Чтение онлайн

А потом она открыла для себя все огромные возможности нейрокомпьютера, не только для общения в Сети либо управления домашними роботами, но получения самых разных наслаждений.

Электронные оргазматоры, аналоги наркотиков, и многие другие так называемые релаксационные программы, позволяющие человеку получать огромное, зачастую превосходящее любое доступное в реальном мире удовольствие. Ибо все сигналы идут в мозг напрямую, исключая посредников в виде обычных чувственных рецепторов. И все это без каких-либо усилий - достаточно запустить

в нейрокомпе соответствующую программу.

Ну и, как понял Ларион, Мария Лангер не выдержала искушений, предлагаемых дьявольским изобретением. Муж не интересовал ее как мужчина, да и окружающий мир в целом поблек. Все свое время она проводила в виртуальных сообществах таких же любителей наслаждений.

Формально они с мужем жили вместе, но лишь чтобы не повредить его политической карьере. Она стала искательницей новых удовольствий. Он - убежденным борцом с такими возможностями нейрокомпов.

В какой-то мере Ларион понимал его. Нелегко принять, что жена поменяла тебя на вживленное в мозг устройство.

С другой стороны, нейрокомп-то на самом деле ничуть не виноват. Скорее родители и дурацкие запреты. Самому Лариону имплантировали нейрокомп еще в детстве, он прекрасно понимал все его преимущества и отличия от реальной жизни. А потому хоть и использовал иногда оргазматоры и прочие релаксационные программы, но без проблем мог от них отказаться.

Тем же, кто получал такие возможности в зрелом возрасте, нередко срывало башню, они уже не могли остановиться.

Так что казавшаяся Лангеру правильной борьба против раннего вживления нейрокомпов приведет, скорее всего, к результату прямо противоположному.

Если обозреть целиком все происходящее в Тироле, то вырисовывается весьма стандартная структура.

На самом верху - политический лидер Лангер. Популярный, можно сказать - харизматичный, призывающий вернуться к христианским ценностям, готовый вести за собой других.

На ступень ниже Курт Астерс. Он организует работу с молодежью, которая должна стать политической и социальной платформой нового пути. Выступить в роли добровольцев и активистов добрых христианских дел.

Ну и, наконец, орден "Святого меча", возглавляемый бывшим военным Зольдером. Так сказать, мускулы организации, способные разобраться с врагом там, где обычные политические либо правовые методы не сработают.

В принципе, мозаика складывается.

Одно плохо - пока это лишь его личные домыслы. А потому бесполезно отправлять их в полицию. Там никто не поверит рассуждениям Лариона Богратова.

Нужны более весомые доказательства.

Они встретились в городском парке в девять вечера. Выслушав ее предложение, полицейский ничего не ответил, молча глядя на девушку.

– Так что, ты согласен?
– нетерпеливо спросила Тамика.

– Господи. Ты, ты просто сошла с ума, - в сердцах выдал Шон.
– Я полицейский. А ты предлагаешь мне кражу со

взломом.

– Так надо, Шон. В этом компьютере, там наверняка секретная информация.

– Да откуда ты знаешь?
– взмахнул рукой он.
– Что они не дают тебе покоя?

– Потому что они выиграли нечестно, - заявила Тамика.
– И я намерена все разузнать. И если ты полицейский, как говоришь, то должен мне помочь.

– С чего ты взяла, что нечестно? У тебя нет ни единого доказательства.

– Я как раз и пытаюсь их добыть.

– Но не так же, - воскликнул Шон.

– А как? Предложи другой способ. Если ордер твой суд никогда не даст.

Несколько секунд он молчал.

– Я не знаю. Мне кажется - лучше забыть обо всем этом?

– Забыть?
– возмутилась Тамика.
– Черт побери, Шон. "Personal Power" умудряется проводить в мэры сомнительных людей с улицы. И ты предлагаешь сделать вид, что так и надо?

– Гиффонт не сомнительный, - возразил он.

– Может быть. Пусть сегодня они провели в мэры достойного. А что завтра? Где гарантия, что "Personal Power" не протолкнет наверх какого-нибудь жулика. Или хуже. Какого-нибудь диктатора в президенты. Американская демократия под угрозой, Шон.

– Тихо, тихо, Тами, - он выставил вперед руки.
– Тебе не кажется, что ты слишком увлеклась своей теорией. Наверняка победе Гиффонта есть более простое объяснение.

– Назови, - сразу потребовала она. Полицейский лишь пожал плечами.
– Вот видишь. Зайди в Сеть. Ни один политолог не может объяснить, почему Гиффонт выиграл, - продолжала напирать Тамика.

– Это еще ничего не доказывает, - буркнул Шон.

– И не докажет. Если полицейские и дальше будут смотреть на это сквозь пальцы. Доказательства нужно раздобыть. Пожалуйста, Шон, - она положила руку ему на плечо.

– Это чересчур глупо, - он повернулся на пол оборота, чуть отодвигаясь. Но Тамика чувствовала - он уже не так уверен.

– Я работаю в этом бизнесе не первый год. И я чую - здесь что-то нечисто. Кто-то должен рискнуть и раскрыть их тайну. Ради американской демократии, Шон, - в очередной раз повторила Тамика.

– Это глупо и опасно, - повторил он.
– Допустим, ты украдешь у Барри карту доступа в предвыборный штаб. А дальше? Что, если там кто-то окажется?

– Ночью?

– Господи, Тамика, этот город никогда не засыпает. Почти в любой компании есть люди, работающие по ночам. Просто потому, что им так удобнее, они так привыкли. И я не удивлюсь, если там окажется минимум десяток сотрудников.

– Ну, - она задумалась. В чем-то Шон прав, жизнь в больших городах не затихает ни на минуту.
– Так будет еще проще, - наконец нашлась она.
– Если там кто-то есть, то мы войдем открыто, как полицейские, - пояснила она в ответ на его недоуменный взгляд.
– Ты их чем-нибудь отвлечешь, а я тем временем заберу тот компьютер.