Как устроен мир
Шрифт:
Другой человек, назвавшийся Сезаром Вельманом Хойя Мартинесом, членом сальвадорского «эскадрона смерти», имевшего отношение к батальону «Атлакатль», подробно описал участие американских советников и правительства Сальвадора в деятельности «эскадронов смерти». Администрация Буша всячески старалась заткнуть ему рот и переправить обратно в Сальвадор, на верную смерть, невзирая на просьбы правозащитных организаций и на требования конгресса заслушать его показания. Таким же было обращение с главным свидетелем убийства иезуитов.
Результаты натаскивания сальвадорских военных наглядно изобразил в иезуитской газете «Америка» работавший в Сальвадоре католический
Убийцам из Сальвадорской национальной гвардии не удалось разместить головку полуторагодовалого ребенка на столе так, чтобы она не укатилась, поэтому они прибили к ней ручки ребенка гвоздями. На середину стола они водрузили большой пластиковый пакет с кровью.
По свидетельству преподобного Сантьяго, жуткие сцены такого рода — не редкость.
«Эскадроны смерти» в Сальвадоре не просто убивают. Они обезглавливают свои жертвы, насаживают головы на шесты и «украшают» ими пейзаж. Полиция сальвадорского министерства финансов не просто потрошит мужчин, а засовывает им в рот отрезанные гениталии. Национальная гвардия не просто насилует сальвадорских женщин, а вырезает у них матки и кладет им на лица. Просто убивать детей недостаточно, на глазах у родителей их волокут по колючей проволоке, пока мясо не будет содрано до костей».
Преподобный Сантьяго утверждает, что насилие такого рода значительно возросло после того, как церковь принялась сколачивать крестьянские ассоциации и группы взаимопомощи в попытках организовать бедноту.
В общем и целом наша политика в Сальвадоре оказалась успешной. Как предсказывал архиепископ Ромеро, численность народных организаций сильно сократилась. Десятки тысяч погибли, более миллиона людей стали беженцами. Это один из самых омерзительных эпизодов в истории США, хотя его есть с чем сравнить.
Преподать урок Никарагуа
В 1970-х годах господствующие органы прессы США игнорировали не только Сальвадор. В течение десяти лет, предшествовавших свержению в 1979 году никарагуанского диктатора Анастасио Сомосы, американское телевидение — все каналы, вместе взятые, — посвятили Никарагуа ровно час времени, и то только когда в Манагуа в 1972 году случилось землетрясение.
С 1960 по 1978 год «Нью-Йорк таймс» посвятила Никарагуа три редакционные статьи. Дело не в том, что там ничего не происходило, а в том, что происходившее не заслуживало внимания. Никарагуа не вызывала ни малейшей озабоченности, пока тираническому правлению Сомосы ничего не угрожало.
Когда же угроза возникла — со стороны сандинистов в конце 1970-х годов, — США сначала попытались установить «сомосизм без Сомосы», то есть оставить нетронутой всю коррумпированную систему, но увенчать ее кем-нибудь другим. Это не сработало, поэтому президент Картер попытался сохранить там такую основу власти США, как Национальная гвардия Сомосы.
Национальная гвардия всегда отличалась жестокостью, даже садизмом. К июню 1979 года она совершала одно зверство за другим в войне с сандинистами, бомбардировала жилые пригороды Манагуа, убивала десятки тысяч людей. Именно тогда посол США отправил в Белый дом телеграмму о «неуместности» принуждения гвардии к прекращению бомбардировок, так как это не соответствует политике сохранения за ней власти и устранения сандинистов.
Наш посол
в Организации американских государств (ОАГ) тоже высказывался в пользу «сомосизма без Сомосы», однако ОАГ дружно проголосовала против этого. Спустя несколько дней Сомоса перелетел в Майами, прихватив с собой остатки никарагуанской казны, и его гвардия потерпела поражение.Администрация Картера эвакуировала из страны командование гвардии на самолетах с символикой Красного Креста (военное преступление), после чего приступила к воссозданию гвардии на никарагуанских границах. Посредницей выступала Аргентина. В Аргентине тогда хозяйничали генералы-неонацисты, которые ненадолго отвлеклись от издевательств над собственным народом, чтобы помочь возрождению гвардии, которая вскоре была переименована в «контрас», или в «борцов за свободу».
Их руками Рейган развязал против Никарагуа полномасштабную террористическую войну в сочетании с еще более смертоносной экономической войной. Одновременно мы запугивали другие страны, чтобы оттуда не шла помощь.
Тем не менее, невзирая на астрономические расходы на военную помощь, Соединенным Штатам не удалось создать в Никарагуа надежные военные силы. Если поразмыслить, то это не может не удивлять. Никакие партизаны нигде в мире никогда не располагали средствами, сопоставимыми с тем, что предоставляли «контрас» Соединенные Штаты. С такими деньгами можно было бы развернуть партизанское восстание в горных районах самих США.
Зачем США так старались в Никарагуа? Организация международного развития «Оксфам» разъяснила причины этого, отталкиваясь от своего опыта работы в семидесяти шести развивающихся странах: «Никарагуа представляла собой исключение, поскольку правительство старалось улучшить жизнь населения и поощрить его активное участие в процессе развития». Из четырех центральноамериканских стран, где развернула свою деятельность «Оксфам» (Сальвадор, Гватемала, Гондурас и Никарагуа), только в Никарагуа предпринимались последовательные усилия по устранению неравенства в вопросах владения землей и по улучшению медицинского обслуживания, образования, условий труда на земле бедных крестьянских семей.
«Оксфаму» вторят другие организации. В начале 1980-х годов Всемирный банк отчитывался о «небывалых успехах» некоторых своих проектов в Никарагуа, «превосходящих достигнутое где-либо еще в мире». В 1983 году Межамериканский банк развития пришел к заключению, что «Никарагуа достигла значительного прогресса в социальной сфере, заложившего основу для долговременного социально-экономического развития».
Успех сандинистских реформ приводил в ужас американских планировщиков. Они сознавали, что, говоря словами Хосе Фигереса, отца коста-риканской демократии, «в Никарагуа впервые появилось правительство, заботящееся о своем народе». Хотя Фигерес на протяжении сорока лет оставался ведущей демократической фигурой Центральной Америки, его неприемлемые суждения о реальном мире никогда не получали отражения в американской прессе.
Сандинисты вызывали лютую ненависть своими попытками допустить бедноту к ресурсам (и успехами на этом поприще). Таково было отношение к ним буквально всех американских политиков, впадавших при одном упоминании о них в настоящее буйство.
Еще в 1981 году один из сотрудников Госдепартамента хвастался: «Мы превратим Никарагуа в Албанию Центральной Америки» — в нищее изолированное государство, вотчину политических радикалов, чтобы потерпела крах мечта сандинистов о создании новой политической модели для Латинской Америки, способной послужить примером другим странам.