Чтение онлайн

А три недели спустя их отец ушел из дому. Джим Мэдисон, который построил шалаш под деревом и учил детей играть в мяч, как-то утром ушел на работу и не вернулся.

Стефани, Ричард и их мама до рассвета сидели за кухонным столом.

Через несколько дней он позвонил и сказал, чтобы они его не ждали. Он ушел к другой женщине, с которой познакомился в командировке. После этого больше никто из них не говорил об отце, как будто его и не было, но их мама плакала каждую ночь.

До тех пор, пока не прекратились ее рыдания, Стефани и Ричард спали в шалаше, улегшись в одном спальном мешке прямо на

разделительной линии, которая больше никогда их не разделяла.

Джим Мэдисон ни разу не прислал денег на детей. Их красавица мама не имела образования, поэтому смогла найти лишь низкооплачиваемую работу. Она кое-как обеспечивала детей, живя слабой надеждой на возвращение мужа.

Но он так и не вернулся.

Стефани невольно сравнивала свой собственный брак с маминым. Стивен тоже бросил ее и ушел к другой женщине, но в отличие от мамы она не питала призрачных надежд на счастье с каким-то одним мужчиной.

Она опять взглянула на Мигеля. А этот мужчина вообще был непредсказуем.

Словно прочитав ее мысли, он встал и подошел к ней, все еще держа в руке мятую льняную салфетку. Тень от листвы подчеркивала его красоту. Интересно, если она сейчас его поцелует, он предложит ей руку и сердце?

— Привет, — сказала она, зевая и потягиваясь. — Хорошо бы немного вздремнуть.

— Иди в дом. Лидия покажет тебе твою комнату. Это моя самая младшая сестра. Сейчас она, наверное, на кухне.

— Ты не против?

— Нет. Я хочу, чтобы ты как следует выспалась и сегодня ночью была бодрой.

Она сделала несколько шагов по дорожке, потом оглянулась через плечо. Мигель смотрел на нее и улыбался. Сегодня ночью она будет бодрой как никогда!

Когда Стефани наконец открыла глаза, было темно. Она сфокусировала взгляд на огромной картине, изображавшей матадора. Кто-то стучался в спальню. Мельком увидев в зеркале свое помятое лицо, она открыла дверь и обнаружила на пороге Мигеля. На нем были желтовато-коричневые льняные брюки и темно-зеленая шелковая рубашка с короткими рукавами. С мокрыми волосами, благоухающий, он был совершенно неотразим. Ей захотелось броситься матадору на шею и уложить его в постель, однако у него был странно отрешенный вид.

— Давай прогуляемся, — предложил он серьезным тоном.

— Мне надо умыться. Я только что проснулась.

— Ты спала при таком шуме? Ладно, я тебя подожду.

Только сейчас до нее дошло, что в доме, похоже, вечеринка. Слышался гомон людских голосов, гремела музыка, в открытую дверь проникал запах табака.

Мигель хочет прогуляться? Это значит — поговорить. Но о чем? «Прости, Стефани, но я скоро объявлю о своей помолвке с Паломой». Или: «Да, я буду твоим любовником, но не могу обещать тебе долгих отношений и связывать себя обязательствами». Или: «Я не имею права заводить роман с женщиной, которую не принимают мои соотечественники и друзья. Надеюсь, ты меня понимаешь?»

Стефани отбросила тревожные мысли, приняла душ и надела легкое голубое платье. Не стоит загадывать наперед и ждать слишком многого. Она накрасилась, собрала еще мокрые волосы в свободный пучок, подушилась и вышла к Мигелю, который сидел в гостиной на кожаном диване. Увидев ее, он вскочил и схватил с пола корзинку

для пикника.

Рей с озабоченным видом протирал свою фотоаппаратуру. Перед ним стояла полупустая бутылка вина. Когда Стефани и Мигель проходили мимо, он поднял глаза, но ничего не сказал. Остальные гости разбились на группы, курили и пили вино. Галлео тихо бренчал на гитаре, но, заметив Стефани, перестал. Доминго в комнате не было.

Они вышли в ночь и побрели по гравийной дорожке к хлеву. Высоко в небе светила луна, окутывая ранчо бледно-серебристой призрачной дымкой. Теплый ветерок разносил запах жасмина и цветущих апельсиновых деревьев.

— Еще не прошло и недели с тех пор, как мы встретились, — сказала Стефани, пытаясь унять странное волнение, — а мне кажется, что мы знакомы гораздо дольше. — «Целую вечность…» — Ты не знаешь, сколько мне лет, не знаешь моего второго имени, но мы, словно давние друзья, гуляем под луной в самом центре Испании.

— Не надо придавать такого большого значения времени. Тебе двадцать девять лет, и твое второе имя Энн.

Стефани остановилась и удивленно взглянула на него.

— А мое любимое блюдо?

Он усмехнулся и подмигнул.

— Вот тут ты меня поймала!

Она удовлетворенно кивнула.

— Ты можешь вернуться в Мадрид, если хочешь, — помолчав, сказал Мигель ровным тоном.

Стефани не могла понять, что он сейчас чувствует, но ей показалось, что он поразил ее в самое сердце своей матадорской пикой. Она машинально продолжала ступать по гравийной дорожке непослушными ногами.

— Я же только что приехала.

— Знаю, но тебе не обязательно здесь оставаться. Рей сказал, что уедет вместе с тобой. А я останусь на ранчо до вторника или до среды. Мне надо побыть вдали от толпы поклонников и прессы, собраться с мыслями перед боем.

— Ты хочешь, чтобы я уехала? — спросила Стефани, озадаченная таким поворотом событий. Кажется, Мигель пытается от нее отделаться…

— Нет, querida. Я хочу, чтобы ты была там, где тебе лучше.

— Разве я выгляжу несчастной? Почему ты меня гонишь? Что я такого сказала или сделала?

— Ничего. Просто мои родные настроены против тебя, и это сильно меня задевает. Я могу приказать им быть с тобой повежливее, но я не властен над их сердцами.

Стефани сделала глубокий вдох, пытаясь сдержать слезы. Его семья не желала ее видеть, и Мигель был вынужден пойти им навстречу. Ей не следовало сюда приезжать. Надо было взять билет и улететь домой.

Он подвел ее к стеклянному столику и двум изящным деревянным стульям, разместившимся рядом с фонтаном. Это место располагалось довольно далеко от дома и было скрыто высокой изгородью. Мигель поставил корзинку на столик, достал из кармана свечу и зажег ее при помощи серебряной зажигалки.

— Здесь нам никто не помешает. — Матадор извлек из корзины бутылку с темным вином. — Садись, — сказал он, указывая на стул.

На небе неистовствовали звезды. Стефани смотрела на них и удивлялась, как она могла составить такое неверное мнение о Мигеле. Оказывается, сегодня ночью он вовсе не собирался заманивать ее в постель. Он хотел отправить ее в Мадрид… или в Калифорнию. Она вдруг почувствовала себя робкой, беззащитной и почти несчастной.

Мигель протянул ей полный бокал.