Чтение онлайн

Однако то, о чем сказал король, Фрэнсис не пришлось видеть ни разу, потому что хоть Леннокс и не перестал пить больше, чем было принято, он никогда не позволял себе этого в присутствии жены. Когда они бывали вместе, он всегда следил за собой, потому что, как он сам признавался Фрэнсис, больше всего боялся почувствовать, что она сожалеет о своем замужестве.

– Герцог еще достаточно молод и вполне может избавиться от своих дурных привычек, – ответила королева. – Что касается меня, то я рада ее замужеству, и вам не следует удивляться этому. Я очень люблю Фрэнсис, но как могла бы я продолжать любить ее, зная, что она стала второй Каслмейн или пусть

даже одной из менее навязчивых ваших любовниц? Хоть я так безрассудно люблю вас, что готова простить все обиды, которые вы мне наносите, но даже мне было бы очень трудно простить, если бы Фрэнсис стала вашей возлюбленной.

Карл смотрел на жену с нежностью и раскаянием.

– Вы настоящий ангел, и это при том, сколько вам пришлось пережить, – сказал он. – Но попытайтесь понять, ma mie. Дело не только в том, что я потерял Фрэнсис, а в том, как это произошло. В этом не было никакого распутства, я любил ее. Если бы она сказала мне, что твердо решила выйти замуж за Леннокса, что она скорее тайно убежит отсюда, чем откажется от него…

– Как она могла сделать это, Карл? – Екатерина не скрывала того, что не может относиться серьезно к словам мужа. – Вы бы постарались помешать ей любой ценой, даже если бы вам пришлось запереть ее в комнате.

– Зачем ей понадобилось оставлять все драгоценности, которые я ей дарил? – спросил он. – Даже жемчужное ожерелье, которое я подарил ей сразу же после ее приезда во дворец, когда и речи еще не было ни о какой любви?

– Может быть, на этом настаивал ее жених? – высказала Екатерина свое предположение и сухо добавила: – Но я понимаю, что для вас это явилось ударом. Не исключено, что она первая женщина, которой вы стремились обладать и которая отказалась извлечь из этого какую-нибудь пользу для себя.

– Кроме вас самой.

– Но разве вы когда-нибудь желали меня?

– Вы прекрасно знаете, что да. И сейчас тоже. Когда вы были так больны, кем была для меня Фрэнсис, если не доброй девочкой, которая делила со мной все тревоги и старалась успокоить меня?

– Разве только из-за одного этого вы не должны простить ее? – спросила Екатерина.

Однако ей не удалось убедить Карла, и она не поехала с визитом в Сомерсетхаус, но отправила Фрэнсис письмо, в котором постаралась объяснить, что поскольку король пока не склонен изменить свое решение, она считает более благоразумным не встречаться с ней.

Однако Фрэнсис все-таки удалось повидаться со многими друзьями, которые пришли в Сомерсетхаус, чтобы пожелать ей счастья. И среди прочих – Джон Эвелин, который давно был влюблен в нее. Фрэнсис была откровенна с ним и сказала, что даже если бы не влюбилась в Леннокса, все равно вынуждена была бы покинуть дворец: ей больше не удавалось держать короля на расстоянии, потому что его желание обладать ею было сильнее, чем отвращение к тому, что он вынужден действовать против воли женщины.

– Но мне посчастливилось, – сказала Фрэнсис. – Потому что наконец я встретила того, кого смогла искренне полюбить, кто женился на мне и верит мне.

Те, кто помнил Леннокса в самые мрачные периоды его жизни, были поражены теми переменами, которые произошли в нем. Он горевал по первой жене, страдал во втором браке, но счастье, которое он обрел с Фрэнсис, без труда изменило его. Леннокс перестал увлекаться картами: ему никогда не везло ни за игорным столом, ни на бегах, и у него хватило здравого смысла решительно отказаться и от того, и от другого. Он видел, как нравится Фрэнсис Кобхемхолл, и ему не хотелось ставить под удар их

планы и рисковать крупными суммами денег. Кроме того, он стремился к тому, чтобы сама Фрэнсис ни в чем не отказывала себе, хотя она и убеждала его в том, что еще долго может обходиться без новых туалетов. Из Уайтхолла ей прислали все ее вещи, и того гардероба, которого едва хватало для жизни во дворце, было вполне достаточно в деревенских условиях.

Несмотря на то, что старые приятели и друзья встретили Фрэнсис очень гостеприимно и дружелюбно, она не могла не заметить тех изменений, которые произошли в них за это время. Женщины, с которыми она прежде проводила немало времени, теперь были заняты домашними делами и воспитанием детей, мужчины – управлением своим имуществом и государственной службой. Фрэнсис не препятствовала встречам Леннокса с прежними приятелями, потому что самые ненадежные из них утратили к нему интерес, однако он не скучал по ним и только радовался этому.

Вернувшись из Лондона в Кобхем, они занялись ремонтом того крыла здания, где хотели поселиться сами, и время полетело с невероятной скоростью.

В начале года война с Данией пошла на убыль, и Людовик Четырнадцатый проявлял заметное стремление восстановить мир. Его цель была достигнута: и Англия, и Голландия были весьма заметно ослаблены затяжной бессмысленной войной, и в Бреде начались мирные переговоры. Однако хотя на этих переговорах и были урегулированы основные спорные вопросы, представители Англии так рьяно отстаивали второстепенные пункты мирного соглашения, что снова вспыхнула вражда, и Дания возобновила военные действия.

Известие о том, что датские суда снова вышли в море и появились вблизи английских берегов, у Корсета, было воспринято, как гром среди ясного неба. Леннокс, возглавлявший судебную и исполнительную власть Дорсетшира, получил приказ отправиться туда и организовать отпор. Он поспешно собрался и уехал, оставив Фрэнсис в большой тревоге, потому что было хорошо известно о коварстве датских моряков, которые предпочитали не вступать в сражение в открытом море, а действовать в английских территориальных водах, где их добычей становились безлюдные и неподготовленные суда, которые были оставлены там, поскольку считалось, что война закончилась.

Стоя на холме в кобхемском парке, Фрэнсис не верила своим глазам, видя, как величественная датская флотилия входит в широкое устье Темзы, где большие английские суда могли оказать ей весьма слабое сопротивление. Фрэнсис вместе с другими обитателями Кобхема могла наблюдать одно из самых трагических событий в истории английского флота и рыдала от отчаяния, когда старый дом содрогался от пушечной стрельбы и когда до нее доходили рассказы – правдивые и вымышленные – об огромных потерях, которые несла Англия.

Фрэнсис совсем ничего не знала о том, чем занят в Дорсете ее муж, до тех самых пор, пока у нее в доме не появился капитан Джонсон – шкипер с одного из принадлежавших Ленноксу каперов, названного в ее честь «Фрэнсис», – который привез ей письмо и обнадеживающие сведения о нем.

Фрэнсис принимала гостя в большом зале, где капитан с жадностью поглощал наспех приготовленную для него еду.

– Крепитесь, Ваше Высочество, – говорил он ей с грубоватым участием. – Герцог здоров и командует самым лучшим экипажем, какой только может быть. Эти дьяволы застали нас врасплох – прекрасная штука, раз мы поверили в перемирие, – но скоро они свое получат. Хотя это нам и дорого будет стоить – и корабли, и люди, которые погибают вместе с ними.