Инквизитор
Шрифт:
— Перестаньте болтать, словно идиот-зилтси, — проворчал он. — Где вы были?
— Тут и там. Посещал разные места, возобновлял старые знакомства и заводил новых друзей.
— Мы думали, убийцы прикончили вас обоих, — выпалила Сильвия, не в силах удержать дрожь в голосе. — Боюсь и думать, что могло произойти со всеми нами, если бы Харроу не вернулся и не спугнул этих трусов.
Джейс опустился на стул и взял сливу из сапфировой вазы.
— Должно быть, Харроу внушает больший страх, чем мне казалось. Сколько убийц вы разогнали одним своим видом, Харроу?
Никто ему не ответил.
Тори
Из дома вышла Талия, почти беззвучно насвистывая. Она посмотрела на Тори, и поднос выскользнул из ее тонких голубых рук. Сильвия и Калем нервно вздрогнули при звуке упавшей посуды.
Лужа янтарного сока расплылась по белому столу. Кусок густой сладкой массы подкатился к ногам Тори. Щебеча извинения, Талия начала собирать осколки и куски пищи.
Тори опустилась на колени рядом с женщиной-деетари.
— Позвольте помочь вам, Талия, — предложила она. Протянув руку к упавшей салфетке, Тори коснулась плеча Талии. Женщина, вздрогнув, отпрянула.
— Талия в состоянии справиться сама, — проворчал Калем. — Это ее работа, Тори, а не ваша.
Тори поднялась, обескураженная панической реакцией Талии гораздо сильнее, чем замечанием Калема. Она с презрением посмотрела на него:
— Разве у меня еще есть работа, Калем?
Калем нахмурился, и Тори почти поверила, что он искренне не понимает причины ее вопроса. Однако Харроу не убедил ее, когда ответил вместо Калема, собрав все свое льстивое обаяние:
— Конечно, Тори. А почему вы спрашиваете?
— Что она имеет в виду, Калем? — с беспокойством пробормотала Сильвия.
Талия поспешила в дом. Джейс взял из вазы оставшийся фрукт и беспечно промолвил:
— Думаю, вы сообщили на Деетари о нападении?
— Конечно, — отозвался Арес, — хотя атака не причинила особого вреда. Эта планета находится в опасной близости от секторов, не признающих закон.
Джейс кивнул:
— До меня дошел слух, что поблизости появились Реа. Вы знакомы с Реа, Арес?
— Насколько я знаю, Реа — клан странствующих воинов, — серьезно ответил Арес.
— Клан, который часто дает примеры весьма нецивилизованного поведения, — добавил Джейс, беря гроздь сочных зеленых ягод. — Вначале это была секта, ревностно проповедовавшая личную свободу, но вскоре подчинившаяся автократии вождей. Реа как будто и сейчас придерживаются своих весьма путаных идей, но не колеблясь отнимают свободу у своих жертв. Вообще-то им свойственно лицемерие.
Пальцы Ареса повторили странный хватающий жест. Харроу неуверенно взглянул на него, но Арес только сильнее закутался в плащ.
— Вы, кажется, много знаете о Реа, мистер Слейд, — быстро вставил Харроу.
— Как-то я прочитал файл о них.
— Чиновники с Деетари заверили нас, — сухо произнес Арес, — что здесь больше не должно быть неприятностей.
— Это успокаивает, — кивнул Джейс.
Тори хотелось, чтобы кто-нибудь наконец упомянул о
Бирке, но она не могла заставить себя первой сделать это.— Кажется, официальные заверения не успокоили стромви, — промолвила она.
Арес цинично усмехнулся:
— Стромви, очевидно, так же суеверны, как их соседи-деетари.
— Они уменьшают наши прибыли с каждым днем своей детской игры в прятки, — буркнул Калем. Горечь в его голосе удивила Тори. Калем редко выражал свои чувства при посторонних настолько открыто.
— Где бы вы стали их искать, мистер Слейд?
— А они пропали? — осведомился Джейс.
— Эти работники такие ненадежные, — вздохнул Харроу и пустился в рассуждения о бизнесе, которые показались Тори абсурдными в своей неуместности. Только Сильвия притворялась, что слушает Харроу, но даже она посматривала на Джейса, словно инквизитор-соли был неудобным призраком, а она надеялась на его скорое исчезновение. Калем и Джейс смотрели друг на друга, а Арес, казалось, находил всю сцену жалкой, хотя и забавной.
Над крышей дома с ревом пронесся корабль. Тори инстинктивно отпрянула, но серый корабль, едва не коснувшись земли, снова взмыл в воздух, сделал круг над патио, сверкая сигнальными огнями, и скрылся из виду. Шум смолк так же внезапно, как начался.
— Весьма необычное атмосферное явление для этого времени года, — заметил Джейс. Харроу пробормотал ругательство.
— Хулиганы, — проворчал Калем. Сильвия склонилась над столом и шепнула какой-то вопрос на ухо брату. — Ничего, — ответил тот.
Арес поднялся со стула и быстро исчез в доме. Джейс скривил губы и задумчиво кивнул.
Тори наблюдала за всеми, уверенная лишь в том, что не доверяет полностью никому из них. «Прабабушка говорила, что катастрофа предшествует удобной возможности, а хаос ободряет находчивых», — мрачно припомнила она. Тори рассмеялась и ощутила на себе любопытные взгляды четверых сидевших за столом соли. С загадочной улыбкой она взяла у Джейса несколько ягод и последовала за Аресом в дом.
Нгина пыталась преодолеть свой страх, но не могла унять дрожь.
— Почтенный отец, — робко прошептала она.
Нгури, поглощенный созерцанием увеличенного изображения на стене лаборатории — по стромвийским стандартам, весьма холодного помещения, — не услышал дочери.
Изображение демонстрировало жуткое, покрытое иглами существо, занимавшее почти всю стену, но Нгина едва заметила его. Это создание, в действительности величиной с пылинку, только усложняло ее задачу привлечь внимание отца.
Промедление делало признание еще более трудным. Нгина прошептала чуть громче:
— Почтенный отец, я должна поговорить с тобой. — Она страшилась отцовского гнева и уже жалела о своем приходе.
Нгури рассеянно посмотрел на дочь, словно пытаясь вспомнить ее, потом отложил увеличитель и поспешил к ней. Его руки ласково коснулись лица Нгины, но он упрекнул ее:
— Нгина-ли, зачем ты меня пугаешь? Твоя мать сказала мне, что ты заболела, но я ведь знаю мою Нгету. Ты просила ее подержать меня подальше от тебя, верно? Ты думала, что я буду ругать тебя, так как ты не до конца выполнила мое поручение, хотя с тех пор случилось столько бед? Я рад, что с тобой все в порядке.