Искупление
Шрифт:
Я прекрасно понимаю, что теряю много крови, но я беспомощен перед этим.
Скрипя зубами, я делаю еще один глубокий вдох, прежде чем открыть глаза. Мне нужно увидеть ее снова, если это то, как я ухожу, если это то, как я заканчиваю, тогда я готов принять это, пока мое последнее видение — это Рен.
Я останавливаю на ней взгляд, не упуская из виду боль и беспокойство, мелькающие в ее глазах, прежде чем она внезапно опускается передо мной на колени. Я не произношу ни слова, позволяя ей подойти ближе. Она кладет ладонь мне на грудь и оглядывает меня с головы до ног.
Я в восторге от нее.
Она
Без тени сомнения, она была создана для нас.
Этот мир, наш образ жизни не для большинства, но, черт возьми, когда она в действии, кажется, что именно она все это создала.
Она уверенно ходит, точно целится и убивает так, словно это ее право по рождению.
Она проводит языком по нижней губе и придвигается ближе. — Я знаю, это худший вопрос, но ты в порядке? Я могу тебе что-нибудь принести? — спрашивает она, убирая руку с моей груди и лениво проводя пальцами по кончикам моих волос, когда я улыбаюсь ей.
— Теперь, когда ты здесь, я в порядке, — бормочу я, шипя от боли, пронзающей меня, когда внедорожник трясется на неровной дороге под нами.
Ублюдок.
— Говори со мной серьезно, Энцо. Я беспокоюсь за тебя.
Неужели она думает, что я сказал бы это просто так? Как будто я не это имел в виду?
— Я не думаю, что ты готова к моему честному ответу, — умудряюсь ответить я, мое тело медленно слабеет, пока я пытаюсь бороться с пулей, застрявшей у меня в животе.
— Испытай меня.
Два слова. Всего два, и она понятия не имеет, что выпустила на волю. Но с той болью, которую я испытываю, и неуверенностью, которая окружает меня подобно шторму, я даю ей то, что она хочет.
— Я одержим тобой, — признаюсь я, свободной рукой беру ее за руку и переплетаю наши пальцы.
Она не сбивается с ритма и наклоняется ближе, глядя на меня сверху вниз с легкой усмешкой на губах. — Я тоже одержима тобой.
Мое сердце колотится в груди, не самая лучшая реакция, когда я в таком состоянии, но я не контролирую свое тело.
— Ты издеваешься надо мной, — ворчу я, морщась от боли, которую испытываю, когда она качает головой.
— Ты бы мог сломать меня, я никого никогда не подпускала так близко, как вас троих… черт возьми, у меня даже не было бы выбора, если бы ты этого захотел. — Ее слова подобны запретной правде, когда они срываются с ее губ, ее взгляд опускается туда, где соединяются наши руки, пока я перевариваю правду, стоящую за каждым словом.
— Сломать тебя не входит в мои планы, Bella, и у меня такое чувство, что это тоже не то, в чем заинтересованы мои братья. — Если бы мне сейчас не было так больно, я бы показал ей, как сильно я ее жажду.
— Я думаю, Энцо пытается сказать, что мы не можем до конца понять, как ты так легко проникла к нам в душу, но мы не против этого. Во всяком случае, нам это нужно больше, чем воздух, которым мы дышим. — Я бросаю взгляд на Маттео, который сидит напротив меня, положив руки на колени и не отрывая взгляда от Рен.
Я сам не смог бы сказать лучше.
У Рен нет возможности ответить, поскольку внедорожник останавливается, заставляя меня снова съежиться, когда мое тело напрягается, а боль, вибрирующая во мне, усиливается.
—
Пожалуйста, черт возьми, скажи мне, что мы на месте. Я изо всех сил пытаюсь держать глаза открытыми, — бормочу я, давление на толстовку ослабевает, когда я смотрю на Рен.— Мы на месте. — Я не могу сказать, разочарована она или испытывает облегчение из-за того, что ее прервали, но я не могу настаивать на том, чтобы выяснять это, потому что мгновение спустя дверь открывается, и в салон просовывает голову незнакомый мне парень.
— Итан, привет, я знаю, что звала тебя, но мы далеко от Ричмонда. Я думала, Луна пришлет кого-нибудь другого, — говорит Рен, прекрасно понимая, кто такой Итан, но она не сокращает дистанцию между ними, не обнимает его и даже не улыбается, если уж на то пошло.
Мои брови хмурятся, как и брови Вито и Маттео, когда мы наблюдаем за их взаимодействием, несмотря на кровь, покрывающую мою кожу.
— Я был на Манхэттене, когда позвонила Луна, так что я помчался сюда. К счастью, я был на своем байке, так что смог проехать через пробку немного быстрее.
Я не могу решить, нравится мне этот парень или нет.
Это могло бы быть совершенно ничего, но его фамильярность с Рен бесит меня больше, чем я хочу признать, даже если он здесь, чтобы спасти мою гребаную жизнь.
— Что ж, спасибо, я знаю, что Энцо будет в хороших руках. — Она переводит взгляд на меня, мягкая улыбка появляется на ее губах, когда она в последний раз сжимает мою руку, прежде чем отодвинуться. — Я обещаю тебе, я бы не доверила тебя никому другому и вполовину так сильно, как этому парню, и поверь мне, ты нужен мне больше, чем мой следующий вздох.
Ее слова поглощают мой разум. Понимание в наших глазах, когда она ссылается на то, что Маттео сказал мгновением ранее.
Проглатывая комок в горле, я киваю. — Я доверяю твоему суждению.
— Давайте перенесем пациента из машины на носилки. Мне сказали, что мы делаем это в воздухе, верно? — Спрашивает Итан, когда Маттео и Вито выходят через другую дверь, в то время как Рен остается рядом со мной.
— Правильно, — отвечаю я, когда его взгляд опускается на мой, и он широко улыбается в ответ.
— Я никогда раньше не был в Италии, — замечает он, наполовину задвигая носилки во внедорожник, прежде чем помочь мне слезть с того места, где я лежу на сиденьях.
Как только я как можно лучше закрепляюсь на носилках, он следует за моими братьями через дверь рядом с моей головой, прежде чем появиться снаружи у моих ног. Я скриплю зубами от боли, когда он тянет пластик, на котором я лежу, к металлической раме, прикрепляя меня к устройству, прежде чем, не теряя времени, направиться к самолету.
Я запрокидываю голову, чтобы посмотреть на Рен, которая идет в ногу с моими братьями, и я вздыхаю с легким облегчением, зная, что она рядом, прежде чем переключаю свое внимание на доктора рядом со мной.
— Итак, откуда ты знаешь Рен?
Я пытаюсь вопросительно поднять брови, но безуспешно. Мышцы моего лица напрягаются от боли, которую я испытываю, пытаясь справиться с ней.
Итан смотрит на меня сверху вниз на секунду, прежде чем снова сосредоточиться прямо перед собой. — Я лицензированный врач в местном медицинском центре Академии Физерстоун.