Чтение онлайн

– У нас до сих пор нет верных координат по телеметрии и запроса на посадку, – сказал ассистент.

«Почему я беспокоюсь об этом?» – спросил себя Адам. Прежде чем посылать отчет Ребекке, требовалось изучить объект, а на это нужно время.

– Приоритеты остаются прежними? – спросил ассистент.

«Он ждет от меня решений», – думал Адам.

Он стоял холодной ночью на открытом воздухе, беззащитный человек, не проживший бы здесь и секунды, будучи в земном обличии. Он находился здесь, не имея ни единой инструкции, уже несколько часов, организм с человеческой душой и телом машины. Сервомехи продолжали копать, измерять землю и собирать данные, но они

делали это согласно алгоритму, без какой-либо гибкости. Это были руки, нуждавшиеся в голове.

Войдя в штольню, Адам сразу повернул направо. Там находилось помещение величиной около двадцати квадратных метров с таким низким потолком, что можно было стоять лишь согнувшись. Маленькие сервомеханизмы использовали его как склад движимого имущества второго порядка, в основном это были предметы из нефритоподобного камня, керамики или ржавого металла. Сгорбившись, Адам прошел вдоль освещенных полок, высматривая подходящие к его новому телу детали. Канал передачи данных анализировал информацию об объектах, находившихся в поле зрения Адама, но старик раз за разом оставлял этот анализ без внимания; он не хотел, чтобы что-то отвлекало его от осмотра.

– Эти предметы уже исследованы и классифицированы? – спросил Говорящий с Разумом.

– Верно, Адам, – отвечал ассистент. – Они не имеют непосредственного отношения к миссии.

– И это все? Вы так и не смогли разобраться, для чего они предназначались.

– Наши ресурсы ограничены.

– Да, это я уже понял.

«Как жалко, – думал Адам, рассеянно разглядывая полки. – Здесь миллионы предметов и столько же древних историй, которые ждут своего часа».

– Все это имеет отношение к Мурии?

– Мы не знаем, был ли народ Мурии строителем города, – отвечал сервомеханизм. – Даты возникновения города совпадают с периодом существования цивилизации, к тому же мы нашли изображение нескольких мурийских иероглифов. Хотя эти строения могли быть делом рук местной формы жизни.

– Обладавшей интеллектом?

– Рядом с раскопками мы нашли остатки органики, – ответил сервомех. – На планете шла эволюция.

– Могут ли местные высокоразвитые организмы быть причастны к созданию главного артефакта?

– Исключено. Когда Мировой Пожар достиг этой планеты и превратил ее в пустыню, местная цивилизация была не настолько развита.

Сервомеханизм на трех тоненьких ножках заковылял к выходу, очевидно ожидая, что Адам последует за ним.

– А что по поводу предположений об источнике энергии? – спросил Адам.

Рассматривая на полках освещенные предметы, он отпустил мыслительный процесс, надеясь, что интуиция, как уже бывало в прошлых миссиях, подскажет ему решение.

– Возможно, мы найдем его под городом рядом с аномальными зонами. Недалеко от первой нам попалась плита из этериума, несомненно созданная мурийцами. Кажется, местные жители построили город на плите.

Все это Адам уже знал из отчетов. Когда находившиеся в поиске сервомеханизмы-копатели наконец обнаружили двигатель, он был деактивирован, как и остальные шесть, найденных зондами Кластера в далеких звездных системах. Если только… Адам вспомнил о сигналах, которые отправили главный артефакт и обелиск на покрытом льдом спутнике.

Адам ходил от полки к полке, медленно переступая, пока ассистент ждал его, стоя в дверях.

– Главный артефакт может быть кораблем, двигательной установкой или, как настаивает Ребекка, распределительной станцией. Он ведь древнее, чем эти руины, правда?

– Да, Адам.

– А кто его сделал? Вы это уже выяснили?

– Мы нашли следы выветривания, –

ответил сервомех. – Кроме того, есть и другие доказательства.

Перед глазами Адама появился массив данных с подробной информацией, который он тут же пролистнул. Мысли должны оставаться незамутненными.

– До постройки города главный артефакт предположительно столкнулся с кометой, – ответил сервомех.

«В центр кометы», – пробормотал Адам. Комета из Облака Оорта повредила корабль.

Вдруг что-то привлекло его внимание. Маленький зеленый предмет, похожий на жадеит. Адам взял гладкий камешек с полки и сжал его полимерными пальцами. Анализаторы данных показали энергетическую сигнатуру. Зеленый камешек был теплее, чем окружавшие его предметы, в нем определенно находился источник тепла.

– Правильно ли я понимаю, что этот камень был недалеко от основания из этериума?

– Верно, Адам. Повторяю: приоритеты остаются прежними?

«Кометы и сигналы, – думал Адам. – И тепло там, где его не должно быть уже миллионы лет».

Внезапно ответ на вопрос пришел сам собой.

– Нет. Я бы хотел, чтобы вы подробно изучили гравитационную аномалию под городом. Ищите остатки любых веществ. Проверьте все данные, полученные с момента прибытия корабля, и сравните их со стандартами. Происходили ли за последние дни какие-нибудь изменения. Какими были стандарты выбросов до получения сигнала? Все сервомеханизмы, не приспособленные для решения данной задачи, перемещаются к главному артефакту. Можем ли мы попасть внутрь?

– Нет, Адам.

– Нужно получить доступ. Это новая приоритетная задача.

Адам положил камешек обратно на полку и направил свет лампы на дверь. У него появилось еще несколько интересных идей.

– Мне показалось, что ты немного торопишься. Мог ли Бартоломеус что-то скрыть, так как не хотел повлиять на мой выбор?

– Нет, Адам.

– Ты предоставил мне все необходимые данные, ничего не утаивая?

– Все.

Лебедь-29 был маленькой старой звездочкой, расположенной почти в тысяче световых лет от Земли, но вторая планета системы находилась гораздо ближе к нему, чем Земля к Солнцу, поэтому на ее небе красный карлик казался гигантом. Тепло звезды приводило к возникновению турбулентности при смене дня и ночи и вызывало утренние штормы. Впрочем, сильный ветер не представлял проблемы ни для сервомеханизмов, ни для Адама, поскольку в разреженной атмосфере было меньше кинетической энергии, чем при подобных условиях на Земле. Если бы Адам путешествовал в человеческом теле, то излучение Лебедя-29 вредило бы ему, но так как он действовал в стандартном фактотуме, хранящем сознание, то и опасности никакой не было. Излучение лишь немного мешало думать, создавая своего рода белый шум, но функция коррекции восстанавливала ячейки памяти, которые сейчас функционировали как «мозг», после поражения заряженными частицами.

Над вершиной двухсотметрового холма, вероятно когда-то бывшего частью кометы, дули свирепые ветры, наградившие его короной из вздымающегося песка. Но у подножия, рядом с конструкциями пробуренной скважины, они совсем не ощущались. Несколько сервомеханизмов посторонились, давая дорогу прибывшим Адаму с ассистентом. Адам увидел отверстие в серой скале шириной около трех метров и глубиной в двадцать. Измерительные модули и анализаторы ползали вдоль стенок скважины, передавая информацию собравшему их несколько часов назад брутеру, связанному с конденсатом разума основной станции, который в свою очередь был соединен с зондом на орбите.