Кромешный свет
Шрифт:
– Тоже мне воин, – буркнул себе под нос Тимур, уже и так сидевший в кресле. – О чем говорить? Я повторяю, пока я не увижу своих друзей, ни о чем говорить не будем.
– Ты хороший воин, ты о друзьях думаешь. Поэтому я могу тебя обрадовать, мы их отпустили. – Бородач опять улыбнулся. – Но все-таки у тебя есть, о ком беспокоиться. Мы же не совсем глупые.
Он взял лежавшую на столе рацию, нажал селектор и произнес что-то по-арабски. Через минуту в комнату ввели генерала Лазненко, осунувшегося и поникшего. Араб откинулся на спинку кресла и, сияя от удовольствия, наблюдал за реакцией Тимура.
Рымжанов
– Я понимаю, что настоящий воин должен чтить своего командира гораздо больше, чем друзей. Так что я думаю, с твоим первым требованием мы разобрались. Выполнишь для нас небольшую работу и вместе со своим генералом пойдешь домой.
– Хорошо, – после секундного раздумья ответил Тимур. – Что вы от меня хотите?
– Вот это уже хороший разговор, – обрадовался араб. – Мы от тебя хотим совсем немного. Ты же у нас специалист по рукопашному бою, так?
– Морду кому-то набить? – мрачно поинтересовался Рымжанов.
– Ты почти угадал. Считай, что совсем угадал.
– Подними руки. – Голос за спиной Журавлева был спокоен и тверд.
Боковым зрением Андрей увидел, что его автомат, который он положил между водительским и пассажирским креслом, исчез. Саша сидел, выпучив от ужаса глаза. В его затылок тоже уткнулось оружие. А охранник никак не хотел, чтобы второй за несколько часов шанс получить пулю в голову оказался реальным.
– Ты что в этой машине делаешь?
– Сижу, – не нашел умнее ответа Журавлев.
– Зачем сидишь? Откуда у тебя эта машина?
– Так это не моя. Я вперед пошел, дорогу разведать.
– Кому дорогу разведать? Ты что, говорить не научился?
– Это не моя машина, это моего товарища машина, он сигнала ждет, что здесь все в порядке.
– Вот и дай ему сигнал, что все в порядке.
– Я не могу тут фары найти.
– Твой товарищ один или с ним рота охраны вроде этого?
– Этот не наш, а Байкалов никакой не охранник! Он в органах работает! – использовал последний аргумент Журавлев.
– Байкалов? – Андрей почувствовал, что ствол уже не давит в затылок. – Ты хочешь сказать, что, если ты помигаешь фарами, к нам выйдет Байкалов?
– Я не буду мигать! Это предательство.
– Ну, не мигай. – Крепкая рука из-за спины протянулась к рулю и, надавив на одну из кнопок, включила на мгновение фары. – Сейчас посмотрим, что это за Байкалов.
Андрей повернул голову в сторону небоскреба и с тревогой стал всматриваться в темноту. Ему казалось, что как только появится Дмитрий, то немедленно произойдет что-то плохое.
Байкалов вышел из ночной тьмы, как призрак, широко шагая, освещаемый уже почти полной луной. Изящные линии взведенного арбалета отблескивали в серебристом свете зловещими бликами. Остановившись в нескольких шагах от «Тюбика», Дмитрий громко сказал:
– А ну-ка – все из машины!
Андрей воспользовался тишиной за спиной, распахнул дверь и кубарем выкатился из автомобиля. Он упал на землю и закрыл голову руками.
– Остальные, я сказал! – прогремел голос Байкалова.
– А
чего это ты тут раскомандовался? – Боковая дверь отъехала в сторону, и из машины вышла Клава. – Мы тут сидим, тебя ждем, чтобы ты нас подбросил, а ты вместо себя посылаешь каких-то странных людей.– Вот за что я тебя всегда любил, так это за выверенную театральность твоих появлений. – Вадим, выйдя из машины вслед за Клавой, обнял друга. – Только давай не будем вспоминать старые обиды, да? Тем более, что они не имеют под собой никакой реальной основы.
– Я обижался? – удивился Байкалов. – Я никогда ни на кого в жизни не обижаюсь! Это на меня все обижаются за то, что я говорю правду!
– Ну, мы на тебя и подавно не обижаемся, – присоединился к друзьям Герман. – Дима, как я рад тебя видеть! Ты нас познакомь со своими, а то неудобно, вон один даже на землю брякнулся.
– Это мой старый друг и теперь наш соратник Андрей Журавлев! – представил Дмитрий Андрея, помогая ему подняться с земли.
– Ну что, лучше… – Герман протянул руку Журавлеву.
– Вот только шутить про Синицына в небе не надо, это баян, – остановил Байкалов Тельбиза.
– А это кто? – Вадим кивком показал на затаившегося в машине Сашу.
– О! Этого молодого человека плотной комплекции я сама представлю. Я его сразу узнала, еще когда они с Журавлевым к машине шли, – сказала Клава и добавила, обращаясь к Журавлеву: – Клава Моисейчик, местный психолог и…
– Да наслышан, – улыбнулся Андрей и неожиданно элегантно поцеловал даме руку.
– О! Вокруг всю жизнь мужчины, а руку целуют раз в пять лет! – рассмеялась Клава. – Так вот, в машине Саша, один из моих охранников. Мне удалось убедить его помочь нам. Он, правда, сам об этом не подозревает. Вот только почему он с вами оказался?
– Так его расстрелять хотели. Скорее всего, именно за эту помощь, – объяснил Байкалов.
– Мальчики, а давайте при Саше не будем этот вопрос обсуждать? – вежливо попросила Клава. – Не будем усложнять психологическую атмосферу коллектива. Я так понимаю, что никто его тут оставлять не собирается?
– Все ясно. Рекогносцировка проведена. Дима, вези нас к «Сталкеру», – скомандовал Малахов. – Туда, где мы его оставили. Нам нужна и связь, и все спецсредства. Иначе нам Тимура не выручить. А это сейчас главное. Все остальные задачи – потом. Погнали.
– Дорогу покажешь? – с сильным кавказским акцентом спросил Байкалов.
– А то! – улыбнулся Вадим. – Но если много денег запросишь, мы Клаву за руль посадим.
– Трубку, лошадь и… машину мою никому не отдаю, – заявил Бай, переделав старую пословицу, и сел на водительское место. – Только вот вы уверены, что машина ваша еще на месте?
– Дима, ты как будто ее никогда не видел, – удивилась Клава. – Ну как ты угонишь машину, которая открывает двери только по анализу ДНК? Ну и средства самоуничтожения на случай несанкционированного доступа там надежные. А никаких сильных взрывов я не слышала. Так что – будь уверен!
Ошалевшего от встречи с Клавой недорасстрелянного охранника переместили в салон, к Моисейчик и Тельбизу. Вадим сел, как и положено по статусу, рядом с водителем. Саша все время молчал и испуганно озирался, словно только сейчас окончательно понял, от какой беды его спасли.