Кот
Шрифт:
Сначала Королев ревновал, а потом успокоился (все-таки разумный цивилизованный человек) и снова напрягся, только когда всерьез подумал об учебе дочки на Западе.
Хотя сперва Королев думал не об учебе. Саша увлекалась музыкой, и магнат спросил однажды, не хочет ли она стать звездой эстрады: певицей. Саша вознегодовала, демонстративно включила на полную громкость Стравинского, и Королев отступил. А потом пожалел, потому что не отступил его заместитель, который, как слегка замедленное зеркало, повторял движения босса. Поп-звездой стала Айгуль. Саша на это пожала плечами и продолжала незло издеваться над неуклюжестью и коровьим взглядом подруги. Но это поздней. А тогда, несколько лет назад, после долгих раздумий, Королев предложил Саше поучиться
Надо сказать, Сашка была девочкой почти гениальной: рисовала, лепила, играла на фортепьяно не только Моцарта, но и Сальери, читала в оригинале Дюма и Шекспира, а историю знала лучше, чем преподаватели институтов. Все ей давалось легко, и Королев возлагал на нее большие надежды. Правда, экономика ее совсем не радовала, а тащилась Сашенька от подлинного искусства. Но Королев пока об этом плотно не думал. В глубине души он был уверен, что когда-нибудь Принцесса примет от него весь этот бизнес, созданный им лично, вручную.
Королев рассчитывал, что западное общество настроит дочь на правильную волну. И вот тринадцати с половиной лет Саша Королева отправилась на учебу в независимый колледж для особо русских детей. В город Лондон, Соединенное Королевство.
С глаз долой - из сердца вон, расстроено думал Королев, поднимаясь на борт самолета в Международном аэропорту Льюис Кэрролл.
Но не тут-то было. Вернувшись в Москву, он заскучал, забеспокоился, о делах думать не мог и на уикенд помчался к дочурке. Та слегка удивилась, но сделала два-три звонка, что-то там отменила и честно погуляла с папой по Сити, покаталась на двухъярусном красном автобусе, посетила музей Шерлока Холмса, от которого ее тошнило с детских лет (не от музея - музей, кстати, нормально сделан, скромно, - от Холмса, ей больше нравился патер Браун, "он хоть думать умеет и чувствовать по-настоящему, а не только на коленках ползает с лупой..." - так она говорила); вечером они посмотрели веберовских "Кошек" в одном вест-эндском театре, а ночью Саша показала отцу Сохо, подумав, что он удивится. Воскресенье провели в благообразном - уже ставшем, как прежде, благообразным после десятилетий иммигрантского засилья Гайд-Парке.
Королев успокоился, улетел в Москву и стал чуть ли не ежедневно Саше звонить, раз в два-три месяца к ней наведывался, а в каникулы увозил ее на тропические острова. В первую же разлуку с дочкой он понял, что ближе человека у него нет и не будет. Да не просто понял - почуял. Вот так. А говорят, олигархи - козлы бессердечные. Ничего не козлы. Нормальные люди. Только богатые. Вот Королев, например, оказался приличным отцом.
В бизнесе Королева все двигалось четко, по плану. Единственная головная боль - информация. Нужно было вовремя узнавать о телодвижениях конкурентов крупных нефтяных компаний - и потенциальных и сущих партнеров. Всякий раз Королев нужные сведения добывал, но с большой нервотрепкой и за обидные деньги. А до начала наших событий вообще какие-то сбои пошли в информации. Сведения приходили с запозданием и душком. Это стало плохо влиять на дела, сорвалось несколько верных контрактов, серьезно уменьшились прибыли. Не то чтобы империя Королева пошатнулась, но...
И тут произошло кое-что. Открылись новые перспективы. С появлением в поле зрения магната странного молодого человека.
Прежде чем углубиться в подробности, еще несколько фраз о бизнесе Королева. Несколько общих скучных фраз.
Нефть - это черное золото... Банально и глупо. Нельзя так начинать рассказ о тоскливых вещах. Надо иначе. Торговать нефтью - занятие неблагодарное... Интересно, почему это оно неблагодарное, если Королев благодаря ему стал одним из богатейших пацанов Земношарья?! Попробуем проще и человечнее.
Когда Королев начинал в молодости простым геологическим разведчиком, он не задумывался о том, что нефть - это обалденные "бабки". Королев ездил в экспедиции,
пел у костра на гитаре старые, но вечные песенки про осень, дождь, снег, город золотой и группу крови на рукаве, целовал как бы застенчивых девушек-солнышек в розовые щечки за елками в дикой тайге, простужался, чесался от комаров, пил самогон, спал в средневековых брезентовых палатках и был счастлив если не физически, то душой.Но это все - бахрома. Главное: Королев видел сквозь землю. Не в прямом смысле, не подумайте лишнего. Особый нюх у него был на нефть. Он всегда точно знал, где она есть, паскуда. И находил в самых неожиданных местах золотце свое черномазое. Сначала показывал, на карты наносил. А потом повзрослел и показывать перестал, жадничал немножко. Отмечал, конечно, но на собственной карте, секретной.
Королеву к тому времени исполнилось лет двадцать шесть. Уволился он из геологов-разведчиков, понастроил нефтяных вышек на Урале да в Сибири - через подставные госпредприятия. Набрав на Западе кредитов. Умудрившись набрать. И рассовав взятки кому следовало. У нас. Чтоб не трогали. А официально открыл СП - производство точных приборов для нефтяной промышленности. Скорее, в качестве отмазки. Хотя приборы действительно были, какой-то кулибин работал на Королева в Перми.
Главной жилой стала нефть. Много нефти. Очень много. Так и покатилось. Королев торговал левой нефтью, а деньги складывал в Европе. Много отдавал большим государственным чиновникам, но это не мешало ему постепенно становиться одним из крутейших людей по эту сторону эклиптики.
Никакие катаклизмы российской политической жизни в принципе не могли повлиять на дела Королева. Единственное, что беспокоило, слегка, - западный рынок нефтепродуктов. А точнее, информация. Олигарх стал получать ее, как уже было сказано, чуть подпорченной, лежалой. И нужно было Королеву, по идее, увольнять весь информационно-аналитический отдел, втуне ядствующий его хлеб. Он бы и уволил, но, так получилось, отвлекся, вернулся однажды домой и обнаружил Принцессу в крайне заплаканном виде.
Сашка тихо материлась сквозь зубы и поскуливала в своей комнате. Первая мысль Королева была о беременности. Потом - о зубной боли. Но когда дочь рассказала, он понял, что дело где-то посередине - речь шла о несчастной любви. Он пытался шутить:
– Да ладно, дочка, вспомни этого... Дэна, ну, того патлатого байкера. Ты собиралась с ним в кругосветный... м-м-м... трип на "Харлее". Причем на "Харлее", который должен был купить ему я, потому что у его "Урала", гнившего на даче под Истрой, не было колеса!..
– Во-первых, мы хотели не "Харлей", а "Хонду Золотое Крыло". Скромную. Даже без автопилота. А во-вторых, ты ни фига не сечешь, папа! Дэн был бескорыстный. С ним не срослось, потому что... Неважно... Сейчас все совсем по-другому. У него серые волосы, серая одежда, только глаза желтые... Но это, по-моему, линзы. Он такой...
– Ага, весь серый. И зовут, соответственно, Серый... Что?!.. Желтые линзы?!..
– Блин! Папа!..
– Ну, хорошо... Как его зовут?
– Не знаю.
– Та-ак.
– Да нет, он представился...
– Все-таки представился. А я думал, и так обошлось.
– Я больше вообще ничего не скажу!
– отвернулась Принцесса.
– Ну, не сердись, не сердись. Я слушаю.
– Если бы мне не нужна была твоя помощь, я бы...
– Хорошо, хорошо, я все понял. Нормально: об отце вспоминаем, только когда "папа, спасай".
– Ну пап...
– Рассказывай, горе...
– Он сказал, что его зовут Кот.
– Так, еще бандитов нам не хватало.
– Не бандит. В том-то и дело. Было бы слишком просто. Пап, узнай, кто он и как его найти, а?..
– Сашенька, да как же я узнаю? Нет ни фамилии, ни имени, ни фотографии. Ты думаешь, я бог?
– А ты думаешь, нет? Папка, ну попробуй, пожалуйста... А то мне скоро уезжать... Я же там зачахну, среди басурманов.
– Всегда знаешь, чем старика взять. Принцесса!.. Помоги-ка... Запонку...