Люди моря
Шрифт:
Он выключил изображение, но звук убирать не стал.
– Алло, алло, корабль 700-01-0003-S0042-VU! Незамедлительно свяжитесь со Службой безопасности!
– Я занят, черт побери! Спокойной ночи! – и оборвал связь.
4. МЕРТВЫЙ БЕЗЫМЯННЫЙ
Возвращение не было столь быстрым, как вылет. Малые космические корабли довольно плотно заняли все трассы над городом, поскольку только что на земную орбиту вышел межпланетный гигант. И в этой ситуации конкуренция едва ли возможна! Расход на взлет и посадку такого супергиганта ставил на грань истощения все системы… Кроме того, их форма не отвечала никаким законам аэродинамики, и их приземление не было прогулочкой по
Многочисленные путешественники космоса, туристы, деловые люди или исследователи земных недр – все торопились проскочить в город как можно скорее, пока посадка межпланетного корабля еще не началась…
Из космического и воздухоплавательного центра его направили по довольно широкому витку вокруг города над пустыней и океаном А. Пришлось подчиниться.
В конце концов аппарат приземлился на исходной стартовой площадке. С некоторой робостью юноша осмотрел террасу, прежде чем ступил на нее. Ни души! Странно все это… Непременно надо ожидать какого-нибудь подвоха. «Не верится что-то мне в их беспечность. Едва ли теперь меня оставят в покое…» Собственно говоря, ему никогда не приходило в голову изучать пределы своих привилегий и обязанностей, но эта последняя выходка едва ли покажется старцам из Высшей Администрации такой уж особенно забавной…
– Да пропади все пропадом! Натура дура, судьба индейка, а жизнь – копейка!
Он опустился в салон. Большинство гостей разошлось, а от агентов безопасности не осталось и следа. Попытался было принять участие в светской болтовне в салоне, но скоро отказался. Все эти молоденькие красавицы и красавчики по сути дела уже давно состарились. Циничные, разочарованные и в конечном счете трусливые и безгранично язвительные…
С крыльями, подрезанными двумя тысячелетиями официального реализма и безопасности…
– Неспособны даже представить себе, что на глиссере можно обогнуть землю по экватору. Только и слышишь: «Вы шутите, светлейший!» В одной подобной авантюре случилось пятнадцать аварий в системе питания, более тридцати нарушений видеотелефона и радиопередачи, а это, знаете ли, чересчур… Коэффициент безопасности стремительно понижается…
– Нет, я этой вечерники не переживу! Пойду-ка я лучше лягу спать.
Он направился в спальню. Робот-секретарь посоветовал ему сон в вибро-кровати, поскольку еще остались недоделанные дела.
– Э, нет. Мне требуется долгий сон. Спокойной ночи!
– Светлейший!
Когда его разбудил голос робота, он не мог толком сказать, как долго длился его сон, но почувствовал, что отдохнул, и ум его опять ясен.
– Да! Ну, что такое?
– Вас просят к видеофону самым настоятельным образом. Это справа от кабинета вашего отца, светлейший…
– О! Это кое о чем говорит. Передайте, чтобы подождали, я сейчас буду.
Он наскоро оделся и отправился в апартаменты отца, практически пустые в его отсутствие. В тот момент, когда он ступил на порог комнаты, он несколько замешкался, заметив двух человек в мундирах Службы Безопасности, застывших в непринужденных позах в углу прихожей. Хотел было сразу поинтересоваться, что они тут потеряли, но изменил намерение и подошел поближе к экрану. Новая неожиданность! Он рассчитывал увидеть усмехающееся и язвительное лицо отца, но перед ним возникла строгая физиономия федерального советника правосудия…
– Ваше превосходительство! Я не…
Тот оборвал:
– Вы совершили нарушение! Огромное! Наказание будет соответствующим…
– Я могу защищаться?
– Не стоит тратить время! Мы изучили все возможные причины вашего проступка! Все! И нет такой, которая бы вас оправдала. Если бы подобную игру со Службой безопасности затеял какой-нибудь представитель низших категорий общества, его еще можно было бы простить. Но не вас! Вы позволили себе пренебречь теми нормами, которые принял ваш класс – патрициев! Вы попрали в один миг законы, созданные
равными вам. И все это видели… Вы, естественно, не отдаете себе отчета о последствиях, к которым может привести ваша авантюра, если она станет известна – но мы вполне это представляем и без вас! Вас судят за высшее предательство. Учитывая ваш ранг, вас не отправят на каторгу. Вы приговорены к изгнанию!Юноша замер с разинутым ртом: было отчего! Навсегда изгнан из города! Никогда еще наказание не было столь строгим для патриция!
Советник продолжал:
– Соблаговолите проследовать за агентами Службы безопасности… и давайте без эксцессов! Они получили приказ уничтожить вас при всякой попытке с вашей стороны учинить скандал…
Экран погас. Один из агентов позвал с порога кабинета:
– Светлейший! Не соблаговолите ли последовать за нами!
И только тогда он заметил, что у агента на груди висит атомный пистолет. Пожав плечами патриций подчинился столь неожиданно любезному приказу.
Дальше промелькнуло все в одно мгновенье: вертолет Безопасности отнес его и двух его ангелов-хранителей в сектор электронного мозга города, затем его направили в отдел «Личное дело». Там сам генеральный директор Службы безопасности произвел экзекуцию: одна перфокарта, несколько нажатий клавиши и конец!
– Итак, вы больше не существуете, ваш номер стерт в памяти компьютера. Через три дня ваше имя будет стерто в памяти всех ЭВМ системы города. 700-01-003 умер… А собственно он и не существовал: от него и следа не останется. Можете трогаться в путь, кочевник!
Глиссер доставил его в пустыню, и тут же отправился обратно. Отца он так и не видел.
Девушка глубоко и с наслаждением вдохнула воздух. Прекрасен воздух простора и свободы! Постояв немного без движения, она пошла. Легкая городская одежда мало подходила в пустыне, особенно ночью. Но ждать нечего, надо идти. Впереди у Цилы было четыре-пять часов, пока не найдут соплеменники. И она двинулась широким, ритмичным шагом, привычным для кочевого народа.
Было уже светло, когда она заметила круг, составленный кибитками. И одна из них – высокая, красная – заставила ее сердце бешено заколотиться. Мир, который она покинула так недавно и который, казалось, она уже потеряла навсегда, снова принадлежал ей – и он был самым прекрасным из всех миров! Часовой уже заметил ее. Несколько мгновений спустя навстречу ей уже галопом мчались всадники. Цила устремилась им навстречу, протягивая руки.
Изгнанник двинулся в путь по пустыне, не оглядываясь на купола, оставшиеся позади. Посягнуть на его жизнь не посмели, но предоставили умирать медленной ужасной смертью! Инстинктивно он двинулся на юго-запад. Может быть, там отыщется девушка – та самая, ни имени, ни близких которой он не знал, отыщется и спасет…
Не разобравшись еще до конца во всем, он все-таки не испытывал ни малейшего разочарования. Да разве можно сожалеть о первом и единственном в жизни свободном поступке! Только в одном можно было упрекнуть себя – разве можно было быть столь самонадеянным, считая себя выше всех; чего ради надо было возвращаться в город после содеянного!
«Ясное дело – мне не хватает сообразительности, да и воображение тоже не очень», – подумал он, не замечая, что несколько часов неподчинения в определенной степени изменили его систему ценностей.
Никогда до сего дня ему не приходилось ходить пешком. Скоро усталые ноги совсем ему отказали. Опухшие ступни покрылись ссадинами и волдырями. Обескураженный, он бессильно повалился на землю. Что за безумие надеяться вот так вот встретиться с кочевниками! Ни малейших признаков, которые бы говорили об их близости… Да раньше подохнешь, чем увидишь хоть одного кочевщика! Уже начинала мучить жажда… И чем больше времени пройдет, тем нестерпимее она будет становиться.