Изнутри
Шрифт:
— Я так не могу, — прорыдала я.
— Можешь. — Кейден обхватил мое лицо руками, заставляя взглянуть на него. — Ты все сделаешь. Он тебя любит. Он испытывает боль и злится, но нуждается в ответах. Не жди, что он будет радостный и счастливый из-за твоего возвращения. Что я тебе говорил?
— Он захочет ранить меня так же, как я ранила его, — пробормотала я, роняя голову на руки.
Он вздохнул, выводя руками круги на моей спине.
— Так и есть.
— Я хочу с ним поговорить, не хочу больше ссориться, хочу… его, — плакала я. — И мне так стыдно.
— Почему? — спросил Кейден, нахмурившись.
Я поднялась на ноги и отряхнула
— Я знаю, что ты любил его все это время, Кейден, но ничего не предпринимал.
— Это не взаимно, — мягко произнес он.
— Тебе все равно стоит признаться ему.
— Ты хочешь, чтобы я сказал Зандеру, парню, которого ты любишь, что я тоже в него влюблен? — Кейден откинулся назад и пристально на меня посмотрел.
— Да, это именно то, чего я хочу. — Хотя и от осознания, что в любую секунду он мог украсть у меня Зандера, становилось больно, но я не могла стать причиной того, что у них никогда не появится шанса.
— Чем же я заслужил такого друга как ты?
Я подошла к боксерской груше и мягко ударила по ней.
— Ты впустил нас в свою жизнь. — Вытерев слезы, я нанесла еще пару ударов. Острая боль прострелила предплечье.
— Ты неправильно бьешь. — Кейден подошел ближе и схватил мою руку, убрав большой палец в сторону и сжав ладонь в крепкий кулак. — Никогда не прячь большой палец в кулак, так можно и руку сломать. — Он придержал грушу. — А теперь ударь еще разок, сорви на ней раздражение.
— Зачем? Я в норме. — Я начала отступать, когда он мягко поймал мою руку.
— Поверь, никто из нас не в норме, у всех есть херня, с которой нужно разобраться. У некоторых хуже, чем у других, но тренировки и сражения со своими демонами помогают.
— Ты этому пытаешься научить Зандера? — спросила, стряхивая его руки.
— Ага, но он слишком упрям, думая, что все в норме, — хмыкнул он.
— Итак, с кем ты хочешь нас познакомить, — произнесла я, ударив по груше.
— Ее брат — Ли. Помнишь его? — спросил Кейден, удерживая грушу, пока я продолжала по ней бить.
Я глубоко задумалась, пока не догадалась.
— Тот парень, который постоянно шлепал меня по заднице? Тот, кого Зандер в конечном итоге избил?
Кейден хохотнул.
— Тот самый.
— Только не говори, что они с Зандером теперь друзья.
— Они друзья.
Я закатила глаза.
— Конечно, друзья.
— Как бы там ни было, — Кейден усмехнулся. — Эта девушка…
Я поймала его взгляд, когда его голос оборвался.
— Кейд?
Он откашлялся и отошел от снаряда.
— Ты знаешь о моих чувствах к Зандеру, они никогда не изменятся. Но она тоже знает и дает мне то, чего бы он никогда не смог. Она что-то во мне нашла… — Он прошелся рукой по своим темным волосам.
— Она, наверняка, замечательная, — нежно сказала я, положив руку на его плечо.
— Я хочу, чтобы ты продолжила с ней общаться… после… если… — его голос дрогнул.
Я кивнула и обняла его за талию.
— Конечно, все твое — мое, — прошептала я.
Он обнял меня в ответ, и мы стояли так, казалось, несколько часов, хотя, наверное, прошли всего лишь минуты.
Будучи друзьями все школьные годы, мы с Зандером и Кейденом обрели особую связь. Родители Зандера называли нас Три Мушкетера. Я покачала головой, вспоминая, как мы ненавидели это прозвище, но после гибели его родителей в той ужасной аварии, готова поспорить, что он отдал бы что угодно,
чтобы услышать, как они произносят его еще раз.В глубине души поселилось чувство вины, оно словно обосновалось на постоянное место жительства, будто я с ним рождена. То, что я оставила Зандера после гибели родителей… никогда не смогу себе этого простить. Я так поступила не специально. Просто выбора не осталось. Если бы я только могла ему объяснить. Я должна заставить его понять, доказать, что не желала его ранить.
— Мне нужно побыть одному, — сказал Кейден, прерывая тяжелую тишину.
— Конечно, — согласилась я, глядя, как он направляется к двери.
— Зандер вернется через какое-то время. Он обычно ходит на пробежку, слушая музыку на телефоне. — Друг повернулся ко мне. — Пожалуйста, будь терпимее. Знаю, это сложно, но он нуждается в этом так же сильно, как и ты.
— Я попытаюсь, — ответила мягко.
Он кивнул и вышел, медленно прикрыв дверь за собой.
Сделав вдох, я осела на мат.
— Пожалуйста, Боже, помоги ему простить меня. Позволь нам обоим обрести покой.
Но я понимала, что придет время, когда все обернется скандалом и кто знает, чем еще.
Поднявшись на ноги, я включила музыку, тяжелый металл зазвучал из колонок. Размяв руки, начала долбить по боксерской груше. Представляя, что в ней скопились все разочарования, все совершенные мной ошибки, я колотила изо всех сил. Если бы только все оказалось так просто, если бы я могла выбить из нее все ошибки. Может тогда Зандер простил бы меня, тогда все стало бы проще, и я могла бы простить его. Да, он во всем винит меня. Но и с ним не так просто поладить. Он ведет себя как придурок и не хочет этого признавать. Я молилась, чтобы та дрянь, которую он употреблял, не погубила его так же, как алкоголь мог разрушить меня.
Зандер
— Клянусь, вы трое словно приклеенные, — рассмеялась мама. — Нет, лучше, вы как Три Мушкетера. — Ее улыбка стала еще шире. — Отлично.
Я покачал головой, обхватив лучших друзей за плечи.
Кейден только усмехнулся, а Хоуп поцеловала меня в щеку.
— Вместе. Неразделимы. Навсегда, — сказала она.
Внутри зародился трепет. Я надеялся, что она окажется права.
Направляясь к лестнице, я вынул наушники из кармана и засунул их в уши. Неразделимы. Навсегда. Пожалуйста.
Почему? Почему после стольких лет? Хоуп и Кейден были близки. Всегда. Мы втроем редко разлучались. Но между ними установилась связь, которую я никогда не понимал. Была ли такая связь между мной и Кейденом? А с Хоуп? Я понятия не имел.
Ты ничтожен. Ты нам не нужен. Повзрослей и начни двигаться дальше.
Я постарался сглотнуть пересохшим горлом. Зрение затуманилось от слов, стучащих в сознании. Я нажал «play» на телефоне. Нервное напряжение, мучившее тело и мысли, каждый день пытавшееся меня уничтожить, ослабело при звуке ворвавшейся в голову тяжелой музыки. Волоски на шее покалывало. Я чувствовал, как Хоуп и Кейден глазеют на меня. Наверное, они и говорили со мной. Но я отказывался поднять взгляд, поддаваться их приставаниям и херне о самопомощи.