Логик
Шрифт:
Конечно же меня нашли, но не сразу, под вечер уже, лестницу спустили, один солдат по ней, он меня и нашёл. Пинками и выгнал. Что я успел за это время? О, немало. Убивать не стали сразу, да я и не сомневался. Нужно же допросить, что тут произошло, а единственный, я так думаю, кто пережил это всё будучи в эпицентре, был – я. Это тоже нужно учитывать. Так что так обнажённым и повели по бывшей улочке в сторону границ выжженного маной пятна. Немцы уже свободно ходили, видимо разобрались, что вреда нет. Скорее всего, пленных использовали, убедились, что те выжили, и сами на сожжённую землю вошли. Поэтому у меня и было столько времени. Да, что я успел, стоит описать. Сначала до полного Источник, дальше сплёл плетения. Первым климат-контроля, в погребе довольно холодно было. Потом сонника, следом личной защиты, сканера, и дальнего и ночного виденья. Пять самых необходимых. Как они закрепились на ауре, чтобы я мог в любое время использовать, то сплёл ещё два лекарских диагност и малого исцеления. Сначала диагностом, потом уже лечением занялся. Внешние признаки избиения не трогал, много вопросов у деда и капитана будут, планировал вскоре к ним вернуться, а вот все внутренние убрал, и по сути был физически в норме. Поел огурцов из бочки. Хороший засол.
Когда меня довели до палаток на окраине небольшого леса, на
Впрочем, не важно, я сейчас о другом. Просто из тех знаний я приобрёл, многие умения были для меня откровением. Например, создавать аурное хранилище без двух недель, накопления маны, и трёх дней подготовки с плетениями нужных схем. Быстро сделать, почти сразу. Вот сейчас и попробую, самому интересно что получиться. Осмотревшись, понял, что в эту сторону особо никто не смотрит, то что я у палаток всех усыпил, остальные делами занимаются, тела лежавшие в траве пока не видят, сам за палатки ушёл. Вот так присел, просто мысленно представил нужное плетение для создания и разворачивания хранилища, подал ману и оно зависло рядом. Я не плёл его, а создал по воспоминаниям своим. Внедрил в ауру. Осталось развернуть, для чего и нужна энергия. Положив руки на лоб и грудь рядом лежавшего офицера, потянул его жизненные силы до остатка, и подал в хранилище, разворачивая его. Офицер в мумию превратился, что меня не смутило, но хранилище развернулось. Пятьдесят девять тонн и шестьсот три килограмма. Вот его размер. Кстати, глянул в памяти, что тот Логик носил, он использовал хранилища похуже. У меня лучше будет. Так что менять не буду, моё мне куда больше нравилось. Да, надеюсь портал тут есть, хочу побывать в мире Доры, узнаю по времени там, сколько меня не было пока пытались из меня создать межмировую сущность. У меня даже догадки нет сколько прошло времени.
Сам не знаю, почему я об этом подумывал, заканчивая проверять хранилище, убирая внутрь и доставая некоторые вещи, что лежали вокруг. Идея хорошая, но не о ней сейчас стоит думать. Главное хранилище есть и уходить пустым, когда тут столько всего, мне очень не хотелось бы. Да, причина, почему я облучил сонником только тех, кто у палаток в том, что дальность сонника конечна, а немцев вокруг полно и за дальностью дальности тоже есть. Сейчас же когда хранилище при мне, это уже не важно, поэтому облучил всех вокруг на полтора километра, дальность работы сонника. Он довольно мощный. Первым делом, подойдя к кухне, полевой армейской на три котла, убрал её в хранилище. Там похоже всё готово, второй немец рядом на углях пёк хлеб, их тоже прибрал, сотня буханок, некоторые ещё горячие. Потом грузовик «Опель-Блиц» рядом с кухней, что её видимо и привёз. Кухня к слову явно советской была. В грузовике припасы, пригодиться. Потом ещё пять единиц техники. Неплохой свежий легковой «Опель» серого цвета, четырёхдверный, потом «кюбельваген». Вездеход, с запасным колесом на капоте, тяжёлый мотоцикл с коляской и пулемётом, лёгкий одиночка и «Шторьх», что стоял рядом в тени деревьев. Оружие с амуницией с солдат и офицеров, изучил палатки, две в развёрнутом виде и убрал, одна штабная, столы и стулья, будет столовой, другая жилая офицерская с четырьмя койкам. Пригодиться нам. Там ещё вещи немцев, переберём.
Самое интересное прибрал, и побежал к взлётной полосе, может там ещё что найду? Мне топливо разное нужно. Аэродром под выброс не весь попал, поэтому помощь так быстро и вызвали. По пути я работал сонником. Уже тревога поднялась, вот кого ранее не достал, их и облучал, чтобы не мешали. Мне повезло, за полосой выжженной земли, действительно нашёл вырытые полуземлянки, склады, капониры для техники. Обустраивались я смотрю надолго. В одной землянке склад лётных высококалорийных пайков, не большой, но прибрал, также нашёл бочки с авиационным топливом, что забрал, масло моторное, для гидравлики ещё. У стоявшей в отдалении техники, сюда видимо целый батальон перекинули, а я немцев усыплял, и всех кто рядом не забывал ткнуть штыком, в уязвимое место. Зачистку проводил. Винтовку «Мосина» держал в руке, нашёл у полицая, они тут тоже были, её и использовал. Так вот, у техники нашёл машину с бочками бензина, тоже прибрал. А вот другой авиационной техники кроме уже прибранного мной «Шторьха», я тут не видел. Видимо перегнали на ближайший аэродром, чтобы не потерять. Мало ли что тут произошло. А мне нужно что-то побольше, вроде транспортного «Юнкерса», что нас и весь скарб стариков мог перевезти. «Шторьх» для этого точно не годился.
У стоявшей колонны машин я не задержался, погнал прочь на «Зис-5», что неожиданно обнаружил среди техники. Его кстати оставлю. В столице, у Москвы, куда собрался перебраться и вывести стариков с сестричкой, лучше на нём ездить, чем на грузовом «Опеле», не так внимание привлекать буду, тем более машина не перекрашена и также имела цвет хаки. Только крест на дверцах поверх звёзд. В хранилище как раз место для него осталось. Да, одежду взамен нашёл, тюк комбинезона в кабине бронетранспортёра, на мелкого водителя, почти мой размер, только штанины и рукава закатал. Даже сапоги своего размера нашёл, ремень с пистолетом застегнул, так и катил. В кузове бочка с бензином, немного лётных пайков. Пока хватит. Дальше на том же угнанном «Опеле» поедем. Где нужный аэродром с транспортными самолётами, я по картам нашёл. Скоро стемнеет, за ночь доберёмся и сразу улетим. Я на это надеюсь. Так и доехал, тут недалеко было, даже опознавшись, скатился в овраг, чуть тент на машине не порвал о ветки деревьев. Дальше мы перекатили бочку из кузова в кузов, пайки прибрали, пока я «Опель» заправлял, с ведром бегал, меня покормили и расспросили. Я описал, что угнал машину
у карателей, и узнал где аэродром, как стемнеет, туда и поедем на трофее. На том и сговорились. Подарил Лизе шоколадку с орехами, и пока та довольная пробовала, лёг спать, мне выспаться нужно, хотя бы пару часов.Проснулся от того, что растолкали меня. Рядом кто-то подогревал. А это Лиза пристроилась, к животу спиной прижалась. Спала спокойно, я как приехал сразу вылечил её, только синяки оставил. Мы на одеяле лежали, другим укрывались. Сборы уже закончили до нашего подъёма, как оказалось, стемнело, мне дали выспаться, поели, бабушка Муся в котелке, что я привёз, похлёбку сварила, хлеб тоже я выдал ранее, пять буханок, отлично поели, даже штурман аппетит нагулял, он в сознании был, дымил трофейной папироской. Пока капитан, осваивая «Опель», задом выгонял машину, теперь он за рулём, я штурман, дед в кузове с остальными, я незаметно убрал «Зис». Так что нагнал машину, та уже на выезде на дорогу стояла, сел в кабину на место пассажира и показывал дорогу. Проехали за ночь пятьдесят три километра, как раз за два часа до рассвета выехали на взлётную полосу. А что, капитан кроме пятна света от фар ничего не видел, а я плетением ночного и дальнего виденья, вполне, чем и пользовался. Мы поэтому так спокойно и доехали, что сонником часто работал. Два поста и охрану на трёх мостах я усыпил, да охрану на въезде на аэродром и вообще всех, кто там был, так что мы в наглую подъехали к самолёту, как будто свои, как будто так и надо. Стоял в готовности «Юнкерс», внутри спал экипаж, видимо собрались улетать, мешки были то ли с почтой, то ли с документацией. Так что из машины всё перегрузили в самолёт и вскоре взлетели. Никто нам не мешал. Сонник рулит.
Капитан был от счастья просто в эйфории, громко пел песни из кабины. Кстати, штурмана в кресло посадили рядом, тот вёл самолёт по маршруту на свой аэродром, оберегая ногу. До рассвета должны до передовой добраться. А мы в грузовом отсеке на мешках расположились, я Лизу обнимал, к груди прижимая, теперь всё не в наших руках, а лётчиков, пришло их время. Лиза чуть дрожала, ей было страшно, дал шоколаду из лётного пайка, развернув, так что та отвлеклась, лакомясь ею. А чуть позже задремала, так что придерживая её, так и сидел на мешках. Моторы часто работали на форсаже, капитан то включал, то выключал, явно не экономя топливо, баки были полными. Тот явно хотел в темноте пересечь передовую, а то по расчётам мы как раз подлетать будем к рассвету. Окон в самолёте не оказалось, борт был чисто транспортным, единственное оконце и то в дверце, так что я по сканеру видел, дальность у него тоже полтора километра, как у сонника, что перед рассветом капитан снизился и мы пролетели на бреющем над сонной передовой. Окопы засёк. Дальше начало светать, а мы продолжали лететь. Дед присматривал за немцами, весь экипаж тут, связан, оружие и документы изъяты. Километров тридцать от передовой отлетели и сходу пошли на посадку. И что, и всё? Прилетели? Потрясло конечно, баба Муся и Лиза проснулись, но главное мы в тылу у своих. Так что, когда моторы смолкли и самолёт замер, я выдохнул.
Правда, ничего предпринимать не стал, тут всё на капитане Кривове, он сам открыл дверцу, опознавшись среди своих, уже подбежали с оружием, стал раздавать команды, медиков вызывая с носилками. Ну и нам помогли самолёт покинуть. Тела экипажа, они ещё без сознания, бойцы вынесли. Штурмана аккуратно на носилках и в санчасть. Оказалось, полк пикировщиков, где Кривов служил, как и штурман Зайцев, находился рядом с местоположением штаба авиационного корпуса, поэтому я поначалу удивился довольно большим чинам, что вскоре приехали. Два генерала, но больше полковников было. Вот так выяснив всё, дальше особисты и Политуправление работало. Наши вещи достали, отдельно сложили, оружие понятно отобрали, своё я ранее убрал в хранилище, ну и стали опрашивать, что и как. Как мы все избыты, они итак видели. Самолёт отбуксировали в укрытие, а то открыто стоял. Его груз куда-то увезли на «полуторке». Всё в неё ушло. Я описывал как есть, правда со штабом охраны тыла, сообщил свою версию, что издали наблюдал за ним. Радом я нашёл овраг, полный жителей деревни, все расстреляны, и млад, и стар. Кстати, такое погребение там действительно было, чуть землёй их присыпали, сканер показал, сам не подходил. Это запротоколировали. Там что-то случилось, много войск нагнали, и мне повезло угнать грузовик, убив шофёра. А дальше на чистом везении, нагло подкатили к самолёту, хорошо рассмотрели в темноте, мы поначалу и не поняли, что на взлётную полосу выехали, погрузились и улетели. Звучало как сказка, но всякое бывает.
Главное, что всё запротоколировали, копии наших листов опросов, отправляли наверх. А там вот что решили, нас наградить и отправить в тыл, к вернувшимся лётчикам никакие меры не применять, в тылу у противника те вели себя достойно, тем более задние выполнено, хотя вернулось всего пять машин из восьми. Эскадрилья не полного состава была. Да, нас с дедом наградили, ему дали медаль «За Боевые заслуги», мне «За Отвагу». Даже документы помогли выправить деду и бабушке, пока временные, но начало положено. Наградную книжицу оформили на данные Юрия. Так что с лётчиками мы два дня пробыли, награждал лично комкор, после чего на машине от Политуправления, с вещами, к ближайшей станции, и даже посадили на эшелон, что вёз битую технику в тыл. Причём, шёл на Горький, а там можно и на московский сесть. Вот так в теплушке с охраной эшелона, а в соседней теплушке везли пленных офицеров, мы и покатили прочь. Надеюсь всё будет хорошо. А так сама дорога проходила без проблем, во время остановок я бегал за кипятком с двумя солдатскими котелками, чай пили, заваривая, бутерброды делали, тут супчику не сваришь, но за трое суток, поезд не скорый, добрались до Горького.
Места хватало и нам, и вещам, бойцов было всего с десяток, старшим офицер в звании младшего лейтенанта. Не молодой, слегка за тридцать. Из ветеранов, контужен, слышал плохо, но со службы не ушёл. Он с дедом всё общался, громкие их беседы все слышали. А так ничего, всё нормально. Немцев те сдавали прибывшему конвою в Горьком, пока я бегал искать телеги. Тут две надо, на одной не увезём весь скарб. Двух бы хватило. Всё же самое ценное забрали, даже перину пуховую, самую ценность в доме. Куры и петух также тут связные. Телеги нашёл, марки германские были, но тут ими не заплатишь, достал наручные часы, у меня их много, одна пара на руке, и сговорил двух дедов, что так подрабатывали, нас пропустили к эшелону и мы загрузились, двинув сначала рядом с путями, потом прочь от города. Да я решил не ломать голову и банально доехать на машине, оно так проще. Зато «Зис» обкатаю. Ну и с дедом поговорю, тот зная, что я беспамятный, особо вопросов не задавал, но видя, что я умею много чего раньше Юрий не умел, и речь изменилась, уже задумчиво поглядывал, но поговорить пока возможности не было. Думаю, тут и пообщаемся. Особо скрывать и не буду, смысла не видел.