К.С.В...
Шрифт:
Он резким движением отдернул мою руку от своего рта и тут же обхватил меня ладонями, не давая возможности отвести глаза в сторону, потому я их просто прикрыла, чтобы не видеть его сердитого выражения лица.
– Открой глаза, ребенок.
Я отрицательно помотала головой и привычно возмутилась:
– Я не ребенок.
– Тогда прекрати вести себя, как он, - все еще сердито проговорил он и я приоткрыла глаза.
– Я так и не пойму, с какого дерева ты сняла этот бред, но я надеюсь, что со временем я все же смогу переубедить тебя в искренности своих чувств. К сожалению, кроме времени мне, чувствую, никто не поможет в решении
– Я не закрывалась, - по-прежнему возмущенно проговорила я.
– Ты хоть слово услышала из того, что я минуту назад пытался тебе сказать?
– Нет, - неуверенно проговорила я.
– Кто б сомневался, - проворчал он и привлек меня к своей груди.
– Ребенок, я не знаю, как еще внушить тебе, что я не просто так бросаю слова на ветер, - мягко поглаживая мои волосы начал он, - но, пожалуйста, поверь мне, просто поверь, что я искренен с тобой, как никогда и ни с кем. И я действительно верю в то, что говорю. Вопрос в другом - ты веришь мне?
– Да, - выдохнула я, прижимаясь к нему покрепче.
– Тогда, родная, дай мне свою лапку, конечно, если ты не передумала.
Я сердито глянула на него снизу вверх. Что бы там ни было впереди, но я всегда предпочитала сразу расставлять все точки над "i", не дожидаясь неотвратимого конца. Если уж он написан на роду, то чем скорее он наступит, тем проще будет пережить и излечиться от него. В противном случае просто сгинуть в нем, тоже ничего так перспективка. Лучше сожалеть о совершенных ошибках, чем об упущенных возможностях. Потому, я не колеблясь, протянула ему левую руку, и практически тут же уловила краем глаза в его руке отблеск металла.
– Это не больно, - прошептал он, прежде чем поцеловать меня в губы.
– Закрой глаза, родная.
Я еще раз напоследок глянула в такие притягательные, но, безусловно роковые для меня, два серых омута и закрыла глаза. Потому как из ощущений способных принести более менее ценную в данный момент информацию, мне осталось только осязание, обоняние и слух, я проанализировав ситуацию отбросила последние два и сосредоточилась на том, как он касался меня и в каких именно местах.
– Пожалуйста, не подглядывай. Я скажу, когда будет можно открыть глаза.
"Ладно."
Я почувствовала, как он провел кончиками пальцев у меня по щекам и глазам, потом переместился на затылок, зарывшись в мои волосы и, кажется, поцеловал их. В слепую оставалось только гадать. Мне показалось, что он медлит, как будто раздумывая о чем-то, когда вдруг почувствовала, как он склонился еще ближе ко мне и прижался губами к моему запястью. Это было приятно и с моих губ сорвался вздох удовлетворения. Я почувствовала, как его губы покинули мою руку, но лишь на мгновение, спустя которое он вновь припал к ней, и с удвоенным жаром начал мягко всасывать мою кожу, слегка покусывая ее зубами.
По моему телу внезапно прошла волна подобная удару тока, или нет, скорее молнии, кажется, даже сердце сбилось с ритма, и я потрясенно распахнула глаза.
"О, боже... я был прав...", - донеслось до меня.
"Что... что это было?", - посмотрела я в его потрясенное лицо, чувствуя, как мое тело, обмякло в его руках и наотрез отказалось совершать даже простейшую операцию по малейшему изменению его местоположения в пространстве, даже такое элементарное, как поднятие вверх руки.
– "В чем ты был прав?"
– В том, что ты на вкус
ты настолько восхитительна, что я с трудом оторвался от тебя, любовь моя, - приподнял он мою руку и медленно провел языком у меня по запястью.– Сейчас я как никто другой в этом мире способен понять вампиров.
Присмотревшись я увидела, как пара капель крови выделились с того места которого только что касались его губы. Забавно, я даже не почувствовала когда он сделал надрез.
– А как же клыки?
– усмехнулась я.
– Фу, как не эстетично, - скривился он и слизал языком красные пятнышки.
– Или ты предпочитаешь ходить со следами укуса на своей шелковистой коже? Аккуратный порез от ножа заживет быстрее, чем рваная рана от зубов. К тому же он у меня специальный, острый, как скальпель хирурга.
– Ой, ради бога! Избавь меня от подробностей, - рассмеялась я.
Он вновь, провел языком у меня по внутренней стороне руки, от локтевого сгиба до кончиков пальцев и я почувствовала, что это простое действие заставило напрячься низ моего живота.
– И что теперь?
– попыталась я сосредоточиться на главном вопросе, утихомиривая попутно свои разыгравшиеся гормоны.
– Ты уже выяснил что хотел?
– Нет, - переместился он рядом со мной, - но сейчас я приступлю к самой приятной части исследования.
– А моя слабость в твой план входила?
– поинтересовалась я, понимая, что по-прежнему не могу в полной мере владеть собственным телом, ставшим подобно желе безхребетным и на удивление расслабленным.
– Прости, Солнышко. Я должен был предупредить тебя, что такое возможно, - нежно улыбнулся он.
– Понимаешь, я как представитель особого отряда "homo sapiens" попутно выкачал у тебя немного твоей энергии, потому как кровь - это наш хлеб и вино одновременно. Все придет в норму, спустя какое-то время, не волнуйся. Я бы вернул тебе украденное хоть сейчас, но боюсь, ты не пока не примешь этот способ восполнения своего энергетического потенциала.
Я почему-то тут же представила себя в облике огромного комара пьющего кровь своего демона и меня передернуло от отвращения.
– Я же говорил, что ты пока еще не готова к этому, - рассмеялся он, явно по достоинству оценив мою буйную фантазию.
– И что теперь?
– вновь поинтересовалась я.
– А теперь, Солнышко, расслабься, - я закатила глаза, потому как дальше продвигаться в отношении этого процесса, казалось просто физически невозможным. Я и так чувствовала себя медузой, вытащенной на морской берег.
– И закрой глаза.
На этот раз я одарила его скептическим взглядом.
– Мне так проще будет сосредоточиться, - пояснил он.
– Иначе, я опять забуду, ради чего все это затевается.
Блеск его глаз в купе с широкой улыбкой довольно красноречиво поведали мне о настоящих его желаниях и я покорно опустила веки. Он тут же воспользовался ситуацией и вновь лизнул мое запястье.
"Не хулигань", - ухмыльнулась я.
– Ты себе даже не представляешь всей глубины желания и одновременно отчаяния от соблазна, владеющего сейчас мною. Все равно, что голодному ребенку из хорошей семьи попасть ночью в кондитерскую лавку, - прошептал он мне в шею, попутно покрывая ее невесомыми поцелуями. Мне нравилась эта его манера начинать заводить мое тело и кажется, он был об этом прекрасно осведомлен.
– Хочется попробовать все и сразу, но совесть не позволяет. Надеюсь, ты еще не передумала?