Чтение онлайн

– Смотри, смотри, - показал пальцем водитель.
– Чтоб больше не поднимал паники.

Тем временем грузовик поравнялся с огромной цистерной на колесах. Без натуги обошел ее и опять занял свою полосу.

– Ну, все. Я же извинился.

– Хорошо, хорошо, - махнул рукой водитель.
– Что ты там говорил?

– Про документы.

– Извини, точно сказать ничего не могу, - замотал здоровяк головой.

– Ничего, разберусь. У тебя случайно нет в этой Ванаре надежного человека. Мне нужно остановиться всего на несколько дней. Само собой, я заплачу.

Водитель молчал, как

бы над чем-то раздумывая.

– В отеле будет дешевле, - наконец сказал он.

– Дешевле, не значит лучше.

– Что, так все плохо?

– Надеюсь, что нет. Только осторожность еще никому не помешала.

– Это точно, - улыбнулся водитель.
– Есть один бродяга. У него есть, правда, несколько заскоков, но ты не обращай внимания. Он нормальный парень, только со странностями. Я его знаю много лет. Спи, давай. Потом расскажу, как его можно найти.

– Спасибо.

Мелкие капельки падали и падали на стекло. Падали, и тут же исчезали.

Олдс лежал в небольшой, уютной палате. Мерно попискивала стойка телеметрии. Он с улыбкой просматривал меню своего наручного сервера. На парольных закладках находились все координаты, недавно добытые с таким трудом. Все было в порядке.

Дверь палаты тихо скользнула в сторону. Улыбка с лица Олдса мгновенно стекла под стерильную простыню. В палату вошел совсем молодой врач. На его голубом халате сверкала личная карточка доступа.

– Здравствуйте, - поздоровался он.
– Как вы себя чувствуете?

– А где?..

– А, - кивнул он головой.
– Дальше вас буду вести я. Полчаса назад у нас была пересменка. Не волнуйтесь, - он зачем-то показал небольшой, плоский компьютер.
– У меня здесь все данные.

Пациент одобрительно кивнул.

Доктор пододвинул кресло и уселся. Отложив свой компьютер, он что-то несколько раз переключил на электронной стойке. На мониторе появились несколько сложных кривых. Они плавно двигались, не решаясь остановиться.

– Вы знаете, - доктор поднял брови.
– По всем показателям у вас прекрасное здоровье.
– Я не наблюдаю ничего аномального. Странно. Не видно даже следов вашего недавнего криза. Никаких следов. Это у вас было впервые?

– Да. Никогда раньше со мной ничего подобного не случалось.

– Молодеют болезни, молодеют. Сколько вам?

– Двадцать девять синтурианских лет.

– А в стандартных, сколько это будет?

Пациент поднял глаза к потолку. На ровной, белой поверхности ответ был найден почти сразу:

– Тридцать шесть. А если в ваших, то это будет...

– Я понял, - оборвал его доктор.
– Как раз переходной возраст. Организм находится перед выбором, оставаться ли ему в здоровом состоянии или чем-нибудь заболеть.

Доктор открыто улыбнулся. Олдс искренне ответил на улыбку.

– У меня еще есть надежда?
– спросил он, развивая шутливый тон.

– Если не будете в дальнейшем себя перегружать, то все может быть. Нет, если серьезно, - насупился врач, - я даже не представляю, что могло вызвать такую реакцию. Совершенно непонятный случай. Я дважды просматривал результаты ваших тестов. В крови не обнаружено ничего, что могло бы вызвать такую реакцию.

– Последние несколько дней я работал на износ, - предположил Олдс.

–

Эмоциональное состояние то же регистрируется нашими тестами. В кровь выбрасываются определенные наборы гормонов. Их остаточные концентрации сохраняются то же довольно долго.

Он автоматически поправил воротничок халата. Пациент едва заметно улыбнулся. Самыми уголками губ.

– Вы не возражаете, если мы сделаем развернутый тест? Понимаете, очень интересный случай. С научной точки зрения, конечно. Это займет всего несколько часов. Конечно, это дорогостоящее мероприятие, но ваша страховка позволяет это сделать. К тому же, - доктор поднял указательный палец. Если будут результаты, то вам будет полагаться определенное вознаграждение. Сумма будет переведена на ваш счет в течение двух суток.

Пациент отрицательно качнул головой.

– Извините, но у меня совершенно нет времени. С этим пришествием я и так выбился из графика. Теперь нужно будет нагонять. Я бы вам с удовольствием помог, но у меня есть руководство, а медицина как область науки его не интересует.

– Понял, - кивнул врач.
– Тогда я не вижу причин вас задерживать.

– Со мной все в порядке?

– Да. У вас все так, как должно быть. Очень хорошие показатели. Я даже немного завидую.

– Ну, - Олдс сел на койке и развел руки.
– Меня доставляет в клинику бригада скорой, а вы мне завидуете.

Молодой доктор веселья не поддержал.

– Вам сейчас принесут ваши вещи и документы. Все пометки в вашем личном файле мы уже сделали.

– Спасибо.

Во все стороны расстилалась старая перевалочная площадка. Побелевший от времени бетон покрывала сеть трещин. Кое-где из трещин торчали пучки покрытой пылью травы. Автострада осталась далеко за спиной. Теперь она напоминала о себе только тихим, монотонным гулом. Бланк шел размеренным шагом путешественника на дальние дистанции. Он направлялся к руинам старой заправочной станции. Самих колонок уже не было. Только места где они стояли и изредка сохранившиеся навесы. Зато корпус сохранился довольно прилично. Не заходя внутрь, он пошел мимо.

Сразу за корпусом вповалку лежали несколько больших цистерн, мятых и ржавых. Платформ под ними не было. То здесь, то там зияли темными провалами открытые люки подземных хранилищ. Немного дальше возвышались несколько остовов брошенных грузовиков.

Едва заметная тропинка начиналась сразу у кромки бетонной площадки. Арни постоял несколько секунд и стал спускаться в неглубокий овраг. Поднимая клубы пыли, он сбежал вниз. Осмотрелся. Далее, естественно, следовало подниматься. Тропинка смело взбиралась по крутому откосу. Бланк забросил сумку за спину и стал подниматься.

Наверху его встретил захламленный мусором лесок. Чего здесь только не было. Битое стекло соседствовало с кучами жженых покрышек и темного, автомобильного пластика.

– Точно свалка, - произнес себе под нос Бланк.
– Не соврал, бродяга.

Когда лесок расступился, Арни понял, как он ошибся. То, что он видел до этого, была никакая не свалка, а, в общем, очень даже ничего. Настоящая свалка начиналась сразу за последними деревьями. Обработанные погрузчиком машины возвышались в три-четыре яруса. Ряды штабелей были ровные, словно отбитые по шнурку.