Шрифт:
Глава 1
Сознание возвращалось медленно. Я лежала на полу, мимо кто-то бегал, кто-то кричал, что-то горело, ломалось и падало. Резкий неприятный запах окончательно привел в чувство: происходит что-то очень нехорошее. Надо выбираться.
Я попыталась подняться, но тут же рухнула обратно на пол: все тело болело, голова кружилась, выпитый с утра кофе подкатывал к горлу. Похоже, у меня сотрясение.
– Парень, как ты?
Я подняла голову и увидела благообразного старичка в непонятной хламиде.
– Точно не уверенна, но встать не могу.
– Понятное дело, -
– Что произошло? – я пыталась сосредоточиться, но получалось плохо.
– Эксперимент, мать его, - старичок, несмотря на почтенный возраст, двигался довольно быстро. – Эти умники решили увеличить подачу энергии к центральному порталу. Думали, получится создать прокол, а тут… Похоже, батареи в разнос пошли и началась цепная реакция...
Справа что-то громыхнуло, кто-то снова закричал. Я внезапно осознала, что алые всполохи на стенах – это не последствия сотрясения, а языки пламени.
– Почти десяток мастеров, и в два раза больше подмастерьев, - с какой-то обреченностью процедил старик. – Пять секунд – и нет парней. Чем думали?
– Куда мы? – либо мы сейчас находились под землей, либо старик тащит меня… на крышу?
– Пути эвакуации завалило, пока я за тобой ходил, - старик подошел к какой-то двери, что-то нажал, и мы оказались в основании винтовой лестницы. – До башни огонь будет добираться долго, тут изоляция – дай боги, так что помощи дождемся наверху.
Примерно через десяток ступеней я смогла самостоятельно двигать ногами, чем несказанно помогла нам обоим. Теперь мы поднимались быстрее.
– А остальные? – я внезапно вспомнила крики.
– Те, кого взрывом не зацепило, успели уйти. – Мы наконец-то дошли до верха… башни? Старик сгрузил меня на пол, а сам кинулся закрывать массивную дверь. Я попыталась сфокусировать зрение, но комната продолжала плыть перед глазами: вроде просторное помещение, вроде круглое, светлое… Серое, нервно маячущее пятно – видимо, старик, который меня спас.
– А Вы почему не ушли?
– Сказал же, за тобой ходил. Совсем не соображаешь? – я помотала головой и тут же об этом пожалела: утреннее кофе с удвоенными усилиями рвануло вверх, а в комнате потух свет.
– …десяток мастеров, двадцать подмастерьев, пацана чуть не угробили…
Видимо, я снова потеряла сознание. Похоже, сотрясение все-таки серьезное, нужно как можно быстрее попасть к врачу. Интересно, те, кто по-идее должен нас спасти, смогут оказать хотя бы первую помощь? Старик говорил про какую-то лабораторию… Насколько я знаю, лаборатории должны иметь в штате медперсонал… Надеюсь, они не были в том самом эпицентре взрыва.
– Очнулся? Как состояние?
Повернула голову и с удивлением поняла, что перед глазами уже не плывет. Я лежала на чем-то вроде кушетки в большом круглом кабинете, мой старик сидел рядом на стуле и перебирал какие-то склянки. Прислушалась к ощущениям: тело больше не болело, головокружение почти прошло, как и тошнота.
– Опять на джении сэкономили, бюрократы чертовы… а я говорил, что эта центральная система закупок ни к чему хорошему не приведет! – старик посмотрел бутылек на свет и раздраженно вздохнул,
затем снова переключился на меня. – Дозу я увеличил, но кто его знает, насколько эти крохоборы уменьшили концентрацию. Как себя чувствуешь?– Вроде ничего, - я осторожно вела на кушетке и ощупала голову. Пальцы сразу запутались в волосах, слипшихся в крови, я нащупала уже затянувшуюся рану… - Давно мы здесь?
Старик удивленно посмотрел на меня.
– Да и полчаса не прошло. Хорошо хоть экстренный запас эликсиров на месте был – тебе очень сильно досталось по голове, иначе помощи бы ты не дождался.
Полчаса?!! Я еще раз ощупала голову: судя по количеству крови, рана должна быть серьезной, но пальцы натыкались только на свежий рубец. Меня начало трясти.
– Кто вы?
– Тише ты! Вот только истерики мне не хватало, - старик подскочил. – Ты что пассив, рыдать? Боги, дайте мне сил…
– Кто вы?!!
– Тише, тише, – старик, поняв, что ответной истерикой ничего не добиться, снова сел рядом. – Я – мастер Ян из второй лаборатории. А ты чей подмастерье?
– Джерри, - я облизала потрескавшиеся губы. – Джерри Родригез, полиция Нью-Йорка. Хотя теперь уже нет…
– Полиции Нью… чего? – растерянно произнес старик.
– Нью-Йорка, - происходящее все меньше мне нравилось. Какого черта этот старик выглядит так, будто я ему про Атлантиду рассказываю? – Я… я потеряла сознание, но точно помню, как попала в вашу… лабораторию. Угол пятой и восьмой…
Да, точно. Дело маньяка с пятой улицы, мое первое серьезное дело. Я вспомнила, сколько сил потратила, чтобы ублюдок попал на скамью подсудимых. Казалось бы – дело сделано, но в последний момент главный свидетель обвинения испугался. Адвокаты добились снятия всех обвинений, освобождения подозреваемого и… отстранения меня от расследования.
– Джерри, пойми, могло быть хуже, - утешал меня тогда мой капитан. – Ты загоняешь себя этим делом. Отдохни, расслабься, а мы прижмем этого гада!
Я ждала. Месяц, другой. На третий месяц канцелярской работы не выдержала и устроила слежку за подозреваемым. Вела его до Центрального парка, пока он не вошел в какую-то дверь на углу пятой и восьмой. Не знаю, о чем я тогда думала – возможно, хотела спровоцировать его на нападение на офицера полиции – но я шагнула за ним.
??????????????????????????
Дальше память дает сбой: помню, как стою на каком-то возвышении, а на меня, открыв рты, смотрит толпа странно одетых людей. Видимо, именно тогда и произошел взрыв, о котором говорил старик.
Пока я пыталась свести воспоминания в кучу, старик внимательно осматривал мою одежду. С каждой секундой выражение его лица все больше и больше напоминало тех, кто встретил меня в лаборатории.
– О боги, неужели… - выдохнул он.
– Что не так? – огрызнулась я. – Да, порвала куртку, да, кровь с рубашки теперь не отстирать. Ну простите, тут у вас взрыв был и пожар, так что я немного порвалась и помялась. Сущие пустяки. Вы, главное, дайте связаться с вашим начальством…
«Ну конечно!» – внезапно возникла мысль. – «У них тут незаконные эксперименты, поэтому такие проблемы с пожарной безопасностью. Старик накачал меня какой-то дрянью, возможно, наркотой, и теперь думает, как от меня избавиться!»