Легкая рука
Шрифт:
А сколько раз приходилось возвращать авторам вполне добротные статьи за то лишь обстоятельство, что они получились скучными. Или показались скучными — мне, ответственному секретарю, заместителю главного редактора, главному редактору… Словом, пусть тот редактор, на которого никогда и никто не обижался, первый кинет в меня камень.
Вспоминать бесполезно! Попробую-ка извлечь максимум информации из фактов. А факты — только рукописи.
Я разложил их — четырнадцать рукописей Федорова М. Е. — перед собой на столе и стал читать заново, пытаясь представить себе автора.
Потом откинулся в кресле и суммировал впечатления.
Ну, автор, бесспорно, — эрудит. Затронул
Дальше. Письма были посланы из самых разных мест Москвы. Но не только. Три конверта, судя по штампам, прошли через почтовые отделения Калининграда (Московской области), Фирсановки и Барвихи (тоже Московской области). Одно письмо было опущено в Зеленограде. Это сейчас район Москвы, только я однажды ездил туда в гости и вернулся с убеждением, что столица уж как-то чересчур разрослась. Естественно предположить, что незнакомец специально посылал свои статьи из разных мест, — чтобы его труднее было найти. Но если так, он явно перебарщивал. Слишком уж разные были места. Мой таинственный враг, бесспорно, умница, и не стал бы тратить зря столько сил. Его вполне устроил бы один почтовый ящик где-нибудь в центре Москвы, куда ему удобно заехать при случае. Другое дело, если он много ездит и не связан с общественным транспортом. У автора статей своя машина! Или он шофер?
А если?.. Сгорая от стыда, я поднес последнюю по времени поступления рукопись вместе с конвертом к носу. Ей-богу, пахнет бензином. Чуть-чуть, но вполне ощутимо. Проверил на сотрудниках. Они со мной согласились. Однако я ведь уже принял, что это историк. Историк с автомобилем? Чтобы купить машину, он должен быть профессором, а какой профессор займется такими мистификациями, не жалея времени, сил и денег? Ладно, отложим решение этого вопроса. Что еще можно извлечь из писем? Ну известно, стиль.
Какой же у него стиль? Во всяком случае — не профессорский. Несколько восторженный, пожалуй. “Федоров” не столько удивляется очередному научному чуду, сколько восхищается им. Иногда буквально взахлеб. Так… С орфографией неплохо, но есть две повторяющиеся ошибки, особенно странные на общем вполне грамотном фоне. Слово “серьезно” пишет через “о” — серьозно. Слово “ясно” — через “т” — ястно. Минутку, минутку, где я еще встречал эти ошибки?
Мама моя — абсолютно, кажется, грамотный человек, а тоже пишет “серьозно”. Девушка, с которой я переписывался на пятом курсе, писала “ястно”. Я еще думал, что она шутит, но потом… Вероника Ивановна, инженер, автор отличных статей, упорно пишет “серьозно”. Но в “Федоровы” она не годится, тон ее материалов всегда строг, да и не историк она. Машинистка недавно пошутила с Леной, нашим младшим редактором, что у той в слове “ясно” пять букв. Неужели Лена? Да нет, она на это просто не способна! Вот уж не историк. А между прочим, всех четырех объединяет одно. Они — женщины.
Я взял телефонную трубку и позвонил знакомому психологу.
— Слушай, есть ли грамматические ошибки, которые женщины делают чаще, чем мужчины?
— Гм… В слове “серьезно”, например, женщины частенько ошибаются, — изрек он. — Помню, была об этом работа, кажется, одного из Леонтьевых. Мужчины — те нередко пишут “черт” через “о”.
— Ты серьезно?
— Слишком.
Я
засмеялся и повесил трубку. Некогда мне было с ним разговаривать. Незнакомец оказался незнакомкой. Прекрасно. Задача упрощалась: широко эрудированных женщин-историков, обладательниц собственного автомобиля, в Москве должно быть очень немного. А сколько уж из них могут к тому же иметь зуб против моего журнала или меня лично? Такое сочетание свойств могло быть присуще одной и только одной женщине в Москве. Ее и требовалось найти.Я налег на телефон и через десять минут знал, что такой женщины в Москве нет. Эрудированные женщины были, были эрудитки-автомобилевладелицы и историки-эрудитки. Но сочетание всех заданных качеств не встречалось ни одному из моих знакомых мужчин-историков.
Может быть, хозяин машины — муж?
А может быть… Я снова повернулся к телефону, придвинул ближе толстенный справочник, нашел в нем нужный номер и набрал его.
— Первый таксопарк? Как позвонить вам в отдел кадров?.. Говорят из редакции. Прошу сообщить, не работает ли у вас девушка, которая одновременно заочно учится на историческом факультете университета?
Минута молчания.
— Нет.
Я набрал номер второго таксопарка. На пятом или шестом звонке сварливый молодой голос после очередной минуты ожидания спросил:
— Эй, редакция, вам обязательно нужен исторический факультет? Историко-архивный институт не устроит?
— Устроит, устроит.
— Есть у нас такая, Брускина Майя Михайловна.
— Скажите, пожалуйста, когда она завтра выходит на работу? Номер машины?
Я, разумеется, не очень-то верил, что попал в точку. Но проверить — стоило. Подумаешь, потеряю час.
4
Я остановил машину под нужным номером, едва она выехала из парка. Сел. Назвал адрес друга, жившего в Химки-Ховрине. И только после этого внимательно посмотрел на девушку-водителя.
Ну вот. Ошибка, конечно. Как я мог вообще хоть на секунду надеяться, что найду своего врага таким диким способом! Да и не женщина он, наверное, вовсе. А! Поговорю с милой девушкой, отдохну от этого дурацкого детектива.
Несколько слов о погоде, трудностях, связанных с желанием женщины работать в такси, а также о кратчайшей трассе, по которой она собирается меня везти… И уже посередине пути что-то заставило меня сказать:
— Я вас, по-моему, видел, хотя уверен: в вашей машине не ездил, иначе бы забыть не мог.
Девушка засмеялась:
— Сегодня вы мой клиент, а год с лишним назад я чуть не стала вашим. Вы ведь в редакции работаете? Я вам статью предлагала.
— Да? — я был совершенно ошарашен. Я и сейчас не мог ее признать. Не так уж много женщин приходит в редакцию со статьями. Обычно хоть это остается на долю мужчины. И мне казалось, что я помню все эти исключения. Тем более что вчера заново перебрал их в памяти. Но никого похожего за последнее время среди моих посетительниц не было. Наверное, мое лицо четко выразило полную гамму чувств — от недоумения до полной растерянности, так как, не дожидаясь ответа, девушка напомнила:
— Я приносила вам статью с гипотезой о природе телепатии.
— А! — но это не могли быть вы! Хотя да. Могли…
Господи, как же эта девица в тот раз выглядела, что я ее даже сейчас еле признал. Прическа была — тогда — сверхновомодная — волосы вокруг всего лица, причем из их рамки еле виднелись глаза и нос, юбка настолько мини, что даже старший товарищ по работе Коля Гудков застеснялся. Ну и все прочее — соответственно. Тут уж было не до гипотезы, которая оказалась на среднепотолочном уровне.