Клятва на крови
Шрифт:
Алиса скосила на неё взгляд.
— Что?
— Да ничего, — отмахнулась Аннабель, — просто мой брат влюбился, а делает вид, будто пришёл на политические переговоры. Видела бы ты его вчера вечером: ходит туда-сюда, подбирает галстук, бормочет что-то про впечатление… Рафаэль! Галстук! Ты понимаешь, насколько это серьёзно?
Алиса покраснела, но попыталась скрыть это за усмешкой.
— Может, он просто привык к порядку.
— Он привык к одиночеству. А ты — не порядок, ты, милая Василиса-не-Василиса, полный хаос. Красивый, дикий хаос. Он влип.
Особняк графа Лаура — один из старейших на холмах южной Швейцарии. Стены
Алиса появляется у входа, будто тень из сказки, которую кто-то переписал кровью.
Тёмное платье облегает фигуру, ткань мягко играет светом: тёмно-гранатовая на свету, почти чёрная в полутени. У неё распущенные волосы цвета пшеничного перламутра с чуть тронутыми вином прядями, словно они запомнили закат. Бледная кожа не выглядит мёртвой — она матовая, фарфоровая, с живыми глазами цвета океанской волны. Её взгляд ещё не научился смотреть свысока, но в нём уже есть тайна. Противоречие. Уязвимость и сила.
Рядом с ней Рафаэль Дель Рей.
Высокий, чуть выше метра девяноста, с точёными скулами, лёгкой щетиной и непоколебимой уверенностью в каждом движении. Он в чёрном: идеально скроенный костюм, чёрная рубашка без галстука (так и не смог выбрать подходящий), манжеты из старинного серебра. Его глаза — почти чёрные, с отблеском пламени в глубине. Волосы тёмные, чуть растрёпанные — будто он только что сорвал руку с чужого горла и пришёл на бал, не потрудившись переодеться. От него идёт сила, холод и... нечто более пугающее. Сдержанная ярость под слоем шелка.
— Ты уверена? — спрашивает он у Алисы на ухо.
— Я должна, — шепчет она в ответ.
Чуть позади — Аннабель. Яркое солнце в этом вампирском полумраке.
У неё золотисто-рыжие волосы, собранные в игриво небрежную прическу, губы с лёгкой помадой цвета розового вина, глаза — ясные, ярко-зелёные, с хищным прищуром. Она в коротком платье в стиле ретро — изумрудный бархат с золотыми пуговицами, сапоги на каблуке. На ней — улыбка кошки, у которой слишком много секретов. В руке она держит бокал, хотя не пьёт. Только наблюдает. Аннабель не вампир, но её боятся. Потому что она — Дель Рей.
— Раф, она сейчас сгорит, — говорит она брату и шутливо тычет его в бок.
— Перестань, — отзывается он, не отрывая взгляда от Алисы.
— Он влюблён, — сообщает Аннабель, поворачиваясь к Алисе. — Случилось страшное: мой старший брат, лорд Угрюмый Вечер, влюбился. Причём не в древнюю кровожадную графиню, а в русскую бунтарку с глазами, как два осколка бездонного неба, затянутого утренней дымкой.
Алиса усмехается, но ей действительно жарко. Не от смущения — от внимания. В зале — десятки глаз. Кто-то смотрит с интересом. Кто-то — с опаской. Кто-то узнал её. Не имя. Черты. Осанку. Девушку, которая два года назад стояла за спиной Россо.
— Видишь вон тех у колонны? — говорит Аннабель, наклоняясь ближе. — Слева — Элиана, правая рука клана Валерио. Справа — Грегорио, бывший советник Россо. Их языки быстрее мечей.
И они уже тебя обсуждают.Рафаэль медленно поворачивает голову и смотрит на ту пару с видом: «Ещё одно слово — и вы не жильцы». Элиана ловит его взгляд и резко отворачивается.
— Эффектно, — шепчет Аннабель. — Правда, я бы выбрала менее дипломатичное решение. Например, канделябр. Но тебе, братец, простительно.
Алиса чувствует: напряжение нарастает. Но рядом — Рафаэль.
А рядом с ним — Аннабель.
И они её не отпустят.
И пусть сегодня её просто разглядывают. Пусть пока не шепчут имя Россо в коридорах.
Но когда это начнётся — она уже не будет той, прежней, из прошлого.
Теперь у неё есть союз. Есть дети.
Есть новые клыки — в прямом и переносном смысле.
Чуть позднее на балконе
После того как вечеринка подошла к своему апогею, Алиса чувствовала, что взгляды на неё постепенно становятся более осмысленными. Она привыкла к тому, что её разглядывают, но эта ночь была другой — какой-то тяжёлой, опасной. Люди здесь — не те, кто просто улыбается, полагаясь на вежливость. Они — члены мафии, каждый с собственной историей и собственной целью. Но рядом с ней всегда был Рафаэль, всегда была Аннабель.
Они нашли уголок на балконе, скрытые от любопытных взглядов. Приятный вечерний ветерок немного ослаблял напряжение. Вдали огни города, и здесь, на высоте, всё казалось слегка смазанным, как старинное фото.
— Алиса, — начал Рафаэль, его голос стал серьёзным, но при этом мягким, как всегда, когда он хотел предложить что-то важное. — Я хотел бы, чтобы ты подумала о предложении, которое мы тебе сделали.
Алиса удивлённо взглянула на него. Он говорил об этом не раз, но сейчас звучало это как нечто большее, чем просто формальное предложение.
— О каком предложении? — спросила она, не скрывая недоумения.
Рафаэль взглянул на Аннабель, и та кивнула. Похоже, Аннабель была готова поддержать его.
— Работа в компании, — сказал он, — в юридическом отделе. Твоя способность видеть детали, логика, умение анализировать — это то, что нам нужно. Мы занимаемся не только бизнесом, но и... другими делами. Понимаешь? Мы бы очень хотели, чтобы ты была частью нашей команды.
Алиса задумалась. Работать в компании Дель Рей, на стороне мафии, хотя бы юридически, было заманчиво, но как это изменит её жизнь? Больше всего её волновало то, что она так или иначе оказалась в центре этого мира — мира, который едва ли мог бы оставаться нейтральным.
— Это… непростое предложение, — сказала она, поигрывая бокалом вина. — Но если я решу согласиться, мне нужно будет больше информации. И ты не имеешь права использовать меня как пешку.
Рафаэль усмехнулся, но в его глазах был серьёзный взгляд.
— Если ты хочешь работать с нами, ты будешь частью команды. И это значит, что ты не будешь одна. Ты — часть семьи.
Алиса почувствовала лёгкое давление. Семья... все говорили о семье. И она знала, что в этой семье будет не только защита, но и обязательства. Она вздохнула и посмотрела на Аннабель, которая улыбалась, наблюдая за их разговором.