Мародер
Шрифт:
Я кивнула.
— Ей было пять. Автомобильная авария.
— Твоя близняшка.
На этот раз я прищурилась, встретившись с ним взглядом.
Капельки воды собрались на его длинных черных ресницах, отчего взгляд мужчины казался еще более свирепым. В холодной дымке они казались изумрудными, но когда на них падал луч солнца, готова была поспорить, что они с желтоватым оттенком. То был самый странный цвет, который я когда-либо видела, но, честно говоря, и самый красивый. И хотя мужчина произнес всего несколько слов, от него исходило какое-то очарование. Такое же очарование, побьюсь об заклад, крылось и в его ухмылочке.
Трудно было сказать, пытается
Или, может быть, одна из статуй. В нем чувствовалась сила и мощь одной из них - идеального изваяния, высеченного из камня, которых немало на кладбище.
Я бы могла назвать его мучеником. Но ему до него было далеко, как до луны. Мужчина не был похож на человека, который пожертвует собой ради чего-то, даже ради того, что хотел бы заполучить ценой своей жизни. Потому что он, вероятно, всегда получал то, чего хотел.
— У меня тоже был близнец, — огорошил он.
Замечание вернуло меня в настоящее. У него тоже.
— Он или она покоится здесь?
Огляделась, чувствуя себя неловко после того, как проделала это, потому что он явно не стремился меня ему или ей представить, учитывая обстановку.
— Он, — сказал мужчина. — И ответ нет. Здесь мой старик. Отец здесь похоронен… — Он немного развернулся, указывая в другом направлении. — Келли - его фамилия.
— А, — ответила я, указывая на бутылку виски и рюмки у него в руке. — Пришел помянуть его?
— Если можно так сказать. Прошло немало времени с тех пор, как мы со стариком разговаривали в последний раз.
— Иногда беседа приносит облегчение.
— Должно быть, это одна из причин, почему ты приходишь навестить могилу Рошин.
Впервые за шестнадцать лет я почувствовала, как меня окутывает тепло, и вздрогнула, когда его сменил холод. Никогда не чувствовала ничего, кроме пробирающего до костей холода, когда приходила сюда, но в ту секунду мою кровь будто разом нагрели, пусть это ощущение и длилось всего секунду. Я снова указала на его руку.
— Возможно, нам бы следовало для начала выпить, прежде чем переходить к разговорам по душам.
Он поднял бутылку виски, поставил две рюмки на надгробие Рошин и налил жидкость в рюмку. После чего предложил ее мне.
— Это как-то неправильно, — сказала я. — Ей было всего пять лет.
Он коротко кивнул, прежде чем залить в себя виски. Я наблюдала за тем, как жидкость стекала у него по горлу, пока он пил, несомненно, обжигая его огнем.
— Я всегда был дьяволом, — констатировал он, покончив с виски.
Мне потребовалось мгновение, чтобы понять смысл его комментария.
— Твой близнец был ангелом…
— Ага, — сказал он. — Впрочем, это к лучшему. У старика было с чем сравнить. Ему нужно было рассмотреть две разные точки зрения, прежде чем он примет окончательное решение.
— Мне жаль, — сказала я. — Что ты потерял брата и отца.
— Жизнь, — сказал он. — Самая непредсказуемая вещь, но большинство из нас все еще пытаются ее контролировать.
— Она похожа на дикое животное, — сказала я, что было верно в моем случае. — Иногда лучше дать ему разгуляться.
— Ты позволяешь
жизни управлять тобой?Его вопрос прозвучал отнюдь не как вопрос.
— Нет, — автоматически ответила я. — Я — боец.
— Так и знал, — сказал он, приподняв уголок рта в подобии улыбки. Это была ухмылка, столь же дерзкая, сколь и очаровательная - как будто он только что выиграл в лотерею, а у меня от одного ее вида перехватило дыхание.
— Если только это не вопрос жизни и смерти, — продолжила я, отказываясь прекращать разговор, потому что он каким-то образом сумел залезть мне под кожу вместе с ощущением холода, задержавшегося там на долю секунды. — Как кто-то сможет победить смерть, когда у нее на руках все карты?
— Сотни людей каждый день борются с болезнями, побеждая.
— Это бои, в которые стоит ввязываться. Но думаю, что всем нам нужна определенная доля благости. Некой благодати, чтобы отпустить то, над чем мы больше не властны. Дать этому чему-то волю. Потому что когда мы это делаем… — я пожала плечами, — порой мы выбираем лучшую долю.
— Запомню это, — пробормотал мужчина.
Затем он, казалось, вперился в меня взглядом, неподобающе пристально и сказал:
— Расскажи мне о Рошин.
Я повернулась, чтобы посмотреть на ее могилку, и увидела там свою фотографию, хотя на ней была изображена вовсе не я. Мы были лишь точной копией друг друга.
— Как я уже говорила, то была автомобильная авария. Я закатила истерику из-за того, что она получила главную роль в каком-то бродвейском шоу. У меня случился такой припадок, что я задержала дыхание и потеряла сознание. Это был первый раз, когда я проделывала нечто подобное. Поэтому бабушка с дедушкой предложили отвезти Рошин, чтобы она не опоздала на выступление. Мои родители же отвезли меня в больницу, потому что думали, что со мной действительно что-то не так. Мне поставили диагноз «приступ гнева». Никто из нас не пришел на ее выступление в тот вечер. По дороге туда в них врезалась машина.
— Одна половина тебя умерла вместе с ней в тот вечер, и с тех пор все изменилось.
— Это трудно объяснить тому, у кого нет такой близкой связи с близнецом. Но ты понимаешь.
Я посмотрела на него, и хотя я ожидала этого, сам факт все равно потряс меня - его взгляд немного смягчился. А через мгновение от его взгляда вновь повеяло холодом. Он был таким тяжелым, что мне почти казалось, будто мужчина забрасывает меня камнями - своими мыслями.
Я сжимала и разжимала руки, внезапно почувствовав себя неловко. Холодно. Тепло. Холодно. Тепло. Думала, что все дело в погоде и, возможно, в том, что есть с кем разделить этот момент, но я пришла к выводу, что дело было в нем. От него в мою сторону исходили какие-то странные вибрации.
— Мне пора бежать, мистер Келли. Приятного общения с отцом.
— Мисс Райан, — сказал он, приподнимая шляпу и наблюдая, как я ухожу.
Поспешила убраться оттуда подобру-поздорову, чувствуя, что запыхалась к тому времени, как добралась до своей колымаги. Что-то в том, как он произнес мое имя, заставило меня поверить, что про себя он говорил мне: «Берегите себя, мисс Райан. До скорой встречи».
Как, черт возьми, он собирался встретиться со мной, когда даже не знал меня? Я вдавила педаль газа сильнее, чем когда-либо прежде, моя старенькая машинка жалобно хрипела, пытаясь убежать от воспоминаний об этом мужчине, но даже после того, как я оказалась в стенах своего дома, я чувствовала, что он продолжает за мной наблюдать. Он был и красив и страшен одновременно.