Калейдоскоп
Шрифт:
На Артура снова напал кашель. Джон Чепмен взял блокнот и ручку и приготовился записывать.
— Введите меня в курс дела, мистер Паттерсон, чтобы я мог получить представление о том, чем могу быть вам полезен.
Чепмен держался как истый профессионал. Он отличался превосходной дикцией, манерами человека из высшего общества и замечательной непринужденностью. Паттерсон помимо воли почувствовал к нему интерес. Почему Чепмен не пошел работать в фирму своего отца — главы одной из юридических фирм Бостона? Оба брата Джона были видными адвокатами и работали в Нью-Йорке. Тем не менее Джон Чепмен избрал именно это поприще.
Впрочем, у Артура
— Это частное дело, — одышливо прохрипел он и хлебнул из протянутого Чепменом стакана. — Сугубо конфиденциальное. Вы не должны никому о нем рассказывать.
Он стрельнул в Чепмена взглядом, но тот сидел с непроницаемым видом.
— Я ни с кем не обсуждаю дела моих клиентов, мистер Паттерсон. Прошу продолжать.
— Я также просил бы вас, если можно, заняться этим лично. Один мой коллега очень вас хвалил. Мне понадобятся ваши способности.
Чепмен задумчиво кривил губы.
— Смотря какое дело. Вообще-то я стараюсь держать на контроле большинство наших дел.
— В данном случае речь идет не о контроле, а о том, чтобы вы сами осуществили розыск. Как я уже сказал, времени в обрез. Мне осталось недолго жить.
Чепмен изумленно воззрился на него. Старик дрожал от нетерпения. Он держал в руках тоненькую папку. Неужели поставил перед собой цель завершить какое-нибудь давнее нераскрытое дело? Каких только глупостей люди не делают перед смертью!
— Врач дает мне три месяца. Или шесть. Или меньше. Думаю, три месяца — это реально. Мне необходимо разыскать трех молодых женщин.
Чепмен еще больше удивился. Странная просьба со стороны пожилого человека… Разве что это его дочери.
— Они были дочерьми моих близких… моих ближайших друзей. Их родители умерли тридцать лет назад. Вскоре после этого двух девочек взяли в хорошие семьи и удочерили. Третья осталась жить у тети с дядей в Бостоне. Сестрам было примерно год, пять и девять лет. Потом я потерял их из виду и не представляю, где они могут быть. Правда, я знаю имена приемных родителей двух младших девочек, а старшая одно время жила в Джексонвилле, штат Флорида. Двадцать два года назад она приезжала в Нью-Йорк… Это все, что мне известно. В этой папке — вся информация, включая газетные вырезки, касающиеся их родителей. Отец был известным бродвейским актером.
— Родители погибли одновременно — в автомобильной катастрофе?
— Нет. — Артур отдышался и продолжил: — Отец девушек задушил их мать. Никто не знает точной причины. У них вышла крупная ссора, и он потерял контроль над собой. Что-то вроде временного умственного расстройства… В пятьдесят восьмом году я был его защитником на процессе. — Лицо Артура приобрело землистый оттенок.
Чепмен был поражен тем, что Паттерсон взялся за уголовное дело. Видимо, за этим что-то крылось.
— Его осудили, и в ночь после оглашения приговора он покончил с собой в камере. Я пытался устроить всех трех девочек в одну семью…
Бедняга был на грани обморока. Чепмен понял: ему больно вспоминать эту историю, а тем более — обсуждать ее с посторонним. Любой адвокат чувствовал бы себя ответственным за исход дела… но не настолько, чтобы через тридцать лет затевать розыск. Или им движет чувство вины?
Артур снова собрался с силами.
— Но никто не соглашался брать всех троих. Пришлось поместить их в разные семьи, а старшую оставить на попечение дяди и тети. — Он не стал рассказывать Чепмену о своем желании взять девочек
к себе и как этому воспротивилась жена. — Здесь также хранится газетная заметка о молодой женщине из Си-Би-Эй с таким же именем и фамилией, что у старшей из сестер. Возможно, это она и есть, но, может быть, это простое совпадение. Вам предстоит проверить.Чепмен кивнул.
Несколько недель назад Артур наткнулся на заметку в «Нью-Йорк таймс» и молил Бога, чтобы это оказалась та самая Хилари Уолкер. Газета дрожала у него в руках. Сходство существовало, но кто станет полагаться на не слишком четкий газетный снимок?
— Вот так, Чепмен. Я прошу вас разыскать этих трех молодых женщин.
Молодых? Да, конечно — с точки зрения Артура Паттерсона. Объективно — это зрелые женщины. Чепмен быстро прикинул в уме. Сейчас им где-то тридцать девять, тридцать пять и тридцать один год. Найти их будет непросто. Артур словно прочел его мысли.
— Приемные родители двух младших сестер давно уехали из Нью-Йорка — Бог знает куда. Мне остается только надеяться, что вы их разыщете.
— Да, будем надеяться. — Чепмен взял папку. — А что дальше?
— Вашей первейшей задачей будет установить их местожительство и сообщить мне. Потом я попрошу вас открыть девочкам, кто они такие и кто я такой… Старый друг семьи, поставивший своей целью способствовать их воссоединению. Пусть это произойдет в моем доме в Коннектикуте… Если можно. Боюсь, что самому мне путешествия уже не под силу. Придется им приехать.
— А если они откажутся?
Такая возможность казалась Чепмену вполне вероятной. Чего только он не насмотрелся за семнадцать лет работы в агентстве!
— Вы должны будете их уговорить.
— Скорее всего они даже не помнят, что когда-то имели сестер. Во всяком случае младшая. Это станет для них потрясением… Возможно, осложнит их теперешнее существование.
Чепмен подумал: интересно, идет ли также речь о наследстве? — но не стал пока заострять на этом внимание.
— Я перед ними в долгу. Это по моей вине их разлучили… Я не сумел поместить их куда-нибудь вместе. Для меня крайне важно знать, что с ними все в порядке, что они не нуждаются. Я держу ответ перед памятью их родителей.
Джона подмывала сказать: поздновато! — но это было бы жестоко. В тридцать девять, тридцать пять и тридцать один год сестры вряд ли станут предъявлять старику претензии за то, что их разлучили, — даже если что-нибудь помнят. Но не ему судить, насколько мудро решение Артура Паттерсона.
Артур смотрел на Чепмена со спокойствием отчаяния.
— Вы возьметесь за это дело?
— Попробую.
— И сделаете это сами?
— Основную часть работы. Прежде чем принять окончательное решение, мне нужно прочитать документы. Возможно, я дам кое-какие поручения своим помощникам — если буду уверен, что они выполнят их быстрее и эффективнее меня. — Артур согласно кивнул. — Короче, я как можно скорее ознакомлюсь с содержимым папки и сразу вам позвоню.
— К сожалению, — Артур был честен, — вы почерпнете из нее не более того, чем я уже рассказал.
— И все-таки. Вдруг я увижу какую-нибудь зацепку? — Джон как можно незаметнее покосился на стенные часы за плечом Артура. Четверть второго. Саша терпеть не может, когда он опаздывает. — Я перезвоню вам через день-другой.
Он поднялся. Артур тоже нетвердо стал на ноги.
— Примите мою признательность, Чепмен.
— Не стоит благодарности, мистер Паттерсон. Надеюсь, вы не будете разочарованы.