Пришельцы — это ваша епархия. К тому же вы единственный из нас, кто уже имел дело со Скоробогатовым лично.
— Во время нашей с ним беседы я поначалу не придал значения словам Скоробогатова о том, что требуется подать сигнал бедствия космическому кораблю, некому киркилийскому рейдеру, который должен выйти на точку рандеву после подтверждения о получении сигнала, полагая все это фантазиями больного мозга. Последующие события, особенно успешно установленный сеанс связи с «гостем», заставили меня пересмотреть эту точку зрения…
— Это все очень интересно, — откликнулся генерал, — но все же хотелось бы получить ответ на два простых вопроса: когда и где?
— Товарищ Старыгин любезно предоставил мне фотокопии расчетов, которые сделал Скоробогатов, — продолжал астрофизик. — Он применил математическую методику, разработанную в свое время Вадимом Андреевичем Казаровым.
— Это что — отец нашей Казаровой?! — перебил его Привалов, обращаясь к капитану госбезопасности.
Тот утвердительно кивнул.
— Методика эта, примененная Скоробогатовым к механизму движения нестационарных небесных тел, позволила ему рассчитать траекторию «корабля-гостя», вплоть до ее конечной точки, — снова заговорил Берестов. — Проверка расчетов Скоробогатова институтской ЭВМ подтвердила их корректность, из чего следует вывод, что точка приземления так называемого «киркилийского рейдера» расположена в районе Матюхиного Бора. А время приземления — спустя трое суток после первичного подтверждения отправленного нами кодового сообщения.
— Это же в пяти километрах от нашей базы, если по прямой! — всполошился генерал. — Какого черта вы раньше молчали!
— Я не молчал, товарищ генерал. — насупился астрофизик. — Обработка расчетов на ЭВМ была закончена непосредственно перед нынешним совещанием.
— Капитан, сколько у нас осталось времени? — обратился Привалов к Старыгину.
— Не более двенадцати часов.
— Да вы с ума сошли! — Генерал побледнел. — Мы же ни черта не успеем… Даже если я сейчас по «вертушке» позвоню в Москву… Они же там ни к чему такому не готовы… А без приказа из Москвы командующий войсками округа не выделит и батальона…
— Не нужно никаких батальонов, Сергей Валерьевич, — твердо сказал Берестов. — Вы же не хотите спровоцировать межзвездный конфликт?
— Между прочим, эти ваши пришельцы собираются нарушить воздушное пространство Советского Союза, — напомнил Привалов. — И не в первый раз, как я понимаю. Я уже не говорю об убийстве советских граждан, что приравнивается к политическому террору на нашей территории.
— Вы совершенно правы, товарищ генерал, — вмешался капитан государственной безопасности, — но прошу вас учесть, что технологическая, тем более — военная мощь пришельцев не сопоставима с нашими возможностями, причем — не в нашу пользу. Звездный корабль, даже сугубо мирного назначения, сам по себе грозное оружие. Вспомните, о кибернетическом механизме, с легкостью убившем четырех физически крепких мужчин, один из которых был вооружен, и представьте, что на борту «гостя» таких устройств сотни, а то и тысячи…
— Боже упаси… Что же ты предлагаешь, капитан?
— Я предлагаю не тратить времени на переговоры с вышестоящими инстанциями. Сами понимаете, они могут затянуться на неопределенное время, которого у нас нет. Возьмем всю полноту ответственности на себя.
— Это все лирика, а конкретно?
— Выдвинуться в район посадки, вступить с пришельцами в Контакт и потребовать, чтобы они прекратили нарушение суверенитета нашей страны.
— Как это ты от них потребуешь? На каком языке?
— Уговорим Скоробогатова помочь нам, — ответил вместо приятеля ученый. — Он уверял, что знает язык. Да и, судя по всему, — действительно знает.
— Да где ты его сейчас найдешь?! Он же в походе!
— Скорее всего — именно к Матюхиному Бору Скоробогатов сейчас и движется, — сказал Берестов. — Он мне потому и сообщил частоту и код, что мечтает выбраться с нашей планеты.
— Хочу напомнить, — встрял в разговор Болотников, — что Скоробогатов идет не один. С ним еще десятеро пацанов.
— Час от часу не легче, — выдохнул Привалов. — Пацаны-то ему зачем?!
Глава 34
Что может быть лучше костра летней ночью, когда ароматный от смолистых кедровых веток дым отгоняет надоедливых комаров, а рой искр взлетает к самым звездам? Только интересная история, рассказанная знающим человеком с хорошо подвешенным языком. Десять школьников слушают, открыв рты, своего учителя. Учителя с большой буквы. Никто никогда не водил малопихтинских пацанов в летние походы. Зачем куда-то таскаться, когда совсем рядом с поселком тайга, горы, Старый рудник, Медвежий распадок. Любой шкет в поселке знал, где собирать грузди с маслятами, как ловить рыбу в ледяных ручьях, когда пора начинать колотить кедровые шишки, а когда добывать дикий мед, умело избегая укусов разъяренных диких пчел.