Чтение онлайн

— Откуда ты можешь это знать? — в голосе Маркуса звучало недоверие.

— Просто знаю, и все, — потупился Энтони. Амос снова стал пробираться к двери и сделал спутникам знак следовать за собой. У выхода из барака он оглянулся и в последний раз обвел глазами мрачную картину.

— Этот набег был спланирован давно и очень тщательно, — сказал он, направляясь к лодке. — Они ничего не упустили, эти сукины дети! И вот еще что: пусть большинство этих головорезов наняты в Кеше или еще где, но не меньше сотни из них — фрипортское отребье. Это уж я вам точно говорю! — Устроившись в лодке и велев Энтони и Маркусу подналечь на весла, Траск продолжал:

— Но нам с вами придется здорово потрудиться,

прежде чем мы сможем заставить разговориться хоть одного из них. Те, кто за всем этим стоит, уж конечно не поскупились, чтоб купить их молчание. И, само собой, здорово их запугали. Вспомните-ка этого мерзавца со спущенными штанами, что валялся в бараке с перерезанной глоткой. Хозяева этих мерзавцев скоры на расправу, и все бандиты будут немы, как рыбы, чтоб сохранить свою презренную жизнь. — Он повернулся к Маркусу. — Тебе надо будет разыскать эту продувную девчонку и вытянуть из нее все, что она знает.

Маркус кивнул. До самого Фрипорта никто из них не проронил больше ни слова.

Они вернулись в «Красный Дельфин», когда солнце уже склонялось к закату. В комнате их встретил Гарри. Судя по виду оруженосца, по его горевшим нетерпением глазам, ему явно хотелось поскорее поделиться с ними последними новостями.

— Что нового? — спросил его Амос.

Сквайр с улыбкой стал рассказывать:

— Рендер сегодня едва не набросился на Николаев. А случилось это вот как: Рендер решил пообедать не там, где обычно я где его дожидался Ники, а в другой таверне. Но наши матросы выследили его и там. Николас и с ним еще несколько человек туда пришли и уселись напротив Рендера. Ну, ему, конечно же, кусок в горло не полез, и он отставил тарелку и ушел в ближайший трактир. Николас — за ним.. В третьей по счету харчевне Рендер стал шуметь и возмущаться. Он орал на Ники как безумный. Что, мол, этому молокососу от него надо и зачем он повсюду за ним таскается. Да Рендеру-то, по правде говоря, и есть с чего беситься. — Гарри самодовольно усмехнулся. — Ведь матросы, и Гуда, и я, и даже Калис только и делали, что заводили с горожанами разговоры про набег на Дальний берег. Мы при этом, конечно же, напирали на то, какие убытки понесут из-за этого местные торговцы. Кое-кто из лавочников тут же припомнил, что в минувшем месяце здесь и вправду появилось больно уж много каких-то подозрительных типов, а лотом все они разом куда-то по девались. Сопоставили некоторые обстоятельства и, побожусь, стали склоняться на нашу сторону. И против Рендера. — Гарри покачал головой.

— Ежели мы в ближайший шестой день соберем возле себя побольше зевак, не поскупимся да выпивку и заведем разговор об этих набегах, из-за которых в ближайшие лет пять никто из здешних купцов не сможет торговать с городами Дальнего берега, то Рендера просто разорвут на куски без всякого приговора Совета капитанов. — Лицо его внезапно приняло озабоченное выражение. — Но зато и сам Рендер, похоже, сыт нами по горло. Один из матросов слыхал, что он собрался идти на своем корабле к кешианскому побережью и хочет для этого нанять еще несколько матросов.

Амос провел пятерней по всклокоченной бороде:

— Нанимает матросов, говоришь? Значит, он попытается расправиться с Николасом нынешней же ночью.

— Но почему вы так решили? — опешил Гарри.

Амос пожал плечами:

— Я достаточно хорошо знаю Рендера, сынок. Он не уберется отсюда просто так, а непременно постарается отомстить всем, кто его задел. А ведь мы ему здорово насолили. Будь он умнее, его бы еще вчера и след простыл. Но Рендер никогда особым умом не отличался. Он хитер и жесток, это правда, но нисколько не умен. — Траск задумчиво поскреб в затылке. — Побьюсь об заклад, он непременно захочет украсть у меня «Стервятник».

Вот для этого-то он и нанимает лишних матросов. Я знаю наперед все, что станет делать этот паршивый людоед. — Он понизил голос:

— Он хочет сперва убить Ника, обставив это так, чтоб вина пала на меня, а после поднять паруса на моем собственном корабле.

— Так что же мы должны сделать, чтоб ему помешать? — спросил Маркус.

— Ну, мы-то, ясное дело, не станем сидеть сложа руки, — усмехнулся Амос и обратился к Гарри:

— Поскорей разыщи Гуду и Ника и как можно больше ребят из команды. И пусть все они соберутся здесь.

Гарри проворно вскочил на ноги и бросился выполнять приказ капитана. Траск взглянул на Энтони.

— А ты тем временем постарайся разузнать, может, кто из местных жителей бывал на этом треклятом острове и видел там барак. Не одну же эту девчонку разобрало тогда любопытство. Людей хлебом не корми, дай только сунуть нос в чужие дела.

Энтони, кивнув, направился к выходу в коридор. Вместе с ним ушел и Маркус. Амос, склонив голову набок, заговорил словно бы сам с собой.

— И все-таки я бы много отдал, чтоб узнать, как это Энтони догадался, что ту тряпку оторвали от принцессиной рубашки!

— На то он и чародей, — с улыбкой сказал Накор. — А к тому же он ведь в нее влюблен.

Траск изумленно поднял брови:

— Ты это всерьез? — Накор закивал лысой головой. — Вот уж никогда бы не подумал. Я ведь считал, что у него в жилах не кровь, а водица…

— Не очень-то ты разбираешься в людях, — хихикнул исалани. — Энтони просто слишком уж застенчивый малый. Но он горячо любит принцессу. Настанет день, когда это поможет ему ее отыскать.

Амос сердито нахмурился:

— Опять ты стал говорить загадками, исалани!

Накор безмятежно зевнул.

— Сосну-ка я, пожалуй, немного. А то вскорости здесь станет очень шумно, и мне будет не до сна. — Он откинулся назад на своем стуле, пока высокая спинка не уперлась в стену, и закрыл глаза. Через мгновение до слуха Амоса донеслось его довольное сопение.

Траск взглянул на щуплую фигурку, застывшую на стуле в нелепой полусидячей позе, и покачал головой:

— Ума не приложу, как это ему такое удается?

Обшивка корабля громко, протяжно заскрипела, и Маргарет стала настороженно прислушиваться к этому звуку.

— Ты слышала, Эбби?

— Что? — безразличным тоном отозвалась Эбигейл.

Маргарет в волнении заходила взад и вперед по каюте.

— Мы поменяли курс. Разве ты не чувствуешь» что корабль сбавил ход, что он повернулся?

— Нет, — вздохнула Эбигейл. — Да и какое мне до этого дело? — Она снова едва не плакала. Здесь, на этом огромном черном корабле, с обеими девушками обращались несравненно лучше, чем в те дни, когда они помещались в трюме или ожидали своей участи в бараке. Их вкусно кормили, заботились об их удобствах, им отвели просторную каюту с коврами, диваном и мягкими постелями. Но Эбигейл словно бы и не заметила этих перемен. Она по-прежнему целыми днями уныло сидела на одном месте, уставившись в пол, или вдруг принималась бурно рыдать и клясть свою судьбу. Принцессе порой приходилось прилагать немалые усилия к тому, чтобы втянуть ее в разговор.

— Мы все это время держали курс на юг, — невозмутимо продолжала Маргарет,

— и я ожидала, что корабль повернет к востоку и пойдет к Проливу Тьмы. Но вместо этого мы отвернули к западу, понимаешь? — Эбигейл растерянно помотала головой. — Направо, — добавила Маргарет. — И идем теперь на юго-запад.

Эбигейл равнодушно пожала плечами. Но внезапно в глазах ее зажглись искры интереса:

— Что же это означает?

Стараясь не выказать своего страха и смятения, принцесса прошептала: