Ковыряла
Шрифт:
Я стою у стены в огромном помещении, которое завалено останками кибов. Трупами людей, да, но первое, что бросается в глаза (после осознания факта «глядь, я валялся в куче мертвечины»), — все они именно кибы с высоким процентом имплухи. Не только силовики. Вот, например, кучка мап. Бывших мап. У них скрытые сеты, потому что трахать конструктор — занятие на любителя, но мапсет — серьёзная имплуха, железа в ней реально дофига. Были скрытые. У этих можно изучать комплектацию, как на макетах, потому что биологическая часть… скажем так, утратила целостность и растеклась лужей, в которой я и лежал. («Блевать, блевать, блевать!» — снова сказало воображение, но желудок проигнорировал.) Останков нерендованных и носителей низкоплотных сетов в поле зрения не наблюдаю. Может быть, они лежат дальше, там, куда не достаёт свет одинокого светильника. А может, это как-то связано. Вот, например, техновский сет — мой сет — тоже относится к комплектам с низкой плотностью, то есть большая часть остаётся натурной. Собственно, глаза и руки только и заменили, остальное так, мелочи,
Технам столько энергии не надо, им импложральню ставят разве что ради автомности: кибпиталово дичайше нажористое, для низкоплотного сета по карманам можно распихать рационов на пару недель. Кстати, о карманах… О, да у меня и рюкзак есть!
Инвентаризация показала, что в наличии три тубы геля, который еда и питьё сразу, но основной груз составляют катушки оптоволокна, муфты, кроссы, эрбиевые усилители, компактные насос-лазеры, опто-электро-оптические регенераторы, аттенюаторы, патч-корды, пигтейлы и прочая фигня. С удивлением понял, что знаю назначение каждой штуковины и отчётливо представляю, как что с чем монтируется, хотя ни в школе, ни в практике ломщика не сталкивался с прокладкой оптических магистралей передачи данных. Нафига? В городе ими всё набито с большим запасом, закладывали при строительстве, инфраструктура не растёт, а сжимается, новые тянуть не надо.
Меж тем, похоже, что в ренде я занимался именно протяжкой, потому что в рюкзаке у меня то, что не встроено в имплосет. Анализ сварных соединений, поиск микротрещин в волокне, базовая трассировка линии, локатор поиска обрывов, оптический измеритель мощности — глазной импл. Лазерная сварка, стриппер и клещи — в кит-комплекте правого манипулятора. Сами манипуляторы работают за протяжник и толкатель, а это что? Ах, да, крепёжный пистолет и пакет со скобами. Укомплектован, в общем. Но что я делаю здесь?
Ладно, об этом подумаю позже. Более актуальный вопрос — как отсюда свалить? Мне требуется срочно пополнить запас энергии, но на фоне здешнего ужаса я даже кибержрачку в себя не засуну. О, у меня же есть трек-компас! Эта фигня должна помнить, откуда я пришёл, а значит, я могу туда вернуться. Не знаю, зачем меня занесло сюда, никакой оптики тут нет, и нафиг она не сдалась, но откуда-то меня на эту задачу отправили? Дойду туда, спрошу, какого Креона происходит.
Пользоваться имплами никого не учат, зачем? В ренде всем рулит прошивка, а после всё нерфят. Основная часть имплов воспринимается как своё тело, а всякие спецпримочки тупо не работают. Техны спецренда исключение, потому что это чуть ли не единственный вариант работы в пострендовом найме с использованием дополнительной имплухи. Мапы вот, говорят, после ренда бабы как бабы, ничего особенного в постели не умеют. В борделях ими серверная часть рулит, именно в ней все те фишки, за которые народ токи отваливает, а после ренда «дополнительные интимные миокольца», которыми они, по рассказам, чего только ни вытворяют, вообще тупо не работают. То ли спецом отключают, чтобы не было конкуренции, то ли мозг не может отдать команду органу, которого в природе нет. Так что технов после ренда заново учат использовать все те приблуды, что в сете зашиты — сканеры, встроенный инструмент и так далее. Слышал, что это несложно, типа какая-то там часть мозга помнит, как это работало в ренде, и если прям сильно захотеть, то само получается.
Я реально офигеть как хочу свалить из этого кибомогильника, и смартслой глазных имплов послушно вешает мне в поле зрения стрелку-маркер. Я иду, куда она показывает, осторожно переступая тела, ухожу из освещённого пятна в темноту. Импланты переключаются в ночной режим, размывая детали, мне уже кажется, что тут весь город лежит, реально. Но это вряд ли, в городе народу дофига. В один, даже большой, зал подземки они бы никак не влезли. Хотя, если слоями… Нет, всё равно не должны. Да, это именно подземка, холл какой-то старой узловой станции. Никлай показывал нам фотки времён до тумана, залы были огромные и красивые. Потом отделка отвалилась от токсичных испарений того говна, которое стали сюда сливать, так что вся красота осыпалась, но ничем другим такое помещение быть не может. Ну да, вот и маркер ведёт в тоннель.
Рельсы не видны в текущем по полу говне, но они точно есть, если не растворились ещё. Вдоль стеночки узкий переход, по яйца в дерьмище шлёпать не надо, что очень радует, потому что «длительный контакт приведёт к необратимым…». Не надо мне, чтобы к необратимым. Яйца мне, хочется верить, ещё пригодятся. Кстати, о яйцах. Если я деренднулся, то мне же выплаты полагаются? Айдишка моя лежит в ренд-центре, и на её счету должна быть приличная
сумма. Даже за пятилетний контакт неплохо так падает. Сходить, что ли, и правда в бордель? Так-то деньги мне нужны на учёбу, но разок-то можно? Ну да, ну да, Учитель говорил, что с этого всё и начинается. Разок, за ним другой, не успеешь оглянуться — а всё прогулял. Средку не дураки придумали. В смысле, Никлай не дурак, это же часть того, что он изобрёл. Как там? «Технокоммунизм». Общественный уклад, надёжно удерживаемый от падения мапскими миокольцами. Но я всё равно схожу, испробую. А, да, ещё отработки же пять лет… Но это вроде борделям не помеха. Не круглые же сутки пахать, как в ренде.Отойдя подальше от холла-могильника, запихал в себя содержимое тубы питательного геля. Вкуса не почувствовал, разумеется, потому что он вместе с обонянием отключается. Оно и к лучшему. Скорее всего, та ещё мерзость, рендовым-то пофиг, зачем стараться? Ощутил сытость. Вот прям ощутил, без индикации и логов, привыкает, значит, голова к тушке. Надо думать, хватит надолго, имплосет не силовой, много не отожрёт. Шагаю и шагаю по тоннелю, чувствую себя неплохо. Темно только, как в Креоновой жопе, даже фотоумножители имплов не вытягивают. Активировал палочку химического осветителя, в рюкзаке есть небольшой запас. Похоже, мой ренд проходил преимущественно в подземке, что вроде как максимально погано, но ресурс на удивление сохранился неплохо, даже лёгочные фильтры не убитые. Может, это одна конкретная задача? А до того я где-нибудь в башне железо чинил, как Капрен?
На следующей станции, которая существенно меньше, валяется десятка полтора тел, не менее мёртвых чем те, предыдущие. Но дело не в количестве, тут всё хуже. Мусорный ренд вообще дрянь: имплуха силовая, чтобы разгребать заторы, но самая дешманская, потому что ко второму ренду никто из мусорщиков не годен (токсичная среда, несмотря на защиту и фильтры, разрушает остатки органики в теле). Даже до конца первой десятки, по слухам, доживают не все. Эти не дожили, но не дожили очень плохо. Тела практически не разложились, потому что разлагаться было нечему — их грубо разорвали на части и выели всю органику, оставив неопрятные кучи имплухи.
И сделал это один из них же, рендовый с силовым, но не мусорным сетом. По комплектации похож на киба-полиса, так что это, скорее всего, переренд. Такое редко, но случается: что-то в ренде пошло не так. То ли имплуха засбоила, то ли вакансия сократилась, вот и кидают куда попало. Попадают обычно в такие паршивые места, потому что мусорщиков всегда не хватает.
Видимо, по какой-то причине эта группа перестала получать питание. Мощные, но паршиво оптимизированные сеты стали вырубаться, и этот… не знаю, как назвать… просто их сожрал. Модифицированный ЖКТ много чего способен переварить. Такого, что и думать об этом не хочется. Меня мысленно тошнит, но я зачем-то осмотрел платформу. Креонова срань, да он им даже бошки расколол и мозги выел! Как это возможно? Он же на прошивке! Рендовые тупо не могут делать ничего, что не предусмотрено программой! Неужели там и такой вариант прошит?
Я просканировал станцию — сети нет. В подземке дело обычное, тут оборудование долго не живёт, менять его сложно, а задачи у мусорного ренда простейшие, так что они в автономе сидят по большей части. Можно представить, что где-то там в дальних строчках программы есть и такое: «Если жрать совсем больше нечего, сожри товарища». У мусорщиков, допустим, такой строчки нет, а у полиса, допустим, есть. У него сет более ценный. Можно, но не хочется. Буду надеяться, что это сбой программы.
Сканер подсветил фигуру сидящего у стены киба-каннибала, и я понял, что тот жив. Не помер, когда всех сожрал и больше ничего не осталось, а просто выпал в осадок — миоблоки вырубились без питания. Сидит, на меня смотрит. Возможно, как на еду, по оптоимплам не понять. Скорее всего, из сета работают только внутренние органы: сердце кровь гоняет и всё такое. Если запихать ему в пасть одну из тех туб, что у меня остались, то он оклемается, я думаю. Оклемается, и что? Попробует моим мясом догнаться? Такой туше даже все мои тубы скорми, мало будет. Он в ренде явно, иначе просто ушёл бы отсюда, но программа не дала ему покинуть рабочее место. Он не виноват, если вдуматься. Прошивка есть прошивка. Был ли в ней предусмотрен аварийный каннибализм, или это сбой, программировал точно не он. Это просто какой-то парень, которому не повезло с рендом. Контракт на полиса неплохой: имплуха сытая, выплаты жирные, износ умеренный, но… не фартануло, что-то пошло по звезде, переренд на мусор, сбой доставки питания, и вот результат.
Я не стал кормить рендового своей едой. Я подошёл, нашёл на башке место, не прикрытое защитой, приставил туда монтажный пистолет, нажал на спуск. Хлопнуло. Пятисантиметровый стальной дюбель-гвоздь, рассчитанный на вбивание в бетонную стену, окончательно прекратил его жизнедеятельность. Убедился в этом при помощи сканера и пошёл дальше.
По ходу тоннеля воды становится меньше, в зелёном свете химической палки уже видны ржавые рельсы. Потом вода окончательно пропадает, и я иду по шпалам. Они приводят меня в подземный ангар, где стоят пыльные, давно заброшенные поезда. В одном из них я ложусь спать, вытянувшись на узкой жестковатой лавке.