Лунная гора
Шрифт:
А вот что произошло потом:
На другой день Шанкар рассказал охраннику утреннего поезда о произошедшем ночью событии. Охранник – хороший человек, внимательно выслушав Шанкара, произнёс: «Здесь такое случается постоянно! В двенадцати милях от тебя находится ещё одна небольшая станция – и там то же самое. Вообще, здесь такое…»
Но тут слова охранника были прерваны отходом поезда. Но уже с движущегося поезда охранник прокричал: «Всегда будь очень осторожен…»
Шанкар забеспокоился: «Почему это охранник так быстро свернул разговор? Неужели, кроме львов, здесь существует ещё какая-то опасность?» Но, что бы там ни было, начиная с этого дня, Шанкар всегда перед своим домом поддерживал горящим довольно большой костёр. Надёжно заперев
Именно такой жизни ему и хотелось. Только у неё присутствует довольно ощутимый привкус крови. Эти безлюдные просторы, эти удивительные ночи с небом, усеянным неведомыми созвездиями, этот постоянный страх надвигающейся опасности – вот это настоящая жизнь! А ведь он мог жить спокойной, однообразной жизнью обыкновенного служащего – но это уж нет!
Однажды Шанкар, проводив дневной поезд, шёл к себе на кухню, как вдруг, что-то заметив на подпиравшем крышу бамбуковом столбе, сразу же на три шага отпрыгнул назад: крупная жёлтая очковая кобра, увидев человека, расправила свой капюшон и начала угрожающе шипеть, отделяясь почти на метр от столба. Если бы Шанкар заметил змею на две секунды позже, то тогда… Да нет, но как убить эту кобру? В следующую секунду змея быстро поползла вверх по столбу и спряталась в покрывающей крышу дома соломе. Ну и дела! А ведь Шанкару надо идти в этот дом, чтобы приготовить рис. Это не лев! Его можно отпугнуть, просто разведя костёр. Поэтому Шанкар поступил так: заходил на кухню, быстро готовил и, до наступления темноты, забирал с собой всю приготовленную пищу и относил её в станционный дом. Но разве можно быть уверенным в безопасности и этого дома? Ведь змея может попасть в дом через любое отверстие, и как её остановить?
На другой день из вагона дневного поезда незнакомый рабочий вынес ему запас провизии. Два дня в неделю руководство железнодорожной компании высылало из Момбаса смотрителям удалённых станций рис и картофель, а потом стоимость этих продуктов вычиталась из ежемесячного жалования.
Этот новый рабочий, вынесший из поезда провизию, оказался уроженцем Индии, жившим ранее в Гуджарате. Он, выложив провизию, стал с удивлением смотреть на Шанкара, а когда Шанкар задал ему пару вопросов, этот человек, будто поражённый страхом, быстро убежал в свой вагон.
У Шанкара не выходил из головы поступок этого рабочего. Что за ужасная тайна почиет на этом месте, если никто не хочет ему об этом рассказать, как будто какая-то сила удерживает их от этого? В чём тут дело?
Дня через два Шанкар, проводив поезд, находился во дворе своего дома, и тогда случилось следующее: он опять наткнулся на змею! Та же самая жёлтая очковая кобра. Скорей всего, именно её он видел в прошлый раз, хотя тому не было никаких доказательств.
В этот день Шанкар внимательно осмотрел станционный дом, свой маленький домик и всё прилегающее к ним пространство. Он осмотрел все большие дыры на всей близлежащей земле, осмотрел двор перед своим домом и стены кухни, облазил всю земляную платформу, осмотрев там все ямки, расселины и крысиные норы. Но ничего подозрительного не обнаружил.
Однажды ночью он спал в станционном доме. Кругом была кромешная тьма. Вдруг Шанкар внезапно проснулся. Какое-то шестое чувство, находящееся за пределами обычных пяти, пробудилось на одно мгновение, чтобы предупредить его о надвигающейся опасности. Весь дом был погружён в кромешную тьму, но тело Шанкара вдруг всё начало мелко трястись. Почему бы не включить электрический
фонарь? Состояние было такое, что в этой кромешной темноте очень сильно захотелось издать громкий крик. Шанкар быстро схватил фонарь и, как механическая кукла, стал смотреть перед собой на освещённое фонарём место.К страху прибавилось любопытство, и тогда Шанкар, зажав фонарик в руке, сел на постели.
Между стеной и столом, на котором лежала его постель, подняв голову и застыв в угрожающей позе в свете фонаря, временно ослеплённая этим светом, находилась самая яростная и жестокая из африканских змей – чёрная мамба! Змея подняла свою голову на высоту двух с половиной локтей от пола, что было не удивительно, поскольку обычно во время атаки на человека змея наносит укус в горло. Шанкар слышал, что если человек, оказавшись на расстоянии вытянутой руки от чёрной мамбы, избегнет её нападения, он может считать этот день днём своего второго рождения.
У Шанкара с раннего детство было одно очень важное качество: в любой опасности он никогда не терял голову и даже в самых страшных ситуациях сохранял полный контроль над своими нервами.
Шанкар понимал, что если сейчас дрогнет его рука, то в ту же секунду луч фонаря отойдёт от глаз змеи, и тогда в следующую секунду, попав в темноту, змея совершит прыжок.
Он понимал, что сейчас его жизнь зависит от того, сможет ли он твёрдо и без отклонений направлять фонарь в глаза змеи. Пока он способен это делать – он в безопасности. Но если вдруг фонарь отклонится в ту или иную сторону, что тогда?
Шанкар застыл, крепко держа фонарь в руке. Глаза змеи горели в луче света как два небольших драгоценных камня. Какая огромная сила и ярость проявились в этом, поднявшемся и занесённом как кнут, чёрном, сверкающем, узком теле…
Шанкар сразу же позабыл об окружающей его обстановке, о стоящих вокруг предметах, он позабыл об Африке, о своей службе на железной дороге, о железнодорожных путях, идущих из Момбасы в Кисуму, о своей родине, о своих отце и матери – весь мир для него превратился в какую-то пустоту перед этими двумя сверкающими как два драгоценных камня глазами! А вокруг – одна пустота! Одна темнота! Пусто, как смерть, и темно, как тёмен этот мир перед всеобщим уничтожением!
Реальна – только эта яростная, поднявшаяся и распустившая перед прыжком капюшон, змея, способная с каждым укусом впрыснуть полторы тысячи миллиграммов сильнодействующего яда, ждущая, как какое-то божество, только благоприятного момента для атаки…
Рука Шанкара начала затекать, пальцы перестали слушаться, а часть руки от локтя до подмышки вообще перестала ощущаться. Как долго он ещё сможет держать фонарь? Ведь глаза змеи – это не два драгоценных камня… скорее два светлячка или две звезды… или…
А батарейка в фонаре не сядет? Вдруг свет побледнеет и погаснет? Но всё-таки два светлячка или две звезды ещё горят… Что сейчас, ночь или день? Рассвет или закат?
Шанкар попытался сбросить с себя этот морок. А то эти два сияющих глаза, казалось, погружали его в какой-то нереальный мир. Изо всех сил он старался не засыпать. В этой безлюдной местности невозможно никого позвать на помощь – это он знал, как знал и то, что его жизнь зависит от крепости его нервов. Но одно от него не зависело: рука онемела и перестала слушаться, так как долго он ещё сможет держать фонарь? Змея нападёт, как только он опустит фонарь, поэтому он изо всех сил напрягал руку.
Вскоре часы с характерным звуком: «Тан-тан» – пробили три. Вот и дожил Шанкар до трёх часов ночи, а теперь всё, ведь его рука начала дрожать в унисон боя часов – и находящиеся перед ним два сверкающих камня погасли… Но где же змея? Неужели уползла куда-то в большой спешке?
В следующую секунду Шанкар понял, что змея так же, как он, погрузилась в темноту. Она уползла. Поняв это, он быстрее молнии вскочил со стола и одним прыжком в темноте допрыгнул до двери, отбросил засов, распахнул дверь и, выбежав на улицу, запер дверь с наружной стороны.