Маг Многоцветья
Шрифт:
Заходило солнце, прячась за верхушки сосен, и оттуда бросало на мир алые отблески. Воздух стал розоватым, волосы Ярра – совсем красными, а глаза его – темными, почти вишневого цвета. И нож в его руке отражал пламя заката – будто лезвие было уже в крови.
На закате маг вышел на крыльцо до боли знакомого дома. На пару мгновений застыл, размышляя. И затем, выбрав подходящий участок земли, стал сосредоточенно вычерчивать ножом сложную схему заклятия.
Магия бывает разная. Но и управлять ею, как известно, можно по-разному. Самая естественная, почти не требующая от чародея усилий, "интуитивная магия" даже не видна глазу обычного человека.
…Как Райярр, который для своих чар использовал саму землю. Иногда он шептал слова давно мертвого языка – этот язык жил теперь лишь в устах магов, да частично – в своих отдаленных потомках, современных языках. Ярр проводил точные линии, осторожно и уверенно, и с лезвия ножа то и дело сыпались красные магические искры. Некоторые из них, оседая в оставшиеся после ножа бороздки, так и продолжали гореть.
И когда последняя линия была нарисована, а узор завершен, Ярр распрямился в полный рост, а схема вокруг него вспыхнула ярким красным светом.
Сделав глубокий вздох, маг резко произнес длинную фразу на лиринарском языке, все еще сжимая в ладони рукоять ножа, но закончил уже на обычном, аранском:
– Айнаятте Райярр Кайнен, вызываю Лайонелла Хантора.
Красный свет заклинания на миг вспыхнул ярче, чем закат, а затем совсем погас. Но перед Ярром возникла призрачная фигура черноволосого мужчины в дорогом, отделанном золотом камзоле, идеально подогнанном под его не менее идеальную фигуру.
– Райярр, какой сюрприз. Мне кажется, уже прошло немало времени с тех пор, как…
– Где девушка? – перебил его Ярр. – Куда ты забрал Байлар?
Усмешка Хантора стала, казалось, еще добродушнее – и еще чернее стали его угольные непроницаемые глаза.
– Ее у меня нет.
– Ты лжешь. Тебе Инис передала украденную информацию.
– Но девушки у меня нет. Спроси свою вероломную сестрицу, может быть, она кому-то еще продала твой ценный опыт.
Райярр скрипнул зубами.
– Хватит, Лайонелл. Я прекрасно знаю, что ты вынудил Инис сделать это. Я даже догадываюсь, чем именно ты ее запугал. Отпусти Байлар. Лайонелл, начать с того, что ее книга – не Книга Ааши, которая тебе, очевидно, нужна. Отпусти Байлар…
– Или? – Лайонелл склонил голову, с ленивым любопытством разглядывая Райярра. – Будешь угрожать мне, Кайнен? Чем же? Вернешься в Аран и станешь чинить мне неприятности?
Райярр ответил ему спокойным взглядом.
– Я бы мог, – сказал он ровно.
– Ты – лишь один жалкий маг. Тебе ведь однажды указали твое место, разве ты забыл его?
Райярр только улыбнулся, и в этой
улыбке было больше угрозы, чем могли бы нести любые слова.– И мы оба знаем, кто из нас одержал бы победу в открытом бою, – сказал Хантор.
Райярр прищурился.
– То есть, как я и подозревал, Инис обставила тебя. И заставила уничтожить мой Черный Свиток. Что же, Лайонелл, ты так хочешь померяться силами? И посмотреть, что один жалкий маг сможет успеть до встречи с тобою?
С минуту мужчины молча смотрели друг на друга.
– Как интересно, – наконец промолвил Лайонелл Хантор. – Если бы ты проявлял такое же рвение десять лет назад на поле боя! Правда, оно ничего не изменит. Потому что девушки у меня нет.
Вишневые глаза Райярра вдруг озарились рубиновым светом – на какую-то долю мгновения.
– Так. Ты говоришь правду, – с некоторым удивлением в голосе признал он.
– А почему бы и нет? – Лайонелл приподнял брови. – Не каждый день внезапно выходит на связь старый товарищ. Да еще вызывая таким, хм, – он поморщился, – невежливо мощным заклятьем.
– Но если Байлар не у тебя… – Райярр нахмурился, быстро раздумывая. – Я видел следы и знаю, что ей не удалось уйти.
– Но ведь следы не говорили тебе, что именно мои люди ее схватили, не так ли?
– …Либо кто-то еще узнал о ней, что маловероятно. либо… Учитывая, что ты сейчас разговариваешь со мною, даже решив, что я тебе угрожаю… Лайонелл, неужели кто-то сумел шпионить за самим великим тобою? И обвести тебя вокруг пальца? Ого!
– Я всегда любил в тебе твою скорость мысли, Райярр.
– Так кто же? Тебе, конечно, уже известно, кто?
– Ты его знаешь. Мардаган. Ожидаемо, верно?
– Твой оппонент в борьбе за власть в Совете. Да, я его помню. Неприятный тип.
– Конечно, сам он себя подобными делами утруждать не станет. Кто-то из его марионеток.
– Лайонелл. Кто?
Непрозрачные, будто поглощающие свет глаза Хантора вперились в собеседника, цепко, сильно; так мускулистый доберман смыкает челюсти на пульсирующем горле жертвы.
– А она очень дорога тебе, не так ли, Райярр?
– Я просто… ее должник, – сухо ответил маг.
– Ну-ну, – неопределенная улыбка бродила на лице Лайонелла, не отражаясь во взгляде. – Ты же понимаешь, что если я тебе сейчас скажу, где эта девушка – ты станешь лишь пешкой в моем плане?
Райярр поднял голову.
– Говори.
И Хантор усмехнулся.
– Бирданг, замок Эльбир. Она будет там, Райярр.
Когда изображение Хантора исчезло, и заклинание, вспыхнув в последний раз кроваво-красным цветом, погасло и рассеялось, Райярр без сил осел на землю. Подумал несколько минут, прислушиваясь к шепоту сосен. Потом встал, подобрал отброшенный было нож, затоптал рисунок заклятья и двинулся прочь. Нужно было найти людей, нужна была новая лошадь.
– Плевать я хотел на тебя и твои планы, Лайонелл Хантор.
"Только Байлар вмешивать в ваши игры не позволю".
***
В полутьме круглой комнаты на самом верху высокой башни было тихо и тепло. Едва заметный смолисто-цветочный запах исходил от курящихся белым дымом тонких палочек – дорогие благовония с самого юга Фииранда, равных им не было по всей земле. Свет, падающий из забранных изящным деревянным плетением окон, делился на полу на ромбы и квадраты, серебристо-серые там, где пол был мраморным, багряные там, где лежал мирандский ковер. Один из ромбов попал на сомкнутые пальцы хозяина комнаты – длинные старческие пальцы с чуть распухшими суставами, унизанные дорогими, тяжелыми перстнями.