Карты судьбы
Шрифт:
— Да, но эти попытки становятся все чаще, — ответил я, — и с каждым разом они все эффективнее.
— Потому что мы все ближе к их источнику, да? — спросил он.
— Возможно.
— Тогда поспешим.
Мы спустились по противоположному склону холма, потом поднялись на другой и снова спустились.
Толчки к тому времени утихли настолько, что превратились в периодическое подрагивание почвы, а потом и вовсе прекратились.
Мы выбрались в новую долину, которая некоторое время уводила нас далеко вправо от нашей цели, потом плавно повернула в сторону бесплодных
Пока никаких новых опасностей не было.
— Люк, а что случилось той ночью на горе, в Нью-Мексико? — спросил я некоторое время спустя.
— Мне тогда пришлось быстро уходить, — ответил он.
— А тело Дэна Мартинеса?
— Я забрал его с собой.
— Зачем?
— Мне не хотелось оставлять улики на виду у любого случайного прохожего.
— Но на самом деле, это же ничего не объясняет.
— Я знаю, — кивнул он.
Он перешел на медленный бег.
Я бежал рядом с ним.
— И ты знаешь, кто я такой? — продолжил я.
— Да.
— Откуда?
— Не сейчас, — сказал он. — Поговорим об этом после.
Он ускорил бег, я сделал то же самое.
— И почему ты за мной следил?
— Я ведь спас твою шкуру, разве не так?
— Да, и я тебе благодарен, но все же я хотел бы получить ответы на свои вопросы.
— Наперегонки до того косого камня, — предложил он.
И он помчался со всех ног.
Я тоже бросился бежать и догнал его, но как ни старался, не мог выйти вперед. И дышали мы слишком тяжело, чтобы задавать вопросы и отвечать на них.
Я заставил себя еще больше увеличить скорость.
Он сделал то же самое, держась со мной вровень. Наклонившаяся скала наша цель — была еще довольно далеко. Мы бежали бок о бок, и я сохранял свои силы для финишного рывка. Может быть, это просто ненормально, но мы с Люком столько бегали наперегонки… Теперь это была уже почти привычка. И старое соперничество. Он стал бегать чуть-чуть быстрее или я медленнее?
Мои руки работали как поршни, ноги гулко топали. Я взял дыхание под контроль и наладил нужный ритм.
Я вышел немного вперед, и Люк ничего не предпринял в ответ. Камень вдруг оказался гораздо ближе, чем казалось.
Мы шли в таком положении примерно полминуты, потом Люк словно с цепи сорвавшись, с удивительной легкостью обошел меня…
Так, пора прибавить…
Я заставил свои ноги переступать еще быстрее. Кровь грохотала в ушах. Я со всхлипом втягивал воздух и у меня все силы теперь уходили на бег. Расстояние между нами начало сокращаться. Наклонно стоящая скала становилась все ближе и ближе.
Я успел поравняться с ним до того, как мы пришли к финишу, но, несмотря на все усилия, я так и не смог обойти его.
Все также бок о бок мы пронеслись мимо камня и вместе рухнули на землю.
— Фотофиниш, — выдохнул я.
— Придется записать ничью, — прохрипел Люк. — Ты, как всегда, удивил меня в самом конце.
Я вытащил свою флягу с водой и протянул ему. Он прополоскал рот и вернул флягу мне. Постепенно, делая глотки по очереди, мы ее
опорожнили.— Проклятье, — сказал наконец Люк.
Он медленно поднялся на ноги.
— Посмотрим, что за этими холмами.
Я встал и пошел рядом с ним.
Восстановив дыхание, я сразу же сказал ему:
— Похоже, что ты чертовски много знаешь обо мне, а я о тебе — почти ничего.
— Наверное, — кивнул он. — А лучше было бы наоборот. Я уверен…
— Что это значит?
— Не сейчас, — ответил он все той же фразой. — После. Ведь невозможно же прочитать «Войну и мир» в обеденный перерыв.
— Я не понимаю…
— Время, — сказал он. — его всегда или слишком много или катастрофически не хватает. И в данный момент у нас его очень мало.
— Я совсем запутался.
— Еще бы.
Холмы постепенно приближались, а земля под ногами стала устойчивее.
Мы продолжали медленно, но неуклонно продвигаться вперед.
Я вспомнил предположения Билла и Рэндома, предупреждение Мег. Подумал и о странном патроне, который я нашел в куртке у Люка.
— Там, куда мы идем, — начал Люк, прежде чем я успел задать свой вопрос, — Колесо-Призрак, верно?
— Да.
Он рассмеялся.
— Значит, там, в Санта-Фе, ты говорил правду. Для твоей машины и в самом деле требуется особая окружающая среда. Единственное, что ты не сказал мне тогда, это то, что тебе удалось отыскать подходящее место и построить машину.
Я кивнул.
— А как обстоят дела с твоим планом создания новой компании? — спросил я.
— Это я придумал только для того, чтобы вывести тебя на откровенный разговор.
— А кто такой Дэн Мартинес, и что он говорил?
— Не знаю. — Он уловил мой недоверчивый взгляд и поспешно добавил: Я и в самом деле его не знаю. И я по-прежнему не знаю, чего же он хотел и почему стрелял в нас.
— Люк, чего ты, собственно, хочешь?
— Вот сейчас я хочу посмотреть на твою дьявольскую машину, — ответил он. — То, что ты ее построил у черта на куличках, придает ей какие-то особые свойства?
— Да.
— А именно?
— А именно такие, о которых я и не подозревал, к сожалению.
— Назови хоть одно.
— Извини, — сказал я, — но ответы на вопросы — это игра для двоих.
— Эй, я ведь тебя только что вытащил из дырки в земле.
— Люк… у меня есть подозрения, что именно ты пытался убить меня в течении нескольких лет по тридцатым числам апреля?
— Да… но не в последнее время, — ответил он. — Честно.
— Так, значит, ты в самом деле пытался?
— Ну да… Но у меня были основания.
Понимаешь, это чертовски длинная история, и…
— Боже мой, Люк! Что я тебе сделал?
— Все не так просто… — вздохнул он.
Мы подошли к подножию ближайшего холма и начали взбираться на него.
— Дальше не надо, — сказал я. — На ту сторону нам не перейти.
Он замер.
— Почему?
— В тридцати или сорока футах кончается атмосфера.
— Ты шутишь?
Я молча покачал головой.
— И с той стороны гораздо хуже, — добавил я. — Нам нужно найти проход. Дальше влево должен быть такой…