Леди-судьба
Шрифт:
– Прости меня за то, что называю тебя чужим именем, но я боюсь, что и в моем доме могут оказаться шпионы Эдварда.
– Не извиняйтесь, сэр, – ответила Кэтрин, шутливо ударяя Майлса по руке. – Сейчас не время для таких мелочей.
Кэтрин осторожно огляделась. Возле двери застыли фигуры швейцара и Коусгрова, а рядом с Майлсом стояла горничная по имени Тереза, державшая в руках плащ Майлса.
– Нам пора, – сказала Кэтрин. – С нашей стороны было бы невежливо опаздывать на бал к твоим родителям.
Майлс взял из рук Терезы плащ и ответил на ходу:
– Ты, как всегда, права,
Подъезжая к дому Грейсонов, Кэтрин высунулась из окна и нервно вздохнула.
– Мне помнится, ты говорил, что это малый дом твоих родителей. Каким же тогда должен быть большой? Или, может быть, они живут в замке?
– Пусть размеры дома тебя не пугают, – ответил Майлс, сжимая руку Кэтрин. – Главное не дом, а его хозяева. Мои родители – очень милые люди, надеюсь, ты сама в этом скоро убедишься. Они сумеют понять и простить наш розыгрыш, когда узнают о нем, и, уверен, полюбят тебя всей душой, так же, как я.
Кэтрин ответила, не сводя глаз с освещенного огнями дома, у подъезда которого сгрудились кареты и сновали бесчисленные слуги:
– Здесь сегодня собрались самые знатные и богатые люди Англии. Скажи, ты по-прежнему веришь в то, что какой-то ирландской девчонке удастся обмануть их всех и заставить поверить в то, что она – настоящая леди?
Майлс взял в ладони лицо Кэтрин и сказал, глядя ей прямо в глаза:
– Неважно, где ты родилась и где ты выросла. Ты – настоящая леди, Кэт, и никогда не забывай об этом. Высоко держи голову, улыбайся и помни о том, что ни один из этих аристократов не стоит даже твоего мизинца.
Спустя несколько минут они подошли ко входу в бальный зал. Оркестр играл вальс, но не от этих звуков было тревожно на душе Кэтрин, не они заставляли учащенно биться ее сердце.
Возле самой двери Майлс остановился и поцеловал Кэтрин в щеку.
– Итак, любовь моя, наша игра начинается, – шепнул он.
– Виконт Райленд и леди Виктория Карлайл! – громко провозгласил мажордом.
Они вошли и ненадолго задержались наверху лестницы, спускавшейся в зал. Разговоры, витавшие в воздухе, стихли, и неожиданно наступила полная тишина. Замерли и остановились скользившие по паркету пары. Кэтрин и Майлс медленно спустились вниз. Здесь, у подножия лестницы, их уже встречали Марк и Ванесса. Граф махнул оркестру, и музыка смолкла.
– Дорогие друзья, прошу внимания, – заговорил Марк. – Мой сын собирается сделать важное сообщение.
И он сделал шаг в сторону, уступая дорогу Майлсу.
– Многим из вас известно о том, что около двух месяцев тому назад леди Виктория покинула Лондон, – заговорил Майлс, выступая вперед. – После тяжелых переживаний, выпавших ей за последний год, она нуждалась в отдыхе. Мы хранили в тайне место ее пребывания и надеемся на то, что вы поймете и простите нас за это. Кроме того, должен сообщить вам, что леди Виктория оказала мне честь, согласившись стать моей женой.
Под гром аплодисментов, раздавшихся в ответ на это сообщение, Майлс поцеловал Кэтрин. Оживший оркестр вновь грянул вальс, и будущие новобрачные заскользили по паркету. Вращаясь в такт музыке, Кэтрин шепнула на ухо своему
жениху:– Они на самом деле думают, что я Виктория. Знаешь, теперь у меня появилась уверенность в том, что мы в самом деле справимся с тем, что задумали.
– Конечно, справимся, – так же тихо ответил Майлс. – Лично я ни минуты в этом не сомневался.
– Даже когда я отказалась отрезать волосы? – лукаво усмехнулась Кэтрин.
– Ну, может быть, только тогда, – ответил Майлс. – Но, слава богу, женщина, в которую я влюбился, оказалась отзывчивой и благоразумной.
– Отзывчивой и благоразумной? – переспросила Кэтрин, продолжая следить взглядом за Ванессой и Марком. – Возможно, возможно. Но кто бы знал, как мне не хочется лгать твоим милым родителям.
– К сожалению, это необходимо, любовь моя. Пока, во всяком случае. Нам нужна полная уверенность в том, что ты неотличима от Виктории, прежде чем состоится твоя первая встреча с Эдвардом. Если мать и отец примут тебя за Викторию, можно быть спокойным. Тогда тебя любой будет принимать за Викторию.
Вальс закончился, оркестр замолчал, и Майлс вместе с Кэтрин вернулся к своим родителям.
– Как я рада, что ты вернулась, Виктория, – сказала Ванесса, обнимая Кэтрин. – Мы с Марком прыгали от счастья как дети, когда Майлс написал нам, что с тобой все в порядке.
Кэтрин потупилась и сказала с виноватой улыбкой:
– Простите меня за то, что я заставила вас так волноваться. Мне казалось, что я рухну под грузом забот, свалившихся на мои плечи, и потому решила, что единственный способ спастись – это обратиться за помощью к Майлсу.
– Ты жива и невредима, и это главное, – потрепал ее по руке Марк и повернулся к Майлсу. – Правда, я не понимаю, почему ты столько времени молчал. Мы все изрядно перенервничали.
– Я знаю это и прошу прощения. Давайте завтра соберемся вместе за завтраком, и я все объясню и тебе, и маме. Мне кажется, нам будет о чем поговорить.
– Наш сын прав, – согласилась Ванесса. – Сегодня праздник, так давайте веселиться. А дела? Они вполне могут подождать до завтра.
Она посмотрела на Марка и добавила с улыбкой:
– Следующий танец – гавот. Мы будем танцевать его с вами, милорд?
– Послушай Майлс, почему бы тебе не потанцевать с матерью? – быстро спросил Марк.
Майлс бросил быстрый взгляд на Кэтрин и отрицательно покачал головой:
– Тори не была на людях несколько месяцев. Я боюсь ее покидать даже ненадолго.
– Ерунда. Рядом со мной Виктория будет в полной безопасности. Иди потанцуй с матерью. Оркестр вот-вот заиграет, и она, как мне кажется, не захочет пропустить ни такта, – сказал Марк.
Майлс предложил Ванессе руку и повел ее на середину бального зала, а Марк заметил с улыбкой, глядя им вслед:
– После того как Майлс обнаружил, что может неожиданно потерять тебя, он, на мой взгляд, стал излишне осторожен. Впрочем, не спеши осуждать его, Виктория. Многие влюбленные мужчины ведут себя точно так же.
От этих слов Кэтрин вдруг стало легко и спокойно, и она охотно и весело ответила графу Фоксвуду:
– Я знаю. Мне очень повезло, что я встретила на своем пути такого замечательного мужчину, как Майлс.