Клятва
Шрифт:
— Не зацикливайся на ингаляторе, — обратился он к Саванне.
— Как я могу не зацикливаться на нем?!
— У Джейкоба не возникало проблем с астмой с зимы, не так ли?
Она покачала головой.
— Тогда давай сосредоточимся на том, чтобы вернуть его сегодня вечером домой целым и невредимым. К моменту приземления, мы все будем вместе.
— Как ты можешь быть так уверен? — Она отвернулась от него и посмотрела в окно. — Пожалуйста, не давай больше никаких обещаний.
Она имела в виду то, что он сказал вчера.
— Вчера я говорил серьезно, просто не знал, что твой бывший способен на такое.
Она
— Но я почти поверила тебе.
Это ранило еще больше. Тобиас посмотрел на нее, на опухшие веки и запавшие, покрасневшие глаза, с морщинками беспокойства в уголках. Сексуальная женщина в белом бикини исчезла.
Он хотел обнять ее и утешить, но, внезапно, в ней появилось нечто жесткое и холодное.
— Не отталкивай меня из-за этого. Я говорил серьезно. Я сделаю всё, чтобы защитить вас. — Теперь, зная, с чем столкнулся, он был чертовски в этом уверен.
Тобиас наблюдал, как сотрудники службы безопасности несли их багаж в самолет. По возвращении в Нью-Йорк он позаботится о том, чтобы Саванна с Джейкобом всегда были в безопасности.
— Пошли, — позвал он, — нам нужно на посадку.
Когда они уселись на свои места, он сказал ей:
— Он попросил наличные.
— Такая большая сумма наличными? — Ее рот сложился в букву «О». — Кто отвезет их к нему?
— Людвиг, но это займет чуть больше часа. Может, полтора, может, два. Я хочу, чтобы передача состоялась как можно быстрее, и сейчас мне нужно, чтобы ты прислала мне фотографии Джейкоба и своих родителей, чтобы я отправил их своим людям. Мне также нужно поговорить с твоими родителями.
— Зачем?
— Джейкоб не знает Людвига, и я не думаю, что обмен следует производить ему. Джейкоб испугается еще больше, когда увидит еще одного незнакомца. По моему мнению, было бы лучше, если бы вместо него поехал кто-то из твоих родителей.
— Мама могла бы сделать это. — Она поискала в телефоне нужные фото и отправила ему. — Папа ненавидит Колта и может сказать что-то, что все испортит. Мама — лучший вариант.
— У Колта есть пистолет? — Тобиас не хотел ввергать и без того нервничающего человека в панику. — Мои люди будут следить за ним издалека, но я не хочу, чтобы в последний момент он выкинул что-то неожиданное.
— Откуда мне знать, — ответила Саванна. — Он способен, на что угодно. Я никогда не ожидала от него такого, но этот человек полон неприятных сюрпризов.
— Спасибо, — сказал Тобиас и отправил фотографии Людвигу.
— Тебе не нужна фотография Колта? — спросила она, копаясь в телефоне. — Хотя у меня ее нет. Я удалил все.
— Об этом не волнуйся, — быстро заверил он. Ей не нужно знать, что у него уже есть фотография ее бывшего. — Достаточно того, что с ним будет Джейкоб.
Его ответ, казалось, успокоил Саманту.
— До сих пор не понимаю, зачем ему столько денег, — размышляла Саванна, слегка нахмурившись. — Что он собирается делать с сорока тысячами долларов?
Тобиас не собирался рассказывать ей, что узнал из обновленного отчета, который прислал Людвиг, пока они ехали в аэропорт. У его доверенного начальника службы безопасности имелись подпольные контакты, а также способы и средства получения информации. Тобиасу не нужно было знать, как он добывал данные, но теперь он знал, что Брукс мог общаться не
с теми людьми. Людьми, которым он, вероятно, задолжал денег; людьми, которые торговали наркотиками. Он не представлял, насколько глубоко увяз Брукс, но это объясняло, почему ему понадобилось столько наличных. Пока что он решил ничего не говорить Саванне.— Он жаден и, скорее всего, хотел выгадать как можно больше, — ответил Тобиас.
Возможно, у этого человека имелись намерения начать все сначала и переехать на новое место. Тобиас на это надеялся. Такой план вполне бы его устроил. Во всяком случае, его удивило, что Брукс не попросил больше.
— Можешь дать мне его номер? — попросил Тобиас. — Мне нужно сообщить ему, что встреча переносится на 6 — и надеюсь, что это не будет проблемой.
Это даст Тобиасу достаточно времени, чтобы обсудить все с родителями Саванны и договориться о том, чтобы их забрали и отвезли к месту встречи.
Тобиас не позволит истории повториться. Он не готов потерять еще двоих людей, которых полюбил.
Глава 7
— Жуй давай, — проворчал Колт, глядя на нетронутый гамбургер и картошку фри, стоявшие перед сыном.
Стоун позвонил с сообщением, что ему нужно больше времени, чтобы получить деньги и отвезти бабушку мальчика на место встречи. С целью скоротать время, а также из-за того, что парень ныл, что голоден, Колт отвел его в закусочную в нескольких кварталах от парка.
В 6 часов, сказал Стоун. Бабушка мальчика встретит их и передаст Колту деньги в обмен на ребенка. Он отбросил мысли о том, что теперь будут думать о нем его бывшие родственники. У них и раньше не было особенно хороших отношений, а его нынешний поступок должен положить им конец.
Он наблюдал за Джейкобом, тот с жалким видом сидел и возил по тарелке свою еду.
— Я думал, ты голоден.
— Больше нет.
После обещания, что деньги скоро будут у него, Колт уже не был в таком скверном настроении, как раньше. Из всех дерьмовых поступков, которые он совершал, а их было немало, парень не заслуживал такого.
— Послушай, Джейкоб, — сказал он, наклоняясь вперед. — Тебе нужно что-нибудь съесть. Вероятно, мы встретимся с мамой немного позже, чем я планировал. Я понимаю, что тебе кажется неправильным сидеть здесь со мной, и ты, по всей видимости, беспокоишься о маме и бабушке, но ты скоро их снова увидишь.
Глаза мальчика сузились до щелочек.
— Почему ты не можешь просто отвезти меня домой?
— Потому что договорился встретиться с твоей бабушкой в центре города через час. — Не то чтобы обманывать сына имело смысл, Колт чувствовал, что ребенок был слишком умен, чтобы купится на ту чушь, что он ему скармливал. — Поешь немного.
— Я не голоден.
— Ты всегда такой несчастный мелкий… — Он остановил себя, чуть не назвав парня недомерком. Вместо этого взял с тарелки сына пару полосок картофеля. — Твоя мама подумает, что я тебя не кормил.
— Мама ненавидит тебя.
Колт вздохнул и вытер манжетой рубашки вспотевший лоб. Парень определенно ненавидел его, и он должен был винить в этом только себя. Уйти из их жизни навсегда было бы лучшим, что он мог для них сделать.
— Как только доешь, мы сможем идти.