Касл
Шрифт:
Я наклонился вперед и уперся локтями, пытаясь оценить реакцию Никса. Его взгляд застыл, ожидая, что я продолжу.
— Ты предложил мне место проспекта, и я подумал, что смогу жить здесь, но мне по-прежнему было плевать почти на все, до встречи с Персик. Ты президент «Королей» и должен видеть общую картину: безопасность твоей сестры, члены клуба, мастерская и бар, — но я не должен. Единственное, что меня заботит, это ее безопасность. Я понимаю, ты не хочешь верить, что кто-то из «Королей» способен тебя продать, но мы оба знаем, что человек способен делать гораздо худшие вещи за малость. Тебе нужно признать,
— Под прикрытием, да? — Никс прищурил глаза, внимательно изучая стол, затем медленно поднял взгляд на меня. — Это объясняет многое о тебе. «Немые черепа», я слышал о них. У них херовая репутация. Это к лучшему, что ты выбрался до того, как завяз бы глубже.
— Они требовали преданности, и мне стало казаться, что моя работа под прикрытием — предательство по отношению к ним, но когда твоего друга зарезают у тебя на глазах, а тело сжигают, это многое меняет. Я знал, что должен валить или никогда не смогу. Во всяком случае, живым. Я рассказываю это тебе, потому что нам надо предусмотреть все возможности. Не исключай вероятность, что любой член клуба может заключить сделку с Толито из-за денег. Будет лучше, если ты скажешь Дженне держаться подальше некоторое время, а я обещаю тебе не спускать глаз с Лиз.
Наклонив голову и молча задумавшись, Никс почесал небритый подбородок.
— Уверен, было нелегко рассказать мне о своем прошлом. Я это уважаю, и я тебя услышал. После сегодняшнего я собираюсь сказать Дженне, чтобы она некоторое время избегала мой дом и клуб. Ей это не понравится, но она справится. Я еще не говорил никому, кроме тебя: я переезжаю в клубный дом. Здесь безопаснее с постоянным движением. Последнее, что мне надо, это проснуться с ножом или пистолетом у лица.
— Это умно. Я приведу Персик сегодня вечером, чтобы забрать больше ее вещей.
Никс кивнул, его печальные глаза скрывали более глубокие эмоции, чем он показывал.
— Скажи ей, что мне жаль. Моя ошибка подвергла нас всех риску. Ты не знаешь, как много она значит для меня. Она все, что у меня осталось. Я доверяю тебе, ты не позволишь, чтобы с ней что-нибудь случилось.
— Я убью любого, прежде чем он ее обидит.
— Я верю тебе.
Глава 25
Лиз
Я стояла в своей гардеробной, складывая одежду в спортивную сумку. Джейк стоял в дверном проеме, скрестив свои большие руки, и пристально наблюдал за мной.
— Мне нравится.
— Нравится что? — бросила я через плечо.
— Ты пакуешь вещи, чтобы переехать ко мне.
— Я уже живу у тебя.
Тяжелые шаги прошлепали по полу. Его теплое мужское присутствие вторглось в мое пространство, сильные руки обхватили мой живот, а грудь прижалась к моей спине.
— Ты знаешь, что мы вернемся сюда, чтобы забрать все твои вещи?
— Да, знаю.
Влажные губы проложили дорожку вдоль шеи, посылая вниз по рукам искры удовольствия.
— Ты хочешь этого? Остаться со мной, навсегда?
— Да.
Приподняв край футболки большим пальцем, он пробежался рукой по животу и медленно опустил ее мне в шорты.
— Здесь я тебя еще не трахал.
От медленных поглаживаний
через белье внизу стало мокро, а в ухе звучал низкий чувственный голос:— Я хочу тебя на твоей кровати, голой и распростертой для меня.
Он отодвинул трусики и двумя пальцами резко вошел в меня. Джейк повернул мою голову к себе и выпил мой выдох. Его губы захватили мои с плотским желанием. Удовольствие волнами прокатывалось по телу, когда его пальцы ласкали, гладили и вновь толкались в меня. Он переместил руку с шеи на талию, приподнял меня одной рукой, а другой поддержал за задницу.
Джейк бросил меня спиной на матрас и уставился на меня сверху вниз. Его взгляд излучал господство и желание. Он покрутил рукой в воздухе.
— Все это… прочь.
Усевшись, я медленно сняла футболку. Его глаза опустились на мою грудь в ожидании, пока я расстегну лифчик. Когда кусочек материи упал на пол, Касл облизал губы. Он снял футболку и расстегнул джинсы: трусы не скрывали огромный стояк.
— Теперь шорты, — его приказ вывел меня из транса.
Расстегнув пуговицу и молнию, я стянула шорты вниз по бедрам и зацепила пальцами трусики, чтобы снять последний предмет одежды.
Джейк сунул руку в джинсы и обхватил член. Вытащив свою эрекцию, он начал равномерно ее поглаживать. Мои глаза следили за тем, как движется его рука вдоль всей длины, и дикое желание вспыхнуло между ног.
— Хочешь этот член, Персик?
— Да.
— Поработай. — Его руки раздвинули мои колени, и я откинулась на матрас. Грубые пальцы задели мой вход. — Я хочу посмотреть на тебя. — Джейк взял меня за руку и положил ее туда, где только что были его пальцы. — Покажи, как сильно ты его хочешь.
Он отступил на шаг назад, зажал член в руке и дрочил в кулак, пока я терла свой вход. Скользнув одним пальцем внутрь, другим я медленно водила вокруг клитора. Джейк продолжал сильнее дрочить, не отрывая от меня голодного взгляда. Моя голова откинулась назад, когда удовольствие охватило тело. Второй рукой я сжала грудь, не сдерживая стоны и вздохи.
— Черт, Персик, скажи, что хочешь мой член внутри. — Его движения стали лихорадочней, когда мои стоны стали громче, а пальцы задвигались быстрее.
— Я хочу его, Джейк. Я хочу, чтобы ты трахнул меня.
— Черт возьми, мне нужна эта киска.
Сильные руки обхватили мои бедра и прижали их к кровати, раздвигая мои ноги для него как можно шире. Одним быстрым движением он схватил свой ствол и погрузился в меня. Стенки влагалища сжались вокруг него. Его веки отяжелели и закрылись, а голова откинулась назад. С каждым сильным толчком его бедра ударяли по моим ягодицам. С неумолимой потребностью Джейк вколачивался в меня, подгоняя мой оргазм к вершине.
— Вот так, Персик. Кончи для меня. Выдои мой гребаный член.
Мои руки сжали покрывало, тело задрожало, и по нему прокатилась волна освобождения. Выйдя из меня и снова погрузившись, Джейк один последний раз жестко толкнулся в меня, его голова дернулась, и из груди вырвался рев.
Он перестал сжимать мои бедра и опустился на меня. Я обняла его ногами, он пробежался рукой по моим волосам и обхватил затылок. Коснулся нежными поцелуями груди, шеи и наконец губ.
— Нет ничего лучше, чем быть внутри тебя. — Он оставил еще один поцелуй на губах. — Я люблю тебя.