Клеймо Солнца
Шрифт:
Они снова долго молчат, и, хотя я чувствую их присутствие, в какой-то момент начинаю думать, что они ушли. Поднимаю голову и смотрю на своё отражение, глажу безжизненные волосы и рассматриваю запястья, на самом деле украдкой вглядываясь в пространство за преградой. Тёмные круглые глаза, брови мягкой дугой, округлый нос, щёки и полные губы — лицо Ребекки Олфорд больше похоже на детское, нежели на лицо молодой женщины. Только взгляд очень напряжённый.
— У вас есть день, чтобы принять решение. А сейчас… — Мучитель делает многозначительную паузу, — Вы свободны.
Ребекка уходит дальше так, что в какой-то
Чтобы не привлечь внимания, я жду несколько минут, а потом ложусь на виртуальное кресло, притворяясь, что собираюсь спать. Сжимаю в руках кулон, который уже давно отдал мне последнюю капельку света.
— Сегодня обещают грозу, — говорит Мучитель.
— Отец, лучше ты мне пообещай… — начинает его дочь, однако он прерывает:
— Проследи, чтобы объект уснул.
Странно слышать из уст Мучителя эти слова, как будто его действительно волнует, смогу ли я отдохнуть. Уверена: он ждёт моего исцеления только для того, чтобы нанести новые раны…
— Я вернусь за тобой через полчаса.
Слышатся шаги, а потом шорохи. Я так привыкла к тому, как передвигается Сьерра, что могла бы точно сказать, когда именно она садится в виртуальное кресло, которое находится с той стороны преграды, и останавливает на мне пристальный взгляд. Спустя несколько минут свет тускнеет, пока я не погружаюсь в темноту. Тело настолько обессиленно, что, если бы удушающе плотная ткань не скрывала мои инсигнии, они всё равно даже не начали бы мерцать.
Не знаю, сколько я так лежу. В голове — пустота. Время от времени возникают какие-то мысли, но все они разбегаются при новом приступе зуда, который я, собрав силу воли в кулак, стараюсь не замечать.
Что сказали бы мои близкие? Что бы они почувствовали, увидев мои измученные руки?.. Лучше об этом не думать.
Вдруг из-за преграды раздаются голоса. По ту сторону загорается тусклый свет. Один из голосов я с лёгкостью узнаю, когда Алан Джонс громко и чётко отдаёт приказ:
— Сьерра, впусти его.
Я чувствую поток энергии, но не вижу его источника, и моё сердце начинает биться, как сумасшедшее.
— Он уже видел объект, — говорит Алан Джонс, а я вглядываюсь в пространство за преградой, но вижу лишь силуэты.
— А этот? — пренебрежительно спрашивает Сьерра, но я не могу разглядеть, на кого она указывает.
— Он в деле, — сухо сообщает Алан.
Они долго молчат, пока Джонс не произносит неожиданно мягко:
— Мы можем лишиться нашего объекта, если не поторопимся.
Лишиться объекта? Меня?..
Дверь открывается, и я поднимаюсь с виртуального кресла, вынужденная держаться за его край.
— Не включай яркий свет, — звучит знакомый голос, и моё сердце пропускает удар.
В комнате появляется Дэннис Рилс. Его рука заведена за спину, но даже так я чувствую энергию, которую он пытается от меня скрыть. В комнате загорается свет, и я невольно прищуриваюсь, но сразу же нахожу странные чёрные глаза. Они шарят по комнате, пока не наталкиваются на меня. Взгляд задерживается на моих запястьях, на кулоне, который я сжимаю в ладонях, а потом поднимается к моему лицу и останавливается на глазах, в которых наверняка стоят слёзы.
— Послушай, я понимаю… — говорит Дэннис. — С каждой минутой тебе становится только хуже, — шепчет
он и очень медленно вытягивает из-за спины руку, пока не виднеется садовый фонарь, какими пользуются и мои люди.В сумраке он сияет, как маленькое Солнце. Источник жизни. И я невольно подаюсь навстречу. Но в следующее мгновение вспоминаю, где нахожусь и кто меня окружает.
Будь здесь хоть тысяча Солнц, ни одно из них тальпы не позволили бы мне увидеть — просто так.
«Мы намеренны найти с ним общий язык, а потом поступить таким образом, который гарантированно приведёт нас к цели». Я — эдемка и не знаю, о чём говорил Мучитель. Но при всей моей наивности сложно даже на мгновение представить, будто одна из этих целей — оставить меня в живых.
«Никто не придёт и не заберёт меня домой. Здесь — твоя могила», — подсказывает внутренний голос, и у меня нет причин ему не верить.
ГЛАВА 18 (ДЭННИС). СКВОЗЬ СТЕЛО МИКРОСКОПА
— Не позволяй ей вставать у него на пути, — шепчет она, сжимая мои руки. — Она должна жить. И сам не противься его приказам, чтобы он не видел в тебе угрозу. Если он скажет не приближаться к ней, так и поступай. Если скажет забрать к себе, умоляю, сделай и это. Сделай всё, что потребуется. И никогда — слышишь меня? — никогда не признавайся, что ты знаешь правду.
* * *
Как и пообещал генерал, в кабинете нет ни Коди, ни Натана Дэвиса — его начальника. Я нахожу небольшой ящичек. Цифровые надписи говорят, что это образец цветка, его пыльцы, участка здоровой кожи, обожжённой и той, что начала исцеляться.
Бронсон прав, здесь есть всё, что нужно: такого микроскопа, какой можно найти в этой лаборатории, с высокой разрешающей способностью, вполне достаточно, чтобы проникнуть в микромир. Отдел обеспечения экосистемы альтернативными источниками энергии — не только красивое название, но и неплохое оборудование. Жаль, что вместо серьёзных вопросов отдел нередко занимается всего лишь разработкой фруктовых и овощных гибридов, а ещё других особенно привлекательных продуктов, способных заинтересовать капризных богачей Тальпы. Ведь им зачастую отчаянно хочется поставить на стол гостям экзотику, которую больше нигде не найдёшь.
Помню, как иногда я оставался с Коди в этом кабинете чуть ли не на всю ночь и работал с ним перед визитом динатов в Третье крыло или каким-нибудь другим важным событием.
Если бы тогда я не помогал другу, сейчас не смог бы даже разобраться с программой, которая обрабатывает результаты исследования. Коди уже втянули бы в опасный проект, однако если от меня Бронсону будет избавиться нелегко, то наказать рядового сотрудника Стеклянного дома за какую-нибудь провинность — ничего не стоит.
Кабинет прямоугольной формы, а стол, на котором расположен микроскоп и связанный с ним компьютер, стоит в углу перед панорамным окном на всю стену, так что я вынужден сесть спиной ко входу. Любой, кто войдёт сюда, довольно скоро обратит внимание на экран, в то время как я буду ещё не в курсе, что кто-то вообще появился в комнате. Не очень удобно, вернее совсем не безопасно, и, хотя я догадываюсь, что никто меня не потревожит, всё равно то и дело оглядываюсь на дверь.
Ладно, нужно сосредоточиться. Начнём с лёгкого.