Livor Mortis
Шрифт:
– Как это случилось… Как ты умер… Как мне все исправить? Зачем ты умер?
– Дядя… Пожалуйста, выбирайся оттуда. Пойдем домой, - юноша присел на корточки, протягивая Сиэлу руку, но молодой человек не обратил на это внимание: его лопата ударилась обо что-то деревянное.
От этого глухого звука Сэмюэлу поплохело, так как он начал себе представлять, что они в скором времени увидят. Юноша не мог представить и придумать ни одной причины, которая могла бы остановить Эдварда. Он пустился на землю, стараясь не смотреть в сторону Сиэла, который все быстрее сгребал землю с деревянной крышки гроба.
– Сэм, подай мне гвоздодер! Лопатой
Юноша соскочил на ноги и отшатнулся от могилы. Он посмотрел на инструмент у себя под ногами: последняя надежда на то, что Эдвард придет в себя и осознает сумасшествие, творимое им, растаяла, как туман. Трясущимися руками Сэм протянул инструмент молодому человеку, который, не смотря на все усилия, которые ему понадобились, чтобы раскопать захоронение, выглядел пугающе бледным. И все же, несмотря на внешнюю решимость, Сиэл растерянно остановился, возвышаясь над гробом из черного, лакированного дерева с небольшим крестом на его внешней стороне.
Наконец, решившись, он аккуратно поддел край крышки гвоздодером и, надавив на металл, медленно приподнял ее. Характерный скрип гвоздей прозвучал слишком громко в кладбищенской тишине, заставив юношу, качающегося возле края могилы, снова нервно напрячься. С нескольких сторон отогнув крепления, Эдвард осторожно заглянул в гроб, но ничего не разглядел в темноте. Он отпрянул, врезавшись спиной во влажную землю и несколько минут простоял так, ощущая холод лопатками.
– Что там?
– робко спросил Сэмюэль.
Но молодой человек не ответил, отбросил инструмент в сторону, схватился за крышку руками, и не без усилий, со скрежетом, оторвал ее, сдвинув на бок. Сэм, стоявший наверху, отшатнулся от могилы, закрыв нос и рот, пытаясь спрятаться от невыносимого запаха. Эдвард же замер, уставившись на Лиама, спокойно лежащего со скрещенными бледно-синими руками на груди. На нем был черный костюм, который еще больше оттенял белую кожу шеи и лица, которые были покрыты красно-фиолетовыми разводами. Такого Морриса Сиэл не видел никогда, не считая сами похороны. Такого безжизненного и равнодушного…
– Дядя, - послышался голос сверху.
– Начинается дождь…
Мелкие, редкие капли действительно начали покрывать все в округе, попадая, в том числе, в открытый гроб.
– Надо идти, Лиам, - прошептал Эдвард, наклоняясь к другу, перекладывая его руку к себе на плечи и, подхватив Морриса за талию, медленно приподнял его. Труп был невероятно тяжелый, и колени Сиэла подкосились. Собравшись с силами, Эдвард выпрямился и, полностью взвалив на себя Лиама, повернулся к ошарашенному Сэму.
– Я приподниму его, а ты подхватывай за плечи, - распорядился молодой человек, поднимая взгляд на своего племянника.
– Мы не можем так поступить… - почти простонал юноша, в ужасе разглядывая труп.
– Слушай, Сэм, прекращай… - скидывая с себя руку Морриса, Сиэл чуть не уронил труп и, неловко схватившись за Лиама, стянул с его правой ладони почти всю, превращающуюся в разваливающийся пергамент, кожу, обнажив красноватую плоть с мелкими темнеющими пятнами. Верхний слой эпидермиса, словно перчатка, скомкано упал на дно могилы.
– Боже, - выдохнул Сэмюэль, снова зажав себе рот, пытаясь справиться с тошнотой.
– Ты можешь быстрее?
– рявкнул Эдвард, удобнее вцепляясь в Морриса.
Слепо повинуясь командному тону молодого человека, юноша, встав на колени, схватил труп за плечи и изо всех сил потащил наверх, на себя.
–
Только аккуратнее, прощу!– взмолился Сиэл, подталкивая Лиама снизу.
Сэм старался задерживать дыхание, и, каждый раз случайно вдыхая запах, он уговаривал себя не концентрироваться на своих собственных ощущениях. Когда же юноша, наконец, вытащил Морриса и положил на траву, он постарался как можно быстрее встать на ноги и отойти от него на расстояние. Словно в кошмарном сне Сэмюэль смотрел на Лиама и видел, что пока он его вытаскивал из могилы, кожа на лице трупа немного ободралась и из ран теперь сочилась темно-бордовая жидкость.
– Помоги мне!
– позвал молодой человек.
Когда юноша снова подошел к краю могилы, он увидел, что Эдвард протягивает ему крышку от гроба Морриса.
– Зачем тебе это?
– спросил Сэм, говоря то ли про крышку, то ли про самого Морриса.
– Ты хочешь, чтобы мы без этого уехали?
– невменяемо спросил Сиэл.
Сэм горько вздохнул и, забрав крышку у молодого человека, помог ему выбраться из могилы. Пока они забрасывали могилу землей, Сэмюэль не мог удержаться и постоянно посматривал на лежащий в полевой траве труп. Рядом с восковым лицом Морриса росли мелкие желтые цветы с яркими, зелеными листьями, названия которых юноша не знал. От ветра они едва заметно колыхались, иногда задевая Лиама, чьи окоченевшие руки безразлично лежали вдоль тела. Потемневшие губы и веки придавали ему потусторонний вид, обладатель которого, определенно, не должен был потревожен.
Когда же могила оказалась снова закопана и укрыта горой цветов, юноша замер, но решительность во взгляде Эдварда вынудила его, подавив свою брезгливость, подойти к трупу. Подхватив Морриса по бокам, они шли обратно к повозке уже в кромешной темноте, которая изредка озарялась всполохами молний. Сиэл рассматривал небо, словно они вышли на обычную прогулку, из-за чего постоянно спотыкался, что делало их путь еще более непростым. После того, как они закинули крышку в повозку и бережно на нее положили Лиама, Сэм уставился на молодого человека с едва скрываемой злостью во взгляде. Юноша брезгливо осмотрел свою одежду, которая была в земле и красных пятнах, и снова посмотрел на Эдварда, который пустым взглядом уставился куда-то на горизонт.
– Куда теперь?
– несчастным голосом спросил Сэм.
По неведомой причине это вопрос немного отрезвил Сиэла, и он взглянул на своего племянника, словно придя в себя. Однако недолгое здравомыслие ему понадобилось, чтобы обдумать дальнейший путь.
– За домом Лиама есть заброшенный особняк…
Глава 3. Tache Noir
17. 10. 1824, Кентербери, Кент
Когда повозка Сэма остановилась возле заброшенного особняка, расположенного недалеко от дома Морриса, юноша горько вздохнул и опустил голову на грудь. Сиэл заметил это и чувствительно толкнул его локтем в бок.
– Что с тобой? Пошевеливайся! У нас еще много работы!
– молодой человек подхватил свой тяжелый чемодан и спрыгнул вниз.
Cэм глубоко вздохнул и, всхлипнув, закрыл руками лицо. Эстер иногда резко вскидывала голову, словно пыталась отогнать темноту, которая с каждой минутой становилась все гуще. Свинцовые тучи обволакивали небо и, казалось, даже спускались сверху на брошенный дом, Сэмюэла и Эдварда, который уже обошел повозку сзади и нетерпеливо ждал своего племянника. Юноша обреченно слез с сиденья и подошел к Сиэлу.