Марина
Шрифт:
– Давай мириться!
– на лице Вадима засветилась его неотразимая улыбка.
– Ну, болван я, признаю...До меня все поздно доходит. Мариночка, сделай, будь добра, скидку на мужское врожденное скудочувствие... Поехали домой?
Он оставил деньги прямо на столике, не дожидаясь официантки. Я была не в силах противиться его обаянию, да, впрочем, и не очень-то хотелось.
В доме меня ожидало настоящее потрясение. Гостиная благоухала изысканным ароматом, исходившим от огромного букета незнакомых мне нежно-лиловых цветов. Вадим усадил меня к столу и откупорил бутылку " Шардонне".
– Закрой глаза, - и исчез в направлении кухни.
Сюрпризы в моей жизни - явление далеко не безобидное и я жульничала, подсматривая из-под опущенных век.
Мой детектив появился в гостиной с небольшой корзинкой, украшенной голубым бантом. Поставив корзинку на стол, он скомандовал:
– Можно!
Я осторожно приоткрыла глаза и застыла, не в силах вымолвить ни слова от умиления и восторга. В корзинке на мягком кусочке искусственного меха спал, свернувшись клубочком рыжий полосатый котенок. Такой крохотный, такой славный! Вадим знал, как меня умаслить.
– Угодил?
– Еще и спрашиваешь! А почему он спит? Он не болен?
– Не думаю. Он переваривает свой обед. Этот обжора слопал дневную порцию консервов. Кстати, его зовут Ринго.
– В честь Ринго Старра? Вот не думала, что ты поклонник битлов.
– Какая ты недогадливая! Присмотрись к подарку.
Мои глаза обежали корзинку раз, другой, третий, пока не наткнулись на маленькую коробочку, искусно привязанную к банту. Ну, конечно, "ринг" по- русски " кольцо "! Все как в лучших мыльных операх - цветы, обручальное кольцо и примирение...
Вадим подал мне бокал с вином
– Мир?
А могло быть иначе? Котенок, маленький полосатый клубочек, сделал меня сговорчивой и податливой. Ни роскошный букет, ни кольцо с небольшим бриллиантиком без котенка не смогли бы так смягчить меня. Расчет Вадима был безупречен. Я вздохнула и кивнула головой.
– Ты не хочешь ответить на мое предложение?
– Если речь о кольце, то я согласна обручиться с тобой!
– То есть, ты устанавливаешь для меня испытательный срок?
– Можно и так сказать.
– Слава богу, что не отказала совсем... И еще один сюрприз - Вадим вынул из барсетки мой паспорт.
– Визу тебе продлена еще на две недели. Моя фирма наняла тебя в качестве переводчика для проведения следственных мероприятий с выходцами из России. Довольна?
– Знаешь, Вадим, я не могу точно описать свои чувства по этому поводу. Как-то все сложно стало. Если раньше я шла по жизни пешком по белым и черным полосам, то теперь мне кажется, что я лечу на карусели. Раньше я огорчалась, когда черная полоса была куда шире, чем мои нервы могли безболезненно это перенести. Теперь же черные и белые полосы меняют друг друга с такой скоростью, что оба цвета слились. Получился серый... Еще утром я бы наверное обалдела бы от счастья, получив кольцо и букет вкупе с предложением руки и сердца. А сейчас... Вобщем, я согласна на обручение и ... Спасибо за визу.
– Пожалуй, ты сама все усложняешь. Нельзя ли жить попроще?
– Серьезные вещи нельзя воспринимать очень просто.
В конце концов настроение у нас обоих было испорчено. И когда Вадим спросил, почему я не надеваю кольцо, я ответила, что боюсь поцарапать котенка. Оба мы расхохотались, но ночь провели порознь, в разных комнатах. Я нянчила Ринго, который несносно пищал и искал свою теплую мохнатую маму-кошку, тычась маленьким носиком в мои руки. Потом мы с ним уснули и проспали допоздна.
На следующий день с утра заявилась
Райка с двумя своими девчонками, третью она оставила у свекрови. По гостиной пронесся ураган. За считанные секунды резвые барышни перевернули, уронили и испачкали шоколадом все, что смогли достать. Райка сначала отлавливала то одну, то другую. Это мало помогло. Пока она делала внушение одной дочери, вторая со счастливым смехом отрывала бахрому от портьеры.– Все! Сил моих больше нет!
– возвопила Райка.
– Быстро собирайся! Мы едем в наш загородный дом. Тебе не повредит побродить под соснами. Девочки, пошли на улицу. Подождем тетю Марину у машины, не то вы разнесете весь дом.
Она схватила своих чадушек и вытащила их на газон перед домом. Я с жалостью подумала, что трава на нем уже никогда расти не будет. Теперь мне стало понятно, почему ураганы называют женскими именами.
– Вадим, а мне хотелось бы поехать куда-то под сосенки.
Он к моему удивлению с радостью заявил.
– Прекрасно! Конечно же, поезжай.
Я закинула в полиэтиленовый пакет парочку шмоток и помчалась к Райке в надежде спасти, если не весь газон, то хотя бы то, что от него осталось.
– Ринго не забывай кормить, - крикнула я уже с крыльца.
Златовласые девицы - наследницы райкиного семейства, видимо, основательно выбесившись, довольно спокойно пережили процедуру пристегивания ремнями безопасности. Сидорова завела машину и рванула с места.
– Заедем к Ютнеру, возьмем с собой чего - нибудь вкусненького.
Что ж, подумала я, заодно и на жениха посмотрим.Ведь собиралась же я ехать к нему на смотрины из Киева! А здесь сам бог велел! Слава господу, что Ютнер не знает, как я выгляжу. Да, зря, конечно, я дала те объявления. Хотя, если поразмыслить, то в моей жизни всегда так. Стоит только согласиться на то, что мне не особо нравится, как сразу же возникает из ниоткуда идеальный вариант. То, по чему я давно схожу с ума. И я вынуждена делать выбор. Как только я выбираю свою заветную мечту, немедленно исчезает и она, и то, от чего я отказалась. Мой удел, таким образом, жалкая синичка в руке. На журавля я обычно даже и не рассчитываю. А тут тебе вдруг Вадим - предел дамских мечтаний. Но и Ютнер поблизости вкупе со своим диабетом - южнонемецкая разновидность пресловутой синицы.
Магазин был из тех, что называются минимаркетами. Ровные ряды полок заставлены всевозможными коробками, банками, бутылками. Было еще два стола, на которых лежали завернутые в целлофан овощи и фрукты. Все идеальной чистоты, формы и размеров. Райка набрала охапку пластиковых коробок с копченостями, готовыми салатами, я - фруктов и печенья.
За прилавком громоздилось монументальное сооружение из необъятного живота, который дополняли несоразмерно короткие ручки и ножки, все это венчалось маленькой седенькой головкой.
– О, фрау Райза, у вас гостья из России? Добрый день.
Ох и наметанный же глаз! Впрочем, не так уж и сложно понять, что я не местная: хожу по магазину, как по музею, ко всему приглядываюсь, этикетки читаю.
– Здравствуйте, герр Ютнер. Вы снова один? А где же Алла?
– Пришлось и с ней расстаться. Не везет мне с продавщицами. И эта нечиста на руку оказалась.
– Я не понимаю, зачем вы приглашаете их так издалека. Не проще ли было взять девушку из Бад Кройцнаха?
– Девушке из Бад Кройцнаха придется платить в пять - шесть раз больше. Этого я не могу себе позволить... Одни расходы, вот что приносит сегодня этот магазин...