Исповедь Розабеллы
Шрифт:
– О, Боже!
Это все, что я могла выдавить из себя! Все, на что была способна!
Я не могла представить, что чья-то семья может поступить так с членом своей семьи, ведь сама всю жизнь жила в любви и понимании.
– Мать выгнала меня из дома, обвинив в том, что из-за меня вся их жизнь потеряла смысл.
– Максим, мне так жаль, родной, - я потянулась к нему и нежно поцеловала в губы, желая передать крупицу своей любви и вдохнуть в него силы.
Максим ничего
– Я так скучал, Роза, - оторвавшись от меня, прошептал он и продолжил прерванный рассказ, - почти две недели я прожил на улице, питаясь остатками и воруя в магазинах. Проводя ночи на холоде, в кладбище, у могилы отца. Именно там меня и обнаружил человек, которому я обязан своей теперешней жизнью. Именно этот человек спас голодного бездомного ребенка и приютил у себя дома.
– И кто же это был? – спросила я, уже ощущая какое-то предчувствие.
– Отец Натальи.
Глава 14
«Моя жизнь в твоих руках – так держи ее крепче и никогда не отпускай...»
Это имя, произнесенное вслух, заставило меня вздрогнуть и, оторвавшись от Максима, присесть на кровати.
Не знаю, как и почему, но за этот час я успела забыть все плохое, что было связано у меня с ним. Успела окунуться в его мир, который он, наконец, решил разделить со мной, и даже не подумала о том, что мама может волноваться.
Конечно, все это можно объяснить тем, что Максим решил довериться мне, что он решил впустить меня в свою жизнь и открыть тайны мрачного прошлого. А оно явно у него было мрачным.
Сердце до сих пор сжимается от боли...
Как представлю Максима маленьким мальчиком, шлющегося по ночным проулкам в поисках пищи... голодного и оборванного... усталого и страдающего...
Но имя жены вновь вернуло все в прежнее русло. Разрушило очарование.
Я нервно сжала простынь обеими руками и бросила взгляд через плечо.
Максим закинул руки за голову и теперь лежал, откинув на них голову и глядя в темный потолок. Полные губы были поджаты, густые брови нахмурены, черные пряди волос чуть прикрывали лоб.
– Я должна вернуться домой.
Слабая попытка разрушить возникшую напряженность и достойно исчезнуть.
– Нет.
Резкий категоричный ответ, заставивший сердце больно сжаться.
Все! Час слабости прошел и теперь можно снова стать прежним? Роза вновь стала игрушкой для «морального» битья?
Немедля вскочила с кровати, и уже хотела кинуться в сторону, как сильные руки удержали меня на полпути и кинули обратно на мягкую поверхность.
– Ты не имеешь права удерживать меня против моего желания.
– Твои желания здесь не учитываются, - Максим прижал меня спиной к кровати и навалился сверху, локтями упершись в постель по бокам от моей головы. Он наклонил голову и пристально вгляделся
в глаза, - думаешь, я для развлечения рассказал тебе обо всем?Я попыталась вырваться, но все безрезультатно. Лишь ухмылка в ответ.
– Для чего же?
Неужели, это мой голос так дрожит?
Максим пальцами правой руки нежно провел по моей щеке, а затем, отстранившись, развалился рядом.
– Я не просил его об этой услуге. Не просил, чтобы меня жалели, - тихим голосом прошептал он.
Я сразу поняла о ком и дет речь и непроизвольно придвинулась ближе, чтобы лучше слышать.
Чтобы не происходило в прошлом, как бы сильно он меня не обижал, я не могла не интересоваться. Не могла отвернуться.
Да, возможно, я об этом пожалею. Возможно, я потом буду ненавидеть себя за эту слабость, но сейчас меня это не волновало.
Как говорила Скарлетт, героиня моего любимого романа:
«Я подумаю об этом завтра!»
Сейчас же главное – ничего не упустить, ничего не пропустить!!!
Максим несколько раз тяжело вздохнул и продолжил свои откровения:
– Я даже сопротивлялся этому. Не желал и мыли допускать о том, что могу стать для кого-то обузой, - он оторвался от созерцания комнаты и на секунду прикрыл глаза, - А когда узнал, кем является его дочь, то вообще предпринял попытку бега.
– Ты знал Наталью до этого?
Вопрос вырвался сам собой.
– Не сказать, что знал. Просто имел честь быть избранным.
Я непонимающе уставилась на Максима. Избранным?
– Что ты хочешь этим сказать?
– Я много слышал про нее. И слухи эти были неприятными, - он повернулся ко мне боком и, протянув руку, поправил за ухо выбившийся локон, - она была дочерью крупного бизнесмена, понимаешь? Для нее не существовало никаких преград, не существовало запретов. Она подчиняла других. Подчиняла угрозами. А это было тем, что я ненавидел больше всего.
Догадка пришла ко мне неожиданно, и не успела я подумать, как мысли обратились в речь:
– Она захотела тебя?
Руки сжались в кулаки, а сердце забилось быстрее в ожидании ответа, который я уже могла предвидеть.
– Правильный ответ, 3 миллиона твои, - усмехнувшись, подтвердил Макс.
– Неудачная шутка, - пробурчала в ответ и отстранилась.
– Прости.
Что???
Максим попросил прощения?
Я удивленно уставилась на Максима, губы которого расплылись в улыбке, в которой проскальзывала печаль.