Испанский рассвет
Шрифт:
– Солнышко, по-моему, лучше ей сразу все рассказать.
Он поставил бефстроганов на разогрев в микроволновку и достал ноутбук. Мия, сгорая от любопытства, вертелась рядом и готова была взобраться ему на голову.
– Даже не верится. Жалко, мама этого не видит.
«Только ты и я». Почему он вспомнил сейчас название этого альбома?..
Он напечатал: «Здравствуйте. Меня зовут Бакстер. Моя супруга, София, была приемным ребенком. С семьей они проживали в Венис-Бич, штат Калифорния. У нас есть дочь – Мия. Она сейчас стоит рядом. Мы можем поговорить по телефону? Бакстер
Мия прочитала письмо вслух.
– Все хорошо. А можно как-то повежливее?
– Справедливое замечание.
Бакстер добавил: «Очень рады познакомиться».
Мия одобрительно кивнула. Бакстер пододвинул курсор к кнопке «Отправить сообщение». Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. А что, если они зря все это затеяли? В этот момент Мия уверенно положила свою руку поверх его ладони и нажала на его застывший в неуверенности палец. Он даже не успел опомниться. Сообщение ушло адресату.
Глава 6
Приглашение
В глубине души Бакстер надеялся, что Эстер не ответит. Как бы не так. Он проснулся от звука уведомления уже в субботу утром и втайне от Мии прочитал новое сообщение:
«Очень рада, что вы ответили. Было бы здорово пообщаться по телефону. У нас шесть часов разницы. В какое время вам будет удобно? Можно поговорить по “Ватсапу”».
Бакстер уже пожалел, что позволил втянуть себя в эту историю. Он окликнул Мию, которая, сидя за обеденным столом, смотрела на ютубе ролики про шахматные дебюты. Они вместе прочитали сообщение, и Мия пришла в неописуемый восторг. Бакстер пообещал дочери поговорить с Эстер на следующий день.
В воскресенье утром в ожидании звонка от Эстер он пил кофе в своем кабинете и готовился к завтрашнему дню. Ценой больших усилий ему удалось отговорить Мию от участия в первом разговоре с Эстер, поскольку сначала он сам должен был разведать обстановку. Поэтому он пригласил соседскую девочку-подростка, которая его часто выручала; сейчас девочки смотрели мультфильмы.
В назначенное время зазвонил телефон. Бакстера словно током ударило. Неужели ему это не снится? Он снял очки, которыми пришлось обзавестись после сорока, и, положив их перед собой, ответил на видеозвонок.
– Бакстер? – с теплотой в голосе спросила Эстер.
Увидев ее на экране, Бакстер с большим трудом подавил возглас удивления. То, что перед ним мама Софии, он знал так же точно, как и то, что Мия – дочь своей матери. Легкая заостренность черт лица не оставляла никаких сомнений. Но больше всего его поразили глаза, такие до боли родные, излучающие бесконечную мудрость, любопытство и жизнелюбие. Что-то в ее глазах заставило Бакстера вспомнить женские портреты кисти самых прославленных мастеров.
Забыв на миг, что Софии нет в живых, он ощутил умиротворение и радость. Но потом ему стало настолько не по себе, что пришлось отвести взгляд.
– Да, это я.
– Очень рада знакомству.
Он заставил себя посмотреть на экран.
– Мне тоже приятно, Эстер.
Черное, классического
кроя платье очень ей шло. Блестящие длинные волосы каскадом ниспадали на плечи. На полных бархатистых губах мерцала помада, отражая падающий сверху свет.Она поправила его:
– Почти как Фред Астер. Ударение на втором слоге.
Бакстер произнес ее имя еще раз, и она одобрительно кивнула.
– Все это как-то… – Пауза затянулась.
– Странно? – подсказала Эстер.
– Ну да. В принципе, можно и так сказать. – Его поразило не только сходство с Софией, но и возраст. Почему-то он ожидал увидеть пожилую женщину лет семидесяти, однако Эстер было чуть больше пятидесяти. Похоже, Софию она родила в очень юном возрасте.
Не отдавая себе отчета, с начала разговора Бакстер нервно щелкал ручкой с логотипом своей строительной компании, а потом вдруг резко, словно укололся, выронил ее.
– У вас очень хороший английский, – заметил он. – Вы жили в Америке?
– Я училась в Кембридже в Англии.
– Ничего себе! – Теперь Бакстер уловил английский акцент. Вот значит в кого София такая интеллектуалка.
Каждый наперебой пытался что-то сказать, и Бакстер решил перехватить инициативу.
– Простите, что ответил не сразу. Просто… не то чтобы сомневался в результатах теста, но полной уверенности до сегодняшнего дня не было. Сейчас, глядя на вас, могу сказать точно, вы – мама Софии.
Эстер едва заметно, но с явным облегчением улыбнулась. Печать страдания, которое, должно быть, приносили многолетние безрезультатные поиски дочери, исчезла с лица женщины. Однако, улыбающаяся и счастливая, она пока не знала, какой удар ее ждет. Эта мысль больно кольнула Бакстера. С одной стороны, ему хотелось побыстрее покончить с разговором, с другой – тянуло как можно дальше отодвинуть неизбежный момент, когда Эстер узнает о смерти дочери. Бакстер понятия не имел, что будет труднее: разрушить надежды Эстер или заставить себя произнести вслух слова о смерти Софии.
– Где она? Я могу с ней поговорить?
Он тяжело вздохнул. Обратного пути нет.
– Она умерла. Мне очень жаль.
Выражение скорби тенью легло на лицо, которое так походило на Мию и Софию. Эстер в одно мгновение состарилась на несколько лет. Она отвела в сторону глаза, в которых он прочитал разочарование и чувство вины.
– Это случилось три года назад. – Не убирая камеру от лица, Бакстер встал и начал беспокойно расхаживать по комнате. – Мне жаль, что вам пришлось услышать такую новость. Я не знал, как мне поступить…
Наконец Эстер снова посмотрела в объектив. В ее глазах стояли слезы.
– Простите меня. – Понимая, что она ждет объяснений, Бакстер продолжил: – Поженились мы десять лет назад. Встретились в Южной Калифорнии, где я проживаю по сей день. Как вы уже поняли, у нас есть дочь Мия.
– Мия… Какое красивое имя. – По ее заплаканному лицу пробежала тень улыбки.
– Ей не терпится пообщаться с вами. Но я счел, что будет лучше, если первый разговор состоится без нее. Сначала… – Он покачал головой. – Сначала я должен был рассказать вам о Софии. Мия держится, однако ей приходится непросто.