Чтение онлайн

И двинул одну лапу вперёд.

— Я, я один. Я обрету невиданное могущество и власть. Всё покорится мне! Трепещите, трепещите, муа-ха-ха.

— Совсем… — начал Соул, но Ксандер перебил его.

— Ополоумел? — Ксандер не злился, нет, первую секунду он недоуменно смотрел на шуршащего к краю защитного круга кота.

— Всё, всё будет моё, — как ошалелый повторял тот.

— Ан-ну стоять! — крикнул Ксандер.

— Я властелин мира! — крикнул кот.

Оба одновременно рванулись вперёд. Ксандер к коту, кот вперёд. Но последний так яростно кинулся за круг, что Ксандер только и успел схватить руками пустоту, где

ещё миг назад был хвост. Покачнулся и чудом остался на ногах. А кот тем временем стоял за кругом и… ждал.

— А… — начал он, — где моё могущество?

Компас смотрел на него. Загалдели и потухли лампы со свечами. Моргнула статуя ящерицы со спасительным кольцом и все гобелены как один истлели на глазах.

— Но мы передоговорились, — сказал Компас. — Хотя забирайте кольцо. Оно ваше.

И тут же исчез.

И стены начали исчезать раньше времени. Кирпич за кирпичом внутрь прорывался раскалённый лунный свет и вместе с ним звуки бурлящего мира. У Арианны полыхнуло под ногами. Это арды, воспользовавшись ситуацией, возобновили атаку.

Всё рушилось. Всё исчезало. Оборванные гобелены с тысячами битв и давно упокоившимися охотничьими собаками поднимались всё выше и растворялись в призрачном ночном свете. Стены истлевали как мертвецы в склепах. Исчезал шпиль башни. Чёрный его огрызок дернулся в тумане, да и сгинул.

Видя всё это Ксандер всего минуту медлил, а потом рванулся со всех ног и оказался у статуи ящерицы как раз вовремя, чтобы схватить спасительное кольцо. В следующий же миг статуя исчезла.

Он бежал обратно. Друзья стояли в круге и во все глаза смотрели на происходящее. В расползающиеся дырки в стенах уже ломились арды. Что б им пусто было!

Тогда оказавшись среди друзей и в окружении ровно одного кота, который сообразил, что к чему и решил быть со всеми — Ксандер одним быстрым движением надел кольцо, когда все стены разом исчезли и арды повалили внутрь — беглецы вдруг испарились.

Их несло и выкручивало.

— Что происходит?

Это был Соул.

— Ауу-у, — а это уже Нод.

— Ай, — услышал Ксандер Арианну.

Перед ним пропарила мохнатая морда. Кошак молчал. Ксандер обменялся с ним убийственными взглядами и всех их снова увлекло в безумный водоворот.

Кругом было темно и безвидно.

И вдруг всё засветилось яркими огнями всех цветов. Красные, синие всполохи, зелёные и белые, жёлтые и фиолетовые, всё искрилось и мерцало.

— Ух ты! — Воскликнула Арианна взмахивая руками в пустоте, как будто пыталась лететь. И тут вдруг это у неё получилось. Она сделала петлю и звонко рассмеялась. — Я могу лететь! Но… где мы?

— Мы… — Ксандер внимательно рассматривал представившееся им мерцающее зрелище. — Мы над Арданом. Так его видят боги.

— Арданом? — Переспросила Арианна. — Вот это да! А почему он такой… он такой?

— Это всё люди, да вампиры, да оборотни, точки фантазерства. — Ксандер подлетел к ней поближе махая руками точно та ласточка. — Видишь? Чем больше кто-то мечтает или фантазирует — тем больше светится. Наш Творец был Мечтателем. Вот всё так и выходит.

— А вон там, — Ксандер указал далеко на запад, — там страна творца-Механика. Окса. Её когда-то завели, да так до сих пор и тикает, живёт, в общем. Даже сейчас если прислушаться, можно услышать как звенят механизмы. — Все прислушались. — Или. — И он потянул рукой на восток. — Там Парнамон —

страна Мёртвых. Туда уходят многие умершие. Слышите, там тихо. Или вон посмотрите туда. Арния, мир Добра и Зла. Видите, там всё чёрное и белое.

— А мы, — начал Соул.

— А вы там, где вам быть не полагается, — вдруг произнёс кто-то и перед ними возникла Смерть в шипастой куртке и тяжеленных ботинках. Вид у неё был не очень приветливый. Тощее лицо глядело негостеприимно.

Тут же с другой стороны показался Сон. Он то вспыхнул в блеске синих искр, весь в шелках и рисунках поверх кожи и выглядел в противовес розовеньким и сияющим.

— Да-да, — согласился Сон изящно откидывая смазанную ароматными маслами прядь с лица. — Вам здесь не место. Вы не боги.

Смерть согласно кивнула. На пальцах у неё Соул приметил кастет.

— Мы не хотели здесь появляться, — сказал Ксандер.

— Вот как, — протянул Сон.

Смерть громко молчала.

— Уходите, — сказал Сон лениво переворачиваясь в воздухе.

— Когда захотим, тогда и уйдём, — тут же отрезал Ксандер.

— Ишь какие, — протянула Смерть.

— Ага, — сладко согласился Сон.

А огни тем времен сверкали под ними яркой россыпью. Со стороны мира мёртвых повеяло сковывающим любопытством.

— Боги — это воплощения людских и прочих мыслей и мечтаний. — Сказал Мист застыв между Нодом и котом. — А наш мир создал Мечтатель. А потом он пропал, как пропали все творцы. И если люди перестанут думать о богах — боги исчезнут. Ведь боги только воплощения.

— Хм, — сказала Смерть.

— Пфф, — сказал Сон.

Тут же к ним подтянулась Любовь вся в розовом и чёрным.

— Что тут происходит? — спросила Любовь.

— Да вот закинуло непонятно как.

— И ничего не непонятно, — сказал жутко довольный, что поможет разъяснить ситуацию Мист. — Нас сюда колдовством закинула. А нас арды охотятся и королева.

Соул не по-доброму покосился на него.

Показался в облаке аскетических одежд Азарт и подмигнул собранию.

— Я не припозднился?

— Да вот любуемся.

— А не хотите уйти? — спросил Сон.

— С удовольствием, — огрызнулся Ксандер.

— Слышали, они хотят уйти.

— Ага.

— Ага.

— Так поможем.

Не успели они, и пикнуть, как боги взялись за руки и принялись кружиться хороводом. И тут же всё слилось, взвихрилось, натянулось пёстрыми лентами и их всех понесло вниз. И только лица богов остались вверху. А их всё несло и швыряло пока не тряхануло так, что заныли даже несуществующие косточки.

Соул первым оторвал лицо от свежевырытой могилки и выплюнул траву. На голове у него танцевал скелет.

Скелеты танцевали тут и там. Громыхали выбеленные под луной кости. На могилах того и гляди подпрыгивала берцовая, приседала и подпрыгивала. Скелеты схватились суставами и принялись кружиться в хороводе. Ловко скача по могильным холмикам, они рассыплись в разные стороны, и принялись скакать от края кладбища до края. Застывшие в камне чудища взирали на них равнодушными голубыми глазами.