Чтение онлайн

— Мы все помним модель пищевой цепочки — кролики и рыси. Популяция рысей растет вслед за ростом популяции кроликов, но излишнее переедание приводит к вымиранию хищников, поскольку уменьшается поголовье кроликов. Это и есть умирание.

— Это очень интересный термин — «умирание».

— Он описывает наши намерения относительно Досточтимых Матрон.

Их встреча окончилась ничем. Сциталь не получил ничего и пребывал в растерянности. Неужели они действительно намерены искоренить Досточтимых Матрон? Проклятая женщина! Он не мог поверить ни одному ее слову.

Вернувшись на корабль,

Сциталь долго стоял перед Защитным Барьером, вглядываясь в длинный коридор, по которому иногда проходили Айдахо и Мурбелла по пути в тренировочный зал. Они всегда выходили оттуда, тяжело дыша и вытирая пот.

Но на этот раз его собратья по заключению не появились, хотя он топтался в коридоре битый час.

Она использует гхола в качестве ментата! Это значит, что он имеет доступ к консоли управления системами корабля. Определенно она не может лишить ментата источников информации. Мне необходимо изобрести способ сблизиться с Айдахо. Есть особый свистящий язык, которым можно воздействовать на любого гхола. Но не надо проявлять нетерпение и беспокойство. Надо сделать небольшую уступку в торговле с ведьмами. Надо пожаловаться, что у меня слишком тесные апартаменты. Они же видят, как плохо я переношу заточение.

Луциллу привезли к Великой Досточтимой Матроне в цилиндрической клетке. Точнее, даже в двух клетках, вставленных одна в другую. К стенкам внутренней клетки Луцилла была привязана сетью из проволоки шиги.

— Я — Великая Досточтимая Матрона, — приветствовала Луциллу женщина, сидящая в массивном черном кресле.

Маленькая женщина в золотисто-красном трико.

— Ты посажена в клетку для твоей же безопасности, на тот случай, если вздумаешь применить по отношению к нам Голос. Мы не восприимчивы к нему. Наша невосприимчивость представляет собой рефлекс. Мы убиваем. Очень многие из вас погибли из-за Голоса. Мы знаем, что такое Голос, и умеем им пользоваться. Помни об этом, когда тебя выпустят из клетки.

Рукой она сделала знак слугам, которые внесли клетку.

— Уходите!

Луцилла осмотрелась. В комнате нет ни одного окна. Помещение почти квадратное. Под потолком плавают несколько серебристых светильников. Стены выкрашены в ядовито-зеленый цвет. Типичная камера для допросов. Этаж, по-видимому, высокий. Клетку доставили сюда на пневматическом лифте незадолго до рассвета.

В стене за спиной Великой Досточтимой Матроны отодвинулась в сторону плита и в помещение по скрытым до того рельсам вкатилась кубическая клетка. В ней стояло какое-то существо, которое Луцилла поначалу приняла за обнаженного мужчину. Но вот существо оглянулось и посмотрело на нее.

Футар! Она разглядела широкое лицо и выступающие клыки.

— Хочу, чтобы мне почесали спинку, — произнес футар.

— Хорошо, милый, попозже я почешу тебе

спинку.

— Хочу есть, — продолжал говорить футар, глядя на Луциллу горящим взглядом.

— Позже, милый.

Футар продолжал буравить Луциллу взглядом.

— Ты погонщик? — спросил он.

— Нет, она точно не погонщик!

— Хочу есть, — настаивал на своем футар.

— Я же сказала: позже! Пока посиди в клетке и помурлыкай.

Футар скорчился на дне клетки и принялся издавать горловые рокочущие звуки.

— Не правда ли, они очень мило мурлыкают. — Вопрос был риторическим и не требовал ответа.

Присутствие футара смутило и озадачило Луциллу. Эти твари были выведены для того, чтобы охотиться на Досточтимых Матрон и убивать их. Но здесь эта тварь сидела в клетке.

— Где вы поймали его? — спросила Луцилла.

— На Гамму. — Великая Матрона рассудила, что этим признанием не откроет никакой важной тайны.

А это Связка, подумала Луцилла. Она рассмотрела планету, когда они подлетали к ней на лихтере.

Футар перестал мурлыкать.

— Хочу есть, — прорычал он.

Луцилла и сама не отказалась бы от еды. Ее не кормили три дня и она с трудом справлялась с болезненным чувством голода. В клетке была раковина, в которой было немного воды, но и она уже кончилась. Слуги, доставившие ее сюда, издевательски шутили: «Футары любят тощее мясо».

Но больше всего неприятностей доставляло отсутствие меланжи. Первые признаки абстиненции появились сегодня утром.

Скоро мне придется убить себя.

Люди с Лампадас в ее памяти умоляли Луциллу потерпеть. Будь храброй. Вдруг эта дикая Преподобная Мать не сможет с нами справиться?

Королева пауков. Так называла Одраде эту женщину.

Оперевшись подбородком на руку, Великая Досточтимая Матрона продолжала внимательно рассматривать Луциллу. Подбородок был маленьким, изобличая слабую волю. Никаких положительных черт в ее лице не было, поэтому внимание привлекали отрицательные.

— В конце концов вы проиграете, — произнесла Великая Досточтимая Матрона после недолгого молчания.

— Посвисти на кладбище, — сказала Луцилла в ответ. — Это принесет тебе удачу.

На лице Матроны появилось приторно-вежливое выражение. Как это интересно.

Любой из моих адъютантов убил бы тебя за такие слова, поэтому-то я отослала их. Мне любопытно, зачем ты это сказала?

Луцилла посмотрела на стоявшего на четвереньках футара.

Футары появились не вдруг. Они выведены целенаправленно из животных определенного вида.

— Поосторожнее на поворотах! — В глазах Матроны заплясали рыжие огоньки.

— Для выведения футаров потребовалась смена многих поколений, — продолжала как ни в чем не бывало Луцилла.

— Мы охотимся за ними ради собственного удовольствия!

— Значит, охотник превратился в жертву.

Великая Досточтимая Матрона вскочила с кресла. Глаза пылали оранжевым огнем. Футар забеспокоился и принялся выть. Этот вой успокоил женщину. Она медленно опустилась в кресло. Рука протянулась в сторону клетки с футаром.