Исполнить желание
Шрифт:
– Что-нибудь еще?
– тихо спросил Гарри, все еще ошеломленный огромной суммой на своем новом счете.
– Нет, за исключением того, нет ли у вас еще вопросов ко мне, мистер Блек, - покачал головой банкир.
– Нет, сейчас нет, - Гарри моргнул и снова взглянул на суммарную цифру баланса.
– Полагаю, мне пора идти.
– Я провожу вас до двери, - улыбнулся банкир.
– Приятно иметь с вами дело, мистер Блек.
– Так же как и мне, - улыбнулся Гарри.
– Спасибо, что уделили мне время.
– Сюда, мистер Блек, - банкир провел Гарри через несколько коридоров прежде чем указать на выход.
– Это один из
– Спасибо, - кивнул Гарри, ступая на мостовую.
– Хорошего дня.
– Как и вам, мистер Блек, - банкир закрыл дверь.
Спускаясь по улице, Гарри заглядывал в витрины магазинов и остановился перед одной из них, в которой были разложены хронометры. Войдя в магазин, Гарри огляделся вокруг, и заметил мужчину со странным приспособлением на голове, склонившегося над маленьким столом.
– Я освобожусь через мгновение, - мужчина даже не поднял взгляда.
– Мне необходимо установить последнюю деталь.
– Не торопитесь, - Гарри кивнул, - я не спешу.
Часовщик несколько секунд что-то паял за своим столиком и затем поднялся, сдвинув странное приспособление на голове.
– Простите за задержку, я был в середине весьма деликатной операции, и не мог прерваться.
– Нет проблем, - кивнул Гарри, - я увидел витрину и зашел в магазин, так как мне нужны самые надежные часы, какие только у вас есть.
– А вы знаете, что вам нужно, а?
– часовщик улыбнулся и вытащил из витрины золотые часы, инкрустированные драгоценными камнями.
– Это самые точные часы, какие мы можем предложить, вот эта кнопка сбоку меняет местное время на гринвичское в любом часовом поясе, а сам корпус часов неразрушим.
– Звучит хорошо, только, - Гарри помедлил, - у вас есть нечто похожее, но не такое безвкусное?
– Разумеется, - кивнул хозяин магазина, возвращая часы в витрину и заменяя их другими, - эти часы обладают теми же самыми характеристиками, но несколько менее… безвкусны.
– Я беру их, - Гарри улыбнулся, расплачиваясь и закрепляя явно серебряные часы на запястье.
– Вы не знаете, где я могу найти транспорт до Берлина?
– Магазин рядом, как выйдете - направо, - кивнул часовщик, - называется «Рискованные путешествия», вы его не пропустите.
– Спасибо, - Гарри покинул магазин и вошел в «Рискованные путешествия».
– Что я могу для вас сделать?
– взглянула на него женщина за прилавком.
– Портключ до Берлина, если у вас есть один готовый, - ответил Гарри, рассеянно рассматривая одну из картин на стенах туристического агентства.
– Один момент, - женщина достала маленький округлый предмет.
– Что-нибудь еще?
– Нет, это все.
– Тогда с вас двадцать пять франков, - ответила женщина.
– Слово для активации портключа - Берлин, всего хорошего.
– И вам, - кивнул Гарри.
– Берлин.
Прим. авт.: Таможенник знал, что перед ним был Гарри Поттер и он заменил имя на «Мистер», когда просматривал паспорт.
Прим. пер.: Во это для меня осталось непонятным, говоря по правде.
Глава 12. Стена
– Добрый вечер, сэр, - улыбающийся таможенник приветствовал Гарри по прибытии, - как там погода, в Швейцарии?
– Отличная, - Гарри пожал плечами, выкапывая в рюкзаке свой паспорт, - Как погода в Германии?
– Тоже хороша, сэр, - кивнул таможенник.
– Очень приятная на данный момент. Какова цель вашего визита?
–
Я на каникулах, - Гарри протянул мужчине свой паспорт.– Я хочу осмотреть несколько музеев и памятников, и попробовать вашего знаменитого пива.
– Все в порядке, мистер Блек, - таможенник поставил штамп в паспорте и протянул его обратно.
– Надеюсь, вы приятно проведете время в Берлине.
– Я тоже на это надеюсь, - Гарри улыбнулся, - и спасибо.
Гарри вышел из таможни и поймал такси, как всегда не подозревая о впавших в панику офицерах Службы Правопорядка, сбитых им со следа.
В воздухе ощущалось волнение, и многие здания в городе выглядели строящимися либо восстанавливающимися. Гарри улыбался, восхищаясь городом, удивляясь поразительно большому числу зданий, все еще носящих на себе шрамы последней войны.
Гарри потратил весь день, вглядываясь в чудеса Берлина, пока, наконец, не остановился у превосходно выглядевшего отеля, с улыбкой на утомленном лице. Это был долгий день и, наконец-то, все странности остались позади.
– Могу я помочь вам, сэр?
– спросила девушка за стойкой портье.
– Мне нужен номер, если у вас найдется один в запасе, - кивнул Гарри, - самый комфортабельный из имеющихся в распоряжении.
– Да, сэр, - девушка сняла ключ с ключницы, - я заселила вас в номер 4-0-6, прикажете что-нибудь еще?
– Нет, не нужно, - Гарри взял ключ, - спасибо.
– Спасибо вам, сэр.
Гарри с улыбкой поднялся в свой номер и бросил рюкзак на кровать. Подойдя к окну, он раздернул шторы и помедлил, возможно, их следует оставить закрытыми. Если уж он не может запретить людям появляться за его окнами и разбиваться насмерть, то с задернутыми шторами можно, по крайней мере, притвориться, что он ничего не заметил.
Гарри проснулся поздним утром следующего дня, и, сверившись со своими заметками, решил встретиться с Профессором и Хенчгир к вечеру.
Спустившись в вестибюль отеля, Гарри остановился перед небольшим информационным столом, чтобы немного узнать о Берлине.
– Чем я могу помочь вам, сэр?
– Мне нужно убить несколько часов, - улыбнулся Гарри, - было бы замечательно, если бы вы посоветовали мне несколько достопримечательностей для посещения.
– Всегда популярен музей Стран-Союзниц, - девушка за информационным столом улыбнулась и начала выкладывать перед Гарри буклеты, - есть еще несколько мест, которые нельзя не посетить.
– Спасибо, - кивнул Гарри, забирая список достопримечательностей, - и всего вам хорошего.
Пульс Гарри участился, когда он читал описание музея Стран-Союзниц, он прибыл в Берлин с точно определенной целью - познакомиться с историей советской оккупации, и сейчас ему представился такой шанс. Он особенно интересовался стеной, потому что с ней было связано одно из самых счастливых его воспоминаний.
Гарри был ребенком, когда стену разрушили, но он все еще помнил восторженный взгляд репортера, освещавшего этот переломный момент истории. Взгляд, сказавший миру, что зло было отброшено назад, взгляд, говоривший о справедливости в мире. Его дядя в шоке уставился в телевизор, не в силах поверить в сказанное репортером. К сожалению, Вернон заметил смотрящего телевизор «никчемного мальчишку», и затем все стало куда менее приятным. Несмотря на это, воспоминание о том, как толпа людей сносит страшный рубец прошлого, деливший Берлин пополам, оставалось одним из самых счастливых в его жизни.