Чтение онлайн

«Католические масоны», как часто называют членов «Опус Деи», оказались в большой чести у папы Иоанна Павла II. В 1982 г. этой организации был присвоен ранг «личной прелатуры», подчиненной непосредственно папе римскому: это означало, что она выводится из-под юрисдикции епархиального руководства. В 2002 г. по инициативе Иоанна Павла II, который признал «героичность» добродетелей де Балагера, он был причислен к лику святых.

Ныне «Опус Деи» является одной из самых многочисленных и влиятельных организаций священников и мирян. В нее входят 85 тысяч членов на всех континентах. Поставленные задачи «Опус Деи» выполняет с помощью собственного духовенства – почти двух тысяч «включенных» священников, а также особых групп светских католиков. Профессора и преподаватели из «Опус Деи» работают более чем

в 400 университетах. Члены «Опус Деи» входят в правительства многих стран, занимая там высокие посты, и в руководство средствами массовой информации. Однако их имена известны только руководителям «личной прелатуры» при Ватикане.

Католическое монашество ныне переживает трудные времена, ибо строгие средневековые монашеские уставы противоречат современному образу жизни. Однако именно благодаря своей «непохожести» они вносят динамизм в жизнь Церкви, поскольку пытаются соединить аскезу с социальным служением и практикуют новые виды современной католической религиозности.

Христианство было принято на Руси в 988 г. по восточному обряду из Византии еще до разделения Западной и Восточной церквей в 1054 г. Поэтому «латинство» не рассматривали тогда как нечто чуждое и враждебное: на рубеже X–XI вв. представители Римско-католической церкви неоднократно посещали Русь, где они с почестями принимались княгиней Ольгой, князьями Ярополком и Владимиром, а немного позднее на Руси начинают почитать католических святых, в частности св. папу Климента I. Рюриковичи заключают многочисленные династические союзы с католическими королями и князьями Европы.

Католическому населению в Киеве, Новгороде, Ладоге, Переяславле, Смоленске и других русских городах разрешают строить храмы и приглашать латинское духовенство. Так, в Великом Новгороде, имевшем торговые связи с вольными городами Ганзейского союза, уже в середине XII в. были открыты католические церкви во имя Св. Николая и Св. Петра.

Однако отношения между православными Русью и Византией и католическим Западом обостряются после взятия крестоносцами Константинополя в 1204 г. и варварского разграбления ими православных святынь. Еще больше отношения ухудшаются в результате захватнических войн германских рыцарских орденов под флагом крестовых походов, поддержанных папством, против славянских, балтийских и финских народов. Нападения немцев, шведов и датчан на новгородские и псковские земли обернулись жестокими войнами в течение двух столетий.

Монгольское нашествие и влияние Золотой Орды на Русь еще более отдалило Россию от католической Европы. Так, в 1233 г. по приказанию киевского князя Владимира Рюриковича были разрушены католические храмы и монастыри.

Войны Московской Руси в XIV–XVII вв. с Ливонским орденом, Великим княжеством Литовским и Речью Посполитой (Польшей) из-за западнорусских земель (нынешних Украины и Беларуси) сопровождались ростом враждебности к католицизму. Особенно неприязненное отношение к «латинянам» в Смутное время было вызвано действиями царевича Лжедмитрия I (Григория Отрепьева) в 1605–1606 гг. Польский ставленник не только тайно перешел в католицизм, но и разрешил католическое богослужение в Успенском соборе Московского Кремля. Известно письмо Лжедмитрия I папе Клименту VIII, в котором самозванец называет себя «смиренной овцой католической церкви» и обещает в случае захвата русского престола подчинить Православную церковь Риму.

Московские князья в XV–XVI вв. после захвата турками в 1453 г. Константинополя, «второго Рима», и православных балканских государств (Болгарии, Сербии, Византии) оказались единственными хранителями и защитниками православия. Сознание этой высокой миссии привело к тому, что идеологической опорой Российского государства становится учение «Москва – третий Рим». «Латиняне» стали считаться худшими еретиками и большими врагами православия, чем иноверцы-мусульмане. Заключение православными государствами Унии с католиками на Флорентийском

соборе 1439 г. рассматривалось как причина всех их бед. После Смутного времени доступ иностранцев в пределы России был запрещен. Католическое богослужение в XV–XVI вв. не допускалось.

Однако Рим пытался установить отношения с Русью. С этой целью папа Григорий XIII (1572–1585) направил посольство в Московию к царю Ивану Грозному. Во главе посольства был поставлен папский легат иезуит Поссевин. Но Иван Грозный счел, что Рим хочет склонить его царство к католичеству. Царь резко отверг притязания Рима, сказав Поссевину: «Папа волк, а не пастырь».

Во второй половине XVII в., в правление царя Алексея Михайловича, в Москве появляется много иностранных специалистов. В 1686 г. Россия присоединяется к антитурецкой «Священной лиге» европейских государств, и правительство вынуждено пойти на некоторые послабления католикам.

Преобразовательная деятельность Петра I (1689–1725) изменила отношение к Католической церкви в России, несмотря на то что его воцарение началось с изгнания иезуитов, связанных с делом царевны Софьи. Вопреки увещеваниям патриарха, Петр I в 1691 г. опубликовал указ, по которому иностранцам предоставлялась свобода вероисповедания. Известно, что во время «Великого посольства» 1697 г. предполагалось посещение царем Рима и даже личная встреча с папой Иннокентием XII (1691–1700), что дало надежду католическим кругам на унию церквей. Однако этим надеждам не суждено было сбыться, ибо борьба Петра I против реакционного духовенства за просвещение народа и политика выхода из духовного и политического изоляционизма не означала симпатии к идее унии и католицизму. В притязаниях Римской курии на примат в вопросах юрисдикции и на превосходство папства над светской властью русский царь видел опасную силу, способную подорвать ее авторитет. Отношение Петра I к Католической церкви можно определить как терпимость к вере своих подданных без ущерба для интересов Российского государства.

Манифест Петра I от 16 апреля 1702 г. «О вызове иностранцев в Россию с обещанием им свободы исповедания» и другие акты веротерпимости способствовали притоку иностранных специалистов в Россию. Возрастало и число католиков: если в 1691 г. насчитывалось всего 40 католиков, то к концу его царствования в 1725 г. – две тысячи. В 1705 г. было разрешено возводить каменные храмы в обеих столицах.

Упразднив патриаршество, Петр I учредил Святейший Синод в 1721 г. который стал высшей церковной властью как для православного, так и для всего инославного, в том числе католического, духовенства. Сам Святейший Синод был подчинен непосредственно императору. При всех изменениях структуры неизменной оставалась должность представителя светской власти – обер-прокурора Святейшего Синода.

Царь зорко следил за тем, чтобы свобода вероисповедания не нарушала интересов государства. Так, 2 декабря 1723 г. Петр I указал, «чтобы обретающиеся в Санктпетербурге римского исповедания жители для исправления церковных нужд пасторов требовали токмо из Французов, а не иной нации людей». Дело в том, что установление дипломатических отношений со Св. Престолом через посредничество Франции казалось более предпочтительным, чем через Австрию в связи с участием австрийской миссии иезуитов в деле царевича Алексея и его бегством к австрийскому императору. Иезуиты были изгнаны из России, но католическую проповедь продолжали капуцины, доминиканцы и францисканцы.

Петр I не создал прочной правовой базы положения католиков в России, но заложенный им принцип терпимого отношения к Римско-католической церкви при условии полной политической лояльности соблюдался вплоть до 1917 г.

При ближайших наследниках Петра практически не издается государственных актов, регулирующих положение Римско-католической церкви в России. Императрица Анна Иоанновна отдает предпочтение протестантам, а Елизавета Петровна строго соблюдает интересы Православной церкви.