Чтение онлайн

Неслышно собралась и вышла прочь из каюты номер тринадцать. Манлий не слышал звука запираемой двери: он спал с бесконечно счастливым выражением на лице. Похоже, обман порою приносит людям радость.

В длинном коридоре, почти темном и узком, никого не встретила на пути к своей восточной стороне. Фонари, имитирующие свечи в канделябрах, слабо освещали путь к моей каюте. Если здесь и есть камеры наблюдения, то им мало что удается запечатлеть, при таком тусклом романтичном свете!

Шла медленно, стараясь понять, что побудило отчима решиться на такой безнравственный шаг: ставить некие эксперименты на старых почтенных членах общества? Церковь

Креатора во все времена лишь делала вид, что играет в нравственность, все собственные прегрешения объясняя божьей волей, подобно тому, как древний Рим все свои беззакония мотивировал статьями закона, основанного на силе. Когда возникла эта церковь? После того, как прилетали инопланетяне...

Вдруг тонкая слабая рука дотронулась до меня. Мигом перехватив руку, я выдернула из ниши в темноте существо, дрожащее от ночной прохлады и страха. Присмотрелась: горничная Лиэз-13! Что ей нужно в такое время?

– Госпожа! Не ходите дальше! Там - убийцы! Я знаю, слышала: им велено убить вас и сбросить с дирижабля вниз! Не ходите к себе: они вас убьют!

– Ты хочешь сказать, там - люди из казино? Они хотят забрать деньги?
– я мигом сориентировалась: засады следовало опасаться. Как я раньше...

– Госпожа, если вы были где-то в гостях, вернитесь обратно! Возможно, там вы обретете спасение? Здесь вас ждет неминуемая смерть!

Первые воспоминания: лежу с открытыми глазами, смотрю перед собой. Вижу везде серое, бесцветное. Слов не нахожу, хотя обрывки цветовых пятен мелькают в мыслях. Я не знаю слов, понятий, - ничего не знаю. В голове - пустое место. Пройдут дни, и я научусь соединять слова и объекты.

Повсюду вокруг меня - штабеля тел других существ, почти во всем подобных мне: недвижимых, безмолвных, беспомощных, нагих, лишенных всякой растительности на лицах и телах. Черты лица у всех лежащих разнятся, но видеть это научусь нескоро. К каждому телу в области сгиба рук подведено несколько трубок: через них в организмы попадает некая жидкость из больших бидонов.

Потолок надо мной - совершенно серый, бугристый, с застарелыми подтеками воды. Стены - такие же серые, как потолок, и по ним бегают странные маленькие зверюшки, темно-коричневые, юркие, мерзкие, их здесь - бесчисленное множество! Позже пришло слово: 'тараканы'...

Кто я? Зачем здесь? Это сон или явь?

Несколько дней провела в том странном сарае, который на самом деле был одним из залов огромной фабрики-мастерской по производству живых подобий человека. Когда я узнала, что мы все здесь - биороботы? Иначе: 'клоны', не знающие своего предтечу. Есть клоны, - их немного, которых изготавливают по особым заказам: клоны господ.

Как только мне в тело вживили мою первую обучающую программу, я поняла: что недавно родилась, то есть возникла; что я похожа на человека, но не человек, потому что создана иным способом. И для иной цели. Моя задача в жизни - обслуживать человека, работать для его пользы.

Мои руки и ноги, сразу после вживления в тело первого чипа, немедленно обрели способность двигаться, совершать некие осмысленные движения. Но поначалу я двигалась неуклюже, часто падала, если пыталась встать резко.

Как только обрела способность ходить и двигать пальцами, питательную среду от моих вен отключили. Несколько человек, - настоящих людей, - вживляли в нас программы и тут же заставляли садиться на наших

досках, служивших ложами сотням или тысячам существ в огромном помещении-складе. Нас заставляли ходить попарно, держась за руки. Когда-то кто-то один падал, то невольно увлекал за собой второго.

Наши 'учителя' первых шагов в жизни часто сердились на нас: кричали, топали, иногда били тех, кто не подчинялся сразу указаниям. Я плохо понимала, что от меня хотят, но зато понятие физической боли освоила сразу. Больно было, когда крутили за ухо. Когда грубо брили волосы: через несколько дней они начали отрастать на голове, как живая мягкая трава. Волосы... почему мне нельзя отрастить их? Ведь у наших воспитателей на головах - целые шевелюры разных оттенков!

Очень трудно было держать ложку во рту: это называлось 'прием пищи'. Начальник, видя мою неловкость, что-то пытался втолковать нерадивой ученице, но я не понимала!

И тогда, отняв из рук ту самую ложку, он стукнул меня ею по левому виску, назвав 'тупицей', годной на корм рыбам. Я думала, что он шутит. Оказалось, нет: некоторых из нашего помещения действительно отправили на 'переделку', как неудачные образцы. Мне повезло: через несколько недель я овладела всеми необходимыми навыками. Меня учили даже более тщательно, чем других: я была 'миловидным клоном', и на меня заранее была подана заявка. Работа уже ждала меня.

Когда научилась нормально передвигаться, быстро и аккуратно пить и есть, самостоятельно одеваться и ходить в определенное помещение без посторонней помощи, мне вживили еще пару чипов, и начали ускоренно обучать выполнению будущих служебных обязанностей.

Оказывается, мне предстояло стать горничной, да не где-нибудь, а на летательном средстве! В воздухе! Плохо понимала разговоры двух моих воспитателей, но помню, как тщательно меня учили держать в руках приборы для уборки помещений, как тщательно объясняли, что такое 'чистота', которую я буду поддерживать...

Перед самым отправлением к непосредственному месту будущей работы, меня научили мыться. Не просто принимать душ, а мыться: активно смывать грязь с тела, делать самомассаж, давая отдохновение и удовольствие телу, так как подобные сведения могут оказаться полезными для работы. Им тоже может понадобиться массаж, а мои ласковые ручки так нежны...

Грубые руки 'учителя' указывали мне на самые чувствительные точки на теле человека. В последний вечер он показал мне, как клиенты могут хотеть получать удовольствие от моего тела: перед ванной с водой опрокинул меня спиной вперед, заставив прогнуться, и быстро и неожиданно причинил боль, а затем вынудил принять вместе с ним ванну. Я тогда толком не поняла, что такое со мной произошло: слов таких не знала. Но, когда меня привезли на дирижабль, старшая горничная, быстро осмотрев меня, засмеялась: 'опять эти дикари из лепрозория клонов поторопились! Может быть, клиент бы захотел взять девочку целой! Ничего, исправим эту беду!'

Вместе со мной на дирижабль прислали парня. Клона-мужчину, для выполнения самых тяжелых работ: в воздухе такая работенка бывает. Он носил огромные баулы путешественников, зачем-то его приглашали иногда в трюм и топливный отсек. Его звали Кардис-4, и он не умел вести беседу. Говорят, клоны похожи на тех, из чьей плоти их сделали, еще и характером.

Работа мне далась легко. Много ли ума нужно для того, чтобы убрать каюты, протереть пыль, набрать ванну? Проще простого, тем более, что программа-чип заранее давала варианты возможных ответов на любую проблемную ситуацию.