Искупление
Шрифт:
Возможно, я действую под другим именем, но то, что я говорю, — правда, и они, похоже, согласны.
— Что более важно, насколько ты знакома с подобными заведениями? — Спрашивает Энцо слева от меня. Я ставлю свою бутылку на стол, поворачиваясь на стуле, чтобы лучше видеть его, что только приближает меня к Маттео.
Сосредоточься, Рен, черт возьми.
— Я бывала в подобных местах, несколько раз еще в колледже, но это было давно, — отвечаю я с улыбкой.
Академия Физерстоуна считается колледжем, верно? Мне было восемнадцать, когда я посещала вечеринки, устраиваемые Бирнсами, и, черт возьми, они устраивали шоу или оргии — с какой
— А что тебя интригует? Что тебя привлекает? — спрашивает Маттео, его пальцы скользят по обнаженной коже на моем плече, по ключице, отчего волосы у меня на затылке встают дыбом в предвкушении.
Его губы близко к моему уху, когда он играет с моим телом так невинно, но так взрывоопасно.
— Я люблю секс во всех его проявлениях. Ощущение желания, покрывающего твою кожу, нарастающего жара внутри, любопытства, подталкивающего тебя ближе. Это электрический разряд. И все из-за того, что одно тело касается другого, или нескольких. Все ищут одну и ту же конечную цель. Никакой политики, никаких мнений или осуждений. Только чистая, необузданная потребность. — Слова слетают с моих губ, как молитва, и я могу поклясться, что один или несколько из них стонут, но я не могу точно определить, кто именно, мои собственные слова заводят меня, когда я думаю о них.
— Так скажи мне, нам троим нужно тянуть соломинку между нами тремя, чтобы исследовать эту сторону жизни вместе с тобой? — Спрашивает Энцо, придвигаясь ближе и берясь пальцами за мой подбородок, заставляя меня встретиться с ним взглядом.
— Только с одним? — Спрашиваю я, лучезарно улыбаясь ему и с любопытством склоняя голову набок. — Я предпочитаю мужчин, готовых принять решение, Энцо. Правильно это или нет, но видеть такую силу и решительность — это экстаз, — мурлыкаю я, наблюдая, как расширяются его зрачки и сжимается челюсть от смеси удивления и потребности. — Я думала, что подписалась на это, когда пришла сюда, это то, что меня привлекло, но, возможно, я ошибалась, и, возможно, это ошибка, — добавляю я, не в силах остановиться, поскольку моя потребность в них усиливается.
К черту эту работу.
К черту глаза, которые, я знаю, будут наблюдать.
К черту все это.
После двух порций самбуки, растекающихся по моим венам, я более чем счастлива, что мои запреты рассеялись.
— Черт. Это… — рычит Маттео мне на ухо, и в следующий момент чьи-то руки хватают меня сзади за талию, за полсекунды до того, как я поднимаюсь в воздух и сажусь к нему на колени.
Прижимаясь спиной к его груди, губы прижимаются к моему затылку, я замираю на мгновение, прежде чем расслабиться в его объятиях.
— Вызов принят, Bellissima, — бормочет Вито с другой стороны от Маттео, прежде чем крепко взять меня за подбородок, впиваясь в меня горящими глазами, ожидая, что я откажусь от вызова, который я бросила. Но этого никогда не случится.
Никогда.
Его глаза так пристально смотрят в мои, что кажется, будто он запечатлеет в памяти каждую черточку моей радужки, прежде чем его губы опускаются на мои.
Твердые, требовательные опьяняющие.
Он доминирует надо мной, и я более чем счастлива позволить ему это. Мои руки поднимаются к его шее, но как только кончики моих пальцев касаются шрамов на его коже, чьи-то руки хватают меня за запястья, оттаскивая прочь.
Интуиция подсказывает мне, что для него это, должно быть, трудный предел, но это не останавливает силу его рта напротив моего, наши языки танцуют в ритме, как будто они были синхронны всю нашу жизнь.
Судя по тому,
как мои руки прижаты к груди, я предполагаю, что это Маттео полностью обхватил меня ими, как своим собственным обручем, ощущение его твердого члена под моей задницей только заставляет меня таять между ними еще больше.— Тебе нужно, чтобы мы останавливались и спрашивали разрешения на каждом этапе, Ава, или ты хочешь, чтобы мы просто принимали решения — хорошие или плохие? — Спрашивает Энцо, повторяя мне мои же слова, когда Вито на мгновение отрывает свои губы от моих.
Ошеломленная, я наклоняю голову в его сторону, приподнимая бровь.
Ухмылка на его лице становится шире по мере того, как между нами растет понимание.
Он предлагает мне другое решение, и я хочу, чтобы он просто принял его.
Энцо проводит своими мозолистыми пальцами вверх по моему бедру, моя кожа снова покрывается мурашками, когда он приближается к моей сердцевине, но как раз перед тем, как он чувствует мой жар, Маттео прерывает его.
— Вито, сделай кабинку приватной. Сейчас же, — рявкает он хриплым голосом мне в ухо, когда я хмурюсь в замешательстве.
— Разве смысл секс-клуба не в том, чтобы испытать все вместе? — Спрашиваю я, моя грудь вздымается с каждым вздохом. Привлекательность нескольких парней всегда заманивала меня, и сейчас, конечно, ничего не изменилось. Если уж на то пошло, я нуждаюсь в этом больше, чем когда-либо.
— Когда ты развалишься на части, Stellina, я хочу, чтобы это было только для наших глаз, — бормочет Маттео мне на ухо, и я почти взрываюсь от того, как легко эти слова слетают с его языка. Между ним и Вито у меня нет ни единого шанса пережить это.
Не теряя времени, Вито легко выдвигает стол из свободного пространства, прежде чем взяться за каждый конец кабинки, и две перегородки для уединения выступают с каждой стороны.
Волнение охватывает меня, когда Вито поворачивается ко мне лицом.
— К счастью для тебя, Ава, каждый из нас троих предпочитает что то свое, и ты скоро испытаешь все это. — Энцо опускается передо мной на колени, его взгляд сосредоточен на крошечном кусочке материи, прикрывающем мою киску.
У меня пересыхает во рту в предвкушении, когда Маттео ослабляет хватку вокруг моего тела, прежде чем провести своими большими ладонями вниз по моим рукам. Его пальцы переплетаются с моими, когда он поднимает их над моей головой, удерживая меня в нужном положении.
От этого движения моя грудь подается вперед, материал, прикрывающий мою грудь, почти не прикрывает соски, когда Вито снова возвращается на свое место рядом со мной.
— Маттео любит удерживать, — бормочет Энцо, его пальцы пробираются вверх по моим бедрам, когда он жестом показывает, как его брат удерживает меня, и я сглатываю. — Вито любит… — Он не заканчивает предложение, поскольку брат, о котором идет речь, хватает за шнурок у меня за шеей и тянет ткань, мои груди вываливаются перед ним.
— Красивые розовые пики, — бормочет Вито, заканчивая предложение своего брата, прежде чем наклониться вперед, обхватывая мой сосок своим горячим ртом.
Грудь Маттео прижимается к моей спине, на его губах играет смех от того, как мое тело тут же прогибается под прикосновения его брата.
— И я люблю… это, — заканчивает Энзо, дополняя желания для них троих, сдвигая мои трусики в сторону и погружая два пальца в мое жаждущее влагалище, заставляя мои бедра приподняться с колен Маттео. — Черт. Особенно когда ты обнажена, Bella, — добавляет он со стоном, погружая пальцы глубоко в мое лоно и поднимая подол моей юбки выше.