Манагер [СИ]
Шрифт:
Мы бежали, постоянно и резко меняя направление — я помнил про луки, о чём и крикнул Васоне — уже несколько раз стрелы свистнули рядом, едва не задев мне плечо и врезавшись в соседнее дерево. Охотники топали следом, но они были отягощены бронёй и ружием, а потому не могли с нами соревноваться, метров через триста, они окончательно отстали и я уверился в том, что мы оторвались и опасность для нас миновала. Однако, как всегда, надежды были перечёркнуты неожиданно и жестоко.
Ещё в самом начале моей жизни тут, я заметил, что дротики и стрелы в этом мире летят на огромное расстояние — гораздо большее, чем на Земле. Это объяснялось просто —
Итог — практически за четыреста метров от стрелявшего, шальная стрела, выпущенная в нас, пробила Васонегрудную клетку, когда та обернулась посмотреть что со мной и где преследователи.
Она, вначале, не поняла, что случилось, только удивлённо ойкнула, потом обмякла и стекла вниз по стволу дерева, скользя по нему длинными красивыми пальцами.
Я не поверил своим глазам — ведь не может быть так несправедливо! Только час назад я был счастлив, мы валялись на травке, занимались любовью и смеялись, обсуждая жителей деревни и друг друга, и вот — одна из моих подруг, практически жена, лежит со стрелой в груди, а вторую уводят в рабство те, кого я ненавижу больше всего на свете — работорговцы!
Мне казалось, что прошло очень много времени, с того момента, как я застыл столбом, глядя на закатившиеся глаза подруги, но, вряд ли — скорее всего секунды три-четыре. И это много — но я ведь ещё никогда не терял близких — папа и мама были живы (Слава Богу!), дяди и тёти тоже — и вот, близкий мне человек, лежит под ногами, как труп.
После этой шоковой паузы, настал момент действия и в моей крови вскипел адреналин — мне хотелось бежать за этими уродами рвать их на части, голыми руками, как берсерк — и я точно сделал бы это, если бы не мысль о том, что может быть Васону ещё можно спасти.
Подняв девушку на руки, как маленького ребёнка, я ринулся бежать к лагерю со всех ног, развив такую сокрость, какую не развивал никогда, даже во время бегства из рабства. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, и если бы не зверские полуторагодовые тренировки, наверное, я на полдороге упал бы замертво.
Васона лежала на руках тёплая, такая близкая и почему-то очень родная...тропа неслась под ногами, сандалии глухо шлёпали о корни, разбрасывали мягкий мох, а мои лёгкие, как меха, всасывали и выбрасывали из себя воздух.
Я вбежал в деревню на глазах ошалевших акомов, подбежал к дому Варгана и крикнул ему, выглянувшему из комнаты:
— Скорее, Хранитель, спаси её!
Он засуетился, принял у меня Васону и осторожно положил её на циновки. Потом приложил голову к груди, послушал, нахмурился и грустно покачал головой: нет.
— Не может быть! Послушай! Она же была жива только что!
— Извини, Вас, она мертва уже давно, минут десять или больше. Расскажи, что случилось, и где Аргана. Успокойся. Все мы смертны. Даже мы с тобой. Теперь — дело. ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?
Он почти крикнул, рыком вырвав меня из состояния горя, а я, хриплым, срывающимся голосом пересказал ему события последнего часа. Варган крикнул в собравшуюся толпу, и через несколько минут у хижины уже стояли человек шестьдесят воинов в полном боевом вооружении. Их раскрашенные белым
лица были суровы, они скалили зубы в яростной гримасе, некоторые потрясали щитами и копьями — все жаждали крови рабовладельцев. Варган тоже уже был одет в броню и полностью вооружён. Я обратился к нему:— Я тоже пойду, дай мне оружие!
— Пойдёшь. Оружия у нас хватает — возьмёшь у кого-нибудь, если понадобится. Беги вперёд, покажи место, где всё случилось.
И я побежал. В груди у меня горел огонь мести — как я надеялся настигнуть этих негодяев! И Аргану было жаль — она уже прочно занимала своё местечко в моём сердце, так же, как и Васона, и я, конечно, не мог не думать о ней, не переживать за неё.
Отряд акомов бежал за мной слегка отстав — всё-таки я был без груза оружия и доспехов, но они почти не отставали и бежали, как толпа демонов.
Вот и то проклятое место, где погибла Васона — никаких рабовладельцев, конечно, уже не было видно. Отряд, во главе с Варганом и со мной, побежал туда, где я видел их последний раз и откуда они пустили стрелу, пробежали мимо трёх трупов рабовладельцев — их даже не подобрали, оружие и броня так и остались при них — похоже рабовладельцы бежали в страшной панике. Я боялся увидеть труп Арганы — вдруг убьют, типа — в отместку. Но нет — зачем им бросать такое сокровище!
Чуть подальше этого места мы увидели множество следов копыт — оказалось, что рабовладельцы прибыли сюда верхом. На этой планете в качестве ездовых использовались животные, похожие сразу и на лошадей, и на лосей — назывались они загары, крупные животные с небольшими рожками на голове, в общем, практически, аналог лошадей.
Один из следопытов акома посмотрел на следы, прошёл по ним чуть дальше, вернулся и сказал:
— Нет смысла преследовать. Они уже очень далеко — на загарах они от нас легко уйдут, не догоним.
Варган кивнул головой:
— Возвращаемся в деревню. Сегодня вечером совершим обряд похорон Васоны, пойдём готовиться.
И мы все пошли в деревню, удручённые происшедшим, задержавшись только для того, чтобы снять с трупов убитых охотников снаряжение. По дороге никто не шутил и не смеялся, и т слышно было только сопение воинов, да шлёпанье ног по тропе.
Я всё время думал — что я сделал не так? Как я мог допустить гибель подруги? Перебирая в памяти события, так и не смог найти никакой ошибки — случайность, рок....если бы мы вернулись от водопада чуть раньше, или наоборот — чуть позже — мы бы не встретили охотников за рабами, они бы не захватили Аргану, не погибла бы Васона и жизнь текла бы так же, весело, радостно и беззаботно.
Я шёл, вспоминал эти счастливые дни и слёзы текли из моих глаз и только одно слово билось в голове — НЕСПРАВЕДЛИВО. Немного погодя, в голове у меня созрело решение, но я не стал его озвучивать сейчас — вначале нужно было похоронить Васону.
Похороны заняли несколько часов — старухи деревни омыли её тело — меня не допустили к ней, не положено мужчинам видеть как это происходит, да я и не рвался, тело умершей закрутили в слои ткани, похожей на шёлк — а может это и был шёлк, не знаю, и положили на носилки.
У акомов хоронили покойников сожжением, пепел же потом развеивали по джунглям, как дар деревьям, удобрение.
На площадке для похорон уже был собран помост, над грудой сухих брёвен, насованы охапки хвороста — осталось только поднести огонь, и душа Васоны отправится к солнцу, тело же уйдёт в лес.